Lex Kravetski (lex_kravetski) wrote,
Lex Kravetski
lex_kravetski

Category:

Уже довольно долгое время в умы населения внедряется концепция «русского фашизма». Последовательно она не излагается – все формулировки крайне размыты, конкретная же их часть сводится к тому, что есть некоторое количество русских, которые мечтают свести счёты с инородцами (или уже их свели) по причине того, что те – инородцы.

Следует отметить, что сам термин «фашизм» для большинства населения России имеет явно негативный эмоциональный оттенок. То есть, воспринимается чем-то плохим на подсознательном уровне. Люди не задумываясь считают фашизм отвратительным явлением. При этом мало кто в состоянии определить это явление.

Я не буду анализировать плох или не плох фашизм сам по себе – во внедряемой концепции фашизм виртуален, поэтому любой анализ будет являться анализом совсем другого фашизма. Однако внедрение данной концепции приносит совсем даже не виртуальные плоды:

1. Словосочетание «русский фашизм» вызывает подсознательное ощущение наличия болезни у своих соотечественников. И как слова больного сифилисом кажутся менее значимыми, так «подпорченными» кажутся желания и стремления русских. Дескать, «какая разница, о чём они говорят – они же больны».

2. Внедряемая концепция практически требует от русского народа раскаяния за грехи, которых русский народ не совершал. И раскаяние и его отсутствие при этом вызывают чувство вины, что заставляет «поумерить пыл» в плане своих требований. Очевидная мысль: «ты – виновен, так фигли ты требуешь для себя какой-то там справедливости?».

3. Национал-патриотические партии и организации вынуждены корректировать свою риторику, чтобы избежать обвинения в фашизме. Кроме того, они так же вынуждены постоянно оправдываться и тратить кучу времени, чтобы доказать, что они не фашисты.

4. Тем не менее, связь этих организаций с упомянутой концепцией постоянно витает в воздухе. Что отталкивает многих их потенциальных сторонников.

5. Левые партии и организации втягиваются в борьбу с «русскими фашистами», что, во-первых, успешно отвлекает их от борьбы с социально несправедливым строем (ситуация тут вообще анекдотична: коммунисты считают, что националисты уделяют слишком много внимания второстепенному фактору – противоречиям национальностей, и игнорируют первостепенный – противоречие народа и его эксплуататоров, однако сами вдруг начинают тратить время на точно такой же второстепенный фактор). Во-вторых, вбивает клин между ними и народом – фашизм в концепции виртуален, поэтому приходится постоянно находить «реальных фашистов» из числа озабоченных проблемами русской нации или вообще из непричастных.

6. Национал-патриотическая и коммунистическая оппозиция, весьма схожие по целому ряду своих стремлений, вдруг оказываются по разные стороны баррикад. Коммунисты считают, что националисты – фашисты, поэтому дела с ними иметь нельзя, а националисты думают, что коммунисты постоянно ставят им палки в колёса, поскольку они «помешались на борьбе с фашизмом».Количество же реальных проявлений и того и другого значительно меньше, чем количество воспринимаемых благодаря пропаганде.

7. Любые рассуждения, включающие в себя нечто похожее на национальную идею или интересы народа, диагностируются слушателями как «фашистские» и игнорируются. Благодаря этому складывается ситуация, при которой у русского народа (и других коренных народов России или дружественным русскому народу) вроде бы вообще не может быть своих интересов и национальной идеи. Обычные для коммунистов речевые обороты (про националистов я даже не говорю) вдруг приобретают «фашистский характер». Ведь говоришь «народ» – сразу возникает вопрос «а какой именно народ?», скажешь «русский» – и ты уже фашист.

8. Под соусом борьбы с фашизмом власти могут ликвидировать любую партию/организацию или засадить лет на пятнадцать любого неугодного. Благодаря размытости термина под «фашизм» можно притянуть любой протест и любое требование. А дальше суд уже покарает «фашистов».

9. Власть получила отличный метод для изображения бурной деятельности. При «войне с терроризмом» надо было по крайней мере воевать, для борьбы с «фашизмом» это уже не требуется – достаточно только постоянно писать в газетах о засилии и недопустимости фашизма и иногда устраивать показательные процессы. Термин же «борьба с фашизмом» по историческим причинам воспринимается людьми весьма положительно.

 

А теперь догадайтесь, кому внедрение концепции «русского фашизма» выгодно.

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 17 comments