Lex Kravetski (lex_kravetski) wrote,
Lex Kravetski
lex_kravetski

Categories:

Тоталитарное взросление

Процесс взросления — это процесс перехода от недееспособного по физическим причинам состояния к полностью дееспособному. У разных животных сроки могут варьироваться от недель или даже дней до лет или даже десятилетий, однако всех их объединяет то, что за этот период, например, птенец, который с трудом ползает, превращается во взрослую особь, которая не только может самостоятельно летать, но и, что немаловажно, самостоятельно решать, куда и зачем лететь.

Взаимодействие людей с окружающим миром ощутимо более сложное, чем у животных, поскольку оное взаимодействие очень часто связано с другими людьми, однако и в этом случае оказывается, что превращение ребёнка во взрослого точно так же включает в себя непосредственное физическое развитие тела и мозга, равно как и приобретение необходимого для персональной полноценности опыта. Оно сложнее и дольше, но финальная точка всё та же — превращение во взрослую особь, которая столь же автономна и самодостаточна, что и все остальные. Которая может вступать в равные взаимоотношения с другими, поскольку не является относительно них физически или интеллектуально неполноценной, а не только полагаться на милость родителей или других взрослых особей.

Однако оно так только у психически здоровых: ведь заметные повреждения мозга приводят к тому, что по чисто техническим причинам необходимый опыт невозможно набрать — мозг повреждён, а потому просто не выстраивает внутри себя то, что выстраивает мозг здорового. Такой человек, даже если он достиг того возраста, в котором все остальные уж точно бы были взрослыми, по сути, остаётся неполноценным — как бы застревает в определённом детском периоде.

Тем интереснее, что люди, поражённые патернализмом головного мозга, имея тот полностью физически здоровым, организуют себе такое застревание добровольно. Не потому, что их мозг физически на что-то не способен, а потому что они психологически настроили свой мозг именно на это. Психологически ограничили его.

Это можно было бы назвать «выученной беспомощностью», однако оная — частный случай более общего принципа — «тоталитарного взросления».

Ребёнок, будучи физически неспособным делать целый ряд вещей, не обладающий опытом и юридическими правами, всё равно испытывает какие-то желания. Родители и прочие взрослые часть этих желаний могут реализовать, однако далеко не всегда хотят их реализовывать. Они могут, например, ошибочно или верно считать, что реализация каких-то из этих желаний опасна, а ребёнок этого просто не понимает; им может быть лень, они могут считать это блажью и капризами и т.д.

Кроме того, ребёнок может не понимать, что некоторые желания не реализуемы в принципе. А потому ему необходим как бы руководитель из числа полноценных особей.

Однако в процессе взросления по самому «природному замыслу» чем дальше, тем менее оный руководитель необходим. Взрослея, ребёнок упорядочивает желания, отсеивает невозможные к реализации и научается реализовывать желания самостоятельно. Либо же с чьей-то помощью, но уже в виде взаимодействия равных или хотя бы почти равных — то есть сознательного добровольного сотрудничества одинаково полноценных индивидов, а не патерналистских отношений ребёнок—взрослый/родитель, где ребёнок заведомо в подчинённом положении не только в плане возможностей, но и в плане формирования собственных желаний.

При «тоталитарном» же «взрослении» мозг совершает поворот не туда. Вместо того, чтобы научиться упорядочивать свои желания и их реализовывать, вместо выстраивания согласованной системы желаний и принципов, вместо обретения полноценности, он решает, что состояние «ребёнок» не вынужденное промежуточное между рождением и полноценностью, а окончательное и наилучшее.

Можно сказать, что вместо того, чтобы из мальчика или девочки стать взрослым, такой человек видит своей целью что-то вроде «из плохого мальчика/девочки стать хорошим мальчиком/девочкой». То есть в детстве он капризничал, требовал невозможного, восставал против родителей и других взрослых, а потому а-я-яй, но вот теперь он исправился, кушает, что дают, безоговорочно признаёт авторитет чуть ли не каждого, кто на этом настаивает, и подстраивается под мнение этих людей, смиряет свои желания и вообще делает что скажут — без сомнений, отождествляемых им теперь с «капризами», и возражений.

Спорить же и что-то отстаивать он может, как максимум, только с теми, кого тоже полагает равными ему детьми. Например, он может видеть родителя/взрослого в начальнике и спорить с другими подчинёнными этого начальника. Не потому, что он имеет своё мнение, а потому, что с его точки зрения это — «плохие мальчики/девочки», которые не слушаются родителей, а вот он сам — хороший, потому что слушается и осуждает непослушание.

Либо по принципу «я лучше себя веду, чем вы, я — молодец», либо по принципу «это для вашей же пользы», либо ещё по какому-то, но в любом случае это именно что приравнивание «хороший» к «послушный», а «вышестоящий/авторитеный» к «умный + добронамеренный».

Нормальные люди ещё в подростковом возрасте начинают осознавать, что взрослые довольно часто убеждены в полной ерунде, что их советы и приказы далеко не всегда обусловлены доброй волей и заботой о ближнем, что их поступки далеко не всегда обдуманы, и что себя они контролируют далеко не так часто, как это утверждают. Однако у тоталитарно взрослеющего эта естественная для человека наблюдательность и способность делать выводы по какой-то причине подавляется — внешним ли воздействием, его ли собственными усилиями, психологическими ли вывертами.

Вместо того, чтобы вывести из наблюдений означенный сабж, человек обучает себя либо не замечать или игнорировать все факты, который могли бы привести к такому выводу, либо задним числом их все объяснять чем-то вроде «я наверно просто по малости лет плохо понимаю, зачем это», «у них наверно больше информации», «они — небожители, непостижимые для простых смертных» и т.п.

В результате время идёт, информация об окружающем мире подаётся в той же степени, что и всем остальным, но вместо пресловутой способности быть самостоятельным, реализовывать свои желания, взаимодействовать с другими людьми на равных и прочих свойств взрослого, у этого человека развивается лишь способность подчиняться.

Способность быть ведомым. Но не капризным и своенравным, а «хорошим» — исполняющих любой приказ авторитета не из страха, а уже из ощущения, что «так надо», «так правильно», «такова моя роль в этом мире».

Поскольку же его тело уже выросло, именно вот это он и начинает считать признаками «настоящего взрослого». Верным и естественным результатом взросления. Те люди, которые сохранили способность иметь свои желания и обрели способность (а с его точки зрения — наглость) их достигать, которые не заискивают перед окружающими, но и не пытаются при любом удобном случае сесть им на голову, как это принято в детских коллективах, выглядят в глазах этого человека «всё ещё детьми». «Плохими мальчиками/девочками», которые всё ещё «капризничают» и — о ужас! — даже претворяют в жизнь эти свои капризы.

Ясен перец, таких надо изолировать и ограничивать. Ведь в детстве было именно так: не подчиняешься — тебя ограничивают.

Оттуда и постоянные мечты о том, как всех этих «демократов, либералов, оппозиционеров, свободолюбов и прочих выскочек посадят, а то и расстреляют». Ведь в глазах «хорошего мальчика/девочки» все они — какие-то хулиганы, которые не слушаются взрослых, а потому представляют опасность. И что немаловажно, подают плохой пример тем, кто в ином случае тоже мог бы стать таким же «хорошим мальчиком/девочкой», как он.

Тоталитарно повзрослевший в этот момент, естественно, не думает, что все эти люди должны исполнять именно его желания — нет, он же не эгоист. Он думает, что они должны исполнять команды авторитетов. Потому что так и должны вести себя «хорошие мальчики/девочки». Он, разумеется, не может их заставить сам по своей воле, но зато он может пожаловаться на них авторитетам, пристыдить этих людей за непослушание, а то и «удержать» или «ударить» их, если авторитет так распорядится.

Причём его не будут терзать совесть и сомнения в этот момент — ведь он, даже полагая себя «взрослым», вовсе не полагает себя таким же взрослым, как авторитет или, если угодно, «родитель». Он «взрослый» только в смысле «мальчик/девочка, осознавший, сколь важно послушание и согласившийся на оное добровольно», а потому на нём не лежит тяжкий груз осознания своих поступков. Он в своих глазах в принципе никогда не несёт никакой вины, поскольку он «только лишь делал, что ему говорят».

Он бы был виновен, если бы не выполнил распоряжение «родителя», если бы пошёл против его воли, если бы начал ему перечить или сомневаться верности его решений, а то и, тем более, в его авторитетности.

А так, если тут и есть вина (что тоже тяжело помыслить — разве же может быть виновен «родитель»?!), то она не на нём, а на том, кто ему сказал кого-то ударить или удержать. Юридически он дееспособный, но внутри собственного мозга — нет. Ему сказали — он выполнил. Почему его обвиняют?

Что интересно, есть ряд запротоколированных случаев буквально именно такой «внутренней логики рассуждений» даже в реальных уголовных процессах. Многие совершившие реальное преступление действительно не могли понять, почему обвиняют именно их — они ведь «просто выполняли приказы». Последнее, кстати, массово проявляется и в другом преимущественно патерналистском институте — в армии. В том же самом виде: «мне приказали запереть в сарае гражданских и поджечь сарай — я просто выполнил приказ, поскольку должен их выполнять, почему вы предъявляете мне претензии?».

Вы можете сказать, что это — «стандартный способ избегания ответственности», однако тут дело не столько в самой связи действий и их последствий (что и подразумевает термин «ответственность»), которой хочется избежать, а в неспособности осознать, что именно ты сам можешь и должен понимать эту связь. Что ты сам должен и определять свои цели, и планировать свои действия. Что в первую очередь ты сам должен заботиться о том, чтобы твои действия не принесли другим вреда (а лучше, чтобы они им принесли пользу), поскольку и ты, и другие люди имеют право на свои собственные желания, жизнь, безопасность и т.п. Что ты и окружающие — равные и полноценные индивиды, а не детишки в детском саду для умственно отсталых, каждый шаг которых с неизбежностью должны контролировать «настоящие взрослые», коих в случае чего и будут спрашивать «а почему это Вася проломил лопаткой голову Пете — куда вы смотрели?».

Если угодно, то «тоталитарное взросление» это что-то вроде ситуации, при которой раб не хочет стать свободным, а вместо этого хочет, чтобы хозяин был им доволен. Такого раба весьма тяжело освободить — ведь его целеполагание в данном случае принципиально отличается от вашего, а потому он будет сотрудничать не с вами, а с хозяином, причём не из страха, а из убеждённости, что «так правильно».

Прямая демократия в этом смысле не «излечит» всех «тоталитарно повзрослевших», а лишь даст им больше возможностей для «излечения». Причём именно в кавычках, поскольку «больны» они лишь с вашей точки зрения, а с их точки зрения «больны» как раз вы. Это вы — «школьный хулиган» или «бунтарь—анархист».

Однако прямая демократия отличается от других раскладов тем, что несмотря на то, что она сохраняет для желающих возможность оставаться «хорошим и послушным мальчиком/девочкой», она не заставляет других делать то же самое. Это, разумеется, будет сильно злить «тоталитарно повзрослевших», но при ней у всех есть право быть полноценным, определяющим и реализующим свои желания, равным с другими во всех юридических отношениях и жизненных взаимодействиях, то есть реально взрослым, а не «тоталитарно повзрослевшим».

При ней вы действительно не можете запретить кому-то играть в «хорошего мальчика/девочку», подыскивая себе очередных «родителей» и авторитетов, которые «обо мне позаботятся и скажут мне, что я должен делать и желать», однако и вас, в свою очередь, не могут принудить заниматься этим. Да, желающие могут добровольно отказаться от принятия решений, однако никого нельзя заставить от этого отказаться.

Прямая демократия — это не просто «абстрактная свобода». Это — свобода полноценных взрослых людей. Для всех тех, кто является и/или хочет быть таковым. Оставляющая возможность не быть таковым, но и позволяющая всем желающим таковым быть и стать. И даже стимулирующая к этому — огромным множеством легко доступных и наглядных примеров.



doc-файл


Tags: демократия, социализм-3.0, философия
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 23 comments