Lex Kravetski (lex_kravetski) wrote,
Lex Kravetski
lex_kravetski

Category:

Соотношение целей с описанием окружающей реальности

Коммунизм, как и любая другая политическая идеология, это в первую очередь про цели человека. Представление о правильном и неправильном в смысле морали. Представление о справедливости.

Иногда это, вдобавок — следствие желаний человека, касающихся того, чем ему хотелось бы заниматься. Ведь действительно, вполне возможно, что в одних условиях некому занятию будет предаваться значительно проще, чем в других.

Ну и, конечно, это может быть следствием представлений человека о душевном комфорте, что отчасти связано с представлениями о справедливости и т.п., но включает и некоторые другие факторы.

Например, одни люди готовы променять чувство безопасности и уверенности в завтрашнем дне на постоянный экшн и непредсказуемость ситуации. Да, так будет опаснее, но и — для них — интереснее. Другие же, напротив, вполне могут удовлетворять всю свою тягу к экшену и риску строго в компьютерных играх и, соответственно, а для своего душевного комфорта выбрали бы максимальную безопасность жизни, пусть даже от этого экшен и эффект неожиданности в реальной жизни сократятся почти до нуля.

Однако физическое устройство мира от наших желаний никак не зависит — от них зависит, как максимум, выстраиваемые нами человеческие взаимоотношения и выбираемые нами направления деятельности.

Тут мы действительно, имея желание, имеем и возможность что-то изменить. Желание, конечно, не даёт нам гарантий (чего бы там ни пропагандировалось в детских книжках), но отрицать связь наличия желания с вероятностью изменений окружающего мира в сторону повышения вероятности его реализации было бы глупо — слишком много экспериментов и наблюдений наличие таковой связи (как минимум, в некоторых случаях) однозначно подтверждают.

При этом, как бы мы ни желали того, чтобы гравитация отсутствовала, чтобы закон сохранения энергии не работал, чтобы формации сменяли друг друга в одном наперёд заданном порядке, эти желания позволят что-то изменить, только если мы найдём некие «рычаги» управления вселенной. А из того, что нам так хочется, нам так выгодно, мы так сильно в это верим и т.п., никаких изменений не последует.

Да, мы действительно можем доказать верность какого-то тезиса об устройстве мира, однако мы не можем изменить это устройство одним лишь своим желанием или нежеланием.

Собственно, поэтому любые установки делятся на два очень крупных класса:

  1. Описательные — то есть описывающие отдельные аспекты устройства мира ( «X принадлежит множеству Y», «X подчиняется закономерности Z»).


  2. Целевые — то есть формулирующие чьи-то желания, надежды, представление о прекрасном и т.п. («я хочу A», «я считаю B более хорошим, чем C»)


Для последних важно то, что они являются таковыми только при субъективном восприятии — восприятии «изнутри».

Так, фраза «Вася Пупкин хочет стать космонавтом» вполне может быть описательной, если используется в контексте информирования кого-либо о положении вещей. В этом случае она описывает некоторый факт, который кто-то, возможно, счёл наиболее вероятным объяснением целой кучи наблюдений.

Ну там, Вася Пупкин записался в отряд космонавтов, проходит тренировки, постоянно озвучивает это своё желание кому ни попадя, при этом на вранье его никто пока не запалил, а потому наиболее вероятное объяснение всего этого — «он хочет стать космонавтом».

Однако если мы посмотрим на эту установку «изнутри» Васи Пупкина, то это будет уже не описание положения вещей с целью информирования, а выражение желания или цели. Это — выраженное словами состояние ума Васи, субъективно им воспринимаемое, которое вызывает у него «чувство тяги» к чему-то или наоборот чувство отторжения чего-то, чем побуждает его к поступкам и словам. И, что немаловажно, к выбору того или иного варианта из возможных.

Иными словами, это то, что задаёт его мотивацию.

— Почему ты, Вася, всё это делаешь?

— Потому что я хочу стать космонавтом.

Желание — это достаточная мотивация для каких-то действий. Целевая функция, если угодно, которая показывает, каким образом человек оценивает своё текущее положение по сравнению, например, со своим положением в прошлом: чем он ближе к цели, тем положение лучше.

И тут есть чрезвычайно важная закономерность.

Как описания устройства мира не выводятся логически из целей, так и цели не выводятся из описания устройства мира.

Эта логическая закономерность, если что, называется «принцип Юма».

Причём не выводятся именно что принципиально: невозможно построить логическую цепочку, дедуктивно выводящую описательное утверждение из целевого. И невозможно же построить логическую цепочку, дедуктивно выводящую целевое утверждение из описательного.

Даже если такая иллюзия возникнет (а создать её действительно довольно просто, что широко используется в манипуляциях), то, на самом деле, за ней стоит единственный возможный вариант: где-то в этих рассуждениях были негласно введены сколько-то скрытых целевых утверждений — для якобы «логического вывода» заявленных целевых утверждений из описательных, или же сколько-то скрытых описательных — для якобы «логического вывода» заявленных описательных из целевых.

Действительно, может показаться, будто бы целая куча вещей, которые мы «должны хотеть», следует из самого устройства мира. Однако устройством мира и нашей персональной историей в нём вызвано лишь их наличие в нашей голове в виде желаний, стремлений и т.п., а вовсе не логическое следование из каких-то описательных установок.

«Чтобы не умереть, человек должен питаться. Из этого следует, что он должен хотеть питаться».

Нет, не следует. Это верно, только если, например, мы негласно предположили, что человек не хочет умереть и при этом знает озвученную нами закономерность о связи отсутствия питания и смерти.

Но ведь он, например, может и хотеть умереть.

То есть вот это «он должен хотеть питаться», на самом деле, следует вовсе даже не из описательной установки «надо есть, чтобы не умереть» самой по себе, а из добавления к ней целевой установки «этот человек хочет жить».

Кроме того, человек может не хотеть умереть, но не понимать, что он умрёт, если не будет есть. Но и в этом случае «тебе следует регулярно питаться» ему нельзя преподнести, как чистое следствие устройства мира в плане физиологии человека, а только лишь как вывод из его желания не умирать, рассмотренный в контексте устройства мира, в котором без постоянного питания реализовать своё желание жить этому человеку не удастся.

Однако даже в этом случае из этого не следует, что он «должен захотеть есть». Для вот этого «должен», как логического следствия, его желание жить должно быть для него более ценным, чем нежелание есть, а подобные критерии сравнения одного с другим — это тоже целевая установка.

Одновременно с тем у него должна быть целевая установка, заключающаяся в желании делать выбор в пользу тех желаний, которые он считает более ценными.

Только в этом случае мы получим действительно логическое следование.

Точнее, мы получим даже не его, а нечто слегка иное: «он может продолжать не хотеть есть, но, если он хочет реализовать своё желание жить, ему придётся есть».

В обратную сторону все эти закономерности тоже действуют.

Например, если вам очень хочется, чтобы коммунизм наступил, поскольку именно этого требует ваше чувство справедливости, представления о комфорте и вообще всё перечисленное в начале статьи, и одновременно с тем вам очень нравится идея о неизбежной смене формаций, причём именно в такой последовательности, что следующая остановка после текущей — коммунизм, то из этого никак не следует, что верной будет именно такая версия политэкономической теории. Да, она была бы выгодной вам, она будет приятной вам, совпадающей с вашими представлениями о добре и зле, помогающей вам сохранять надежду, но вовсе не обязательно правильной в плане описания мира.

То есть, даже если вам будет очень приятно думать, что всё так и устроено, это вовсе не означает, что всё так и устроено. Причём далеко не факт, что вы таким образом даже приблизите реализацию своих желаний: ведь опора на неверно понятые закономерности, как правило, отдаляет от реализации желаний, поскольку не позволяет, например, разработать и реализовать некие технологии.

Скажем, у вас есть желание организовать полёт на Марс. Однако отрыву от Земли мешает гравитация. Вам было бы выгодно, если бы она по вашему желанию бы локально отличалась, а потому корабль мог потратить топливо исключительно на разгон себя, не тратя его на борьбу с силой притяжения. Тем не менее, сколь бы вы искренне ни стояли на стороне добра и прогресса путём заверения себя и окружающих, что гравитация при первом же вашем запросе отключится, поскольку это очень хорошо и вы этого очень хотите, если вы сделаете конструкцию ракеты, рассчитанной именно под этот исход, это вовсе даже не приблизит вас к полёту на Марс. Ракета с большой вероятностью просто не взлетит. А если и взлетит, то вряд ли доберётся даже до стратосферы.

В общем, наличие желания сильно помогает двигаться к цели, однако отказ от описательных установок, дающих сбывающиеся прогнозы (что, разумеется, может быть проверено только на эксперименте), в пользу тех, которые сбывающихся прогнозов не дают, но зато вам приятны, двигаться к цели как раз очень сильно мешает.

Правда, так происходит не со всеми целями.

Если ваша цель, например, построить секту или финансовую пирамиду, достичь материального благосостояния или авторитета в некоторой среде при помощи обмана, то вот в этом случае вам будет весьма выгодно, чтобы люди как можно чаще соглашались поверить, что вы действительно логически выводите целевые установки из описательных и наоборот.

Или чтобы они, скажем, верили, будто бы это всё вообще «объективно логически следует», а не «лично вы это вывели при помощи особой магии».

В некоторых случаях вам даже самому выгодно в это верить: например, в том случае, когда ваше личное психологическое спокойствие — пусть даже построенное на самообмане — для вас ценнее, чем знание реального положение вещей и ваше реальное состояние.

Тут, кстати, обращу внимание: по вышеозвученному принципу технически невозможно вывести из описательных установок доводы в пользу того, что некий человек не должен расставлять приоритеты именно так.

Да, да, его наверно будут обманывать, или он будет самообманываться, его «физическое» благополучие, вполне возможно, будет снижаться, своих целей (исключая вот эту — душевное спокойствие) он достигнет с меньшей вероятностью, нежели при выборе менее приятных, но лучше описывающих устройство мира установок, но из этого всего логически невыводимо то, что он должен расхотеть вот это и захотеть иное.

Или, напротив, он будет обманывать других, его могут разоблачить, а могут и нет. Вы, возможно, узнав об этом, начнёте его презирать, как и многие другие, но и из этого не следует, что он должен расхотеть.

Тут тоже доказательство возможно только в том случае, если у человека есть ещё какое-то желание, ради которого он готов отказаться от одного или нескольких вот таких желаний: желания психологического спокойствия, желания паразитировать на других, желания обманывать, желания получать дутую репутацию и т.п.

Иными словами, доказать необходимость отказа от всего этого можно только отталкиваясь от более сильного его желания. Например, доказав, что эти желания противоречат друг другу и потому одновременно недостижимы, а потому ему имеет смысл выбрать более для него важное. Или же, что по объективным причинам мироустройства менее ценное желание мешает ему в достижении более ценного. Что-то в таком роде.

Кроме того, обратите внимание, когда говорится о том, что игнорирование принципа Юма и создание у себя и у других иллюзии, будто бы установки этих двух типов всё-таки можно выводить друг из друга, тоже может быть выгодным, речь идёт только об отдельных специфических вариантах «выгоды».

Когда вы пользуетесь научно подтверждёнными описательными установками об устройстве мира для, например, построения реально работающих технологий, стратегии действий и т.п., источником выгоды является сознательное использование реально действующих закономерностей устройства мира.

Когда же вы пользуетесь верой кого-то в то, что более приятные ему закономерности являются заодно и более верными, источником выгоды является именно что вера этого человека в то, что всё так и есть.

А потому в первом случае плодом ваших стараний может быть внедрение всевозможных полезных ништяков, изменение системы взаимоотношений между людьми и прочее совершенно объективное улучшение жизни людей (включая, возможно, и вас тоже).

Во втором же случае наилучшие для окружающих плоды ваших стараний — их психологическое спокойствие: типа, «всё будет хорошо, всё идёт по плану, наш гуру мозолистыми руками крутит штурвал в правильном направлении». Остальные же плоды вашей деятельности фактически будут выражаться в том, что вы просто вытягиваете из этих людей материальные блага в свою пользу. Вместе, разумеется, со всевозможным почитанием вас, преклонением перед вами и т.п.

В первом случае, конечно, вы тоже можете получить и материальные блага, и почитание, и преклонение, однако во втором случае единственное, что эти люди могут получить от вас взамен — психологическое спокойствие. Как максимум, его. Ни технологии, ни иные ништяки им от вас не святят.

А потому первый случай отлично подходит для организации технологического или социального прогресса, второй же — для организации сект, иных авторитарных организаций и финансовых пирамид, паразитирования на репутации науки или иного рода мошенничества.

Конечно, поскольку это всё тоже описательные утверждения, из них невозможно вывести, что вы не должны хотеть именно этого — в роли выгодополучателя или, что гораздо более вероятно, в роли выгододавателя.

Однако с большой вероятностью таковое желание у вас либо отсутствует совсем, либо не является для вас наиболее ценным. И вот из наличия более ценных желаний как раз уже следует рекомендация никогда не доверять тем, кто пропагандирует второй вариант и любые другие разновидности игнорирования принципа Юма. Сие в ста процентов случаев означает, что тут всё построено на мошенничестве. Иногда на неосознанном мошенничестве, но весьма часто бывает, что и на осознанном — просто вам этого, разумеется, не говорят.

Вполне понятно, что наиболее ярким свидетельством нарушения принципа Юма является его прямое игнорирование. Проявляющееся в ряде случаев даже просто через прямые оного декларации.

Однако вполне можно отследить его и по косвенным проявлениям, самым явным из которых является опора в рассуждениях на то, что правильным описанием чего-либо является наиболее приятное или выгодное описание.

В случае с рассуждениями про коммунизм (впрочем, и про любую иную идеологию тоже) это будет звучать примерно, как «вы же хотите, чтобы реализовался [некий, ассоциирующийся с коммунизмом X], а, следовательно, вам следует считать, что вон то описание реальности — верное, поскольку из него напрямую следует, что этот X реализуется».

Навскидку такое рассуждение кажется людям вполне логичным — особенно если его сопроводить проклятиями в адрес несогласных и, в том числе, приписыванием им однозначного нежелания X, а также похвалами в адрес согласных, которые, конечно же, «по-настоящему хотят подлинный X».

Однако это рассуждение целиком и полностью является манипуляцией. И вообще говоря, в такого рода фразах есть только лишь закамуфлированное «я не буду ничего доказывать, просто поверьте мне», поскольку ведь не приводится никаких доводов в пользу того, что из принятия именно такого описания реальности и из предлагаемых вследствие его принятия действий действительно последует скорейшее обретение X. Тут одно только «верьте мне, приятное = правильное».

Ещё одни признак потенциальных манипуляций при помощи нарушения принципа Юма — предложение принять некую пачку установок комплектом, даже не пытаясь анализировать их по отдельности.

В этом, впрочем, заключено целая множество манипуляций, что в художественной форме иллюстрируется, например, в замечательном сатирическом рассказе.

Тут на нарушении означенного принципа опирается целый набор психологических манёвров. Которые, если отбросить все остальные аспекты, распадаются на два глобальных типа.

Во-первых, подразумевается, что если вам нравится какая-то часть комплекта, посвящённая целям и взглядам на добро и зло, то вы должны считать весь комплект — правильным описанием реальности.

Ну, предположим, некий автор написал про свои замечательные цели, касающиеся светлого будущего, и где-то между делом попытался что-то там сказать про устройство современных методов искусственного интеллекта, однако, поскольку он даже программировать не умеет, у него получился не более чем набор фантазий, почерпнутых из низкопробной кинофантастики. Так вот, поскольку вам нравятся его цели, вы просто обязаны считать, что описание искусственного интеллекта у него тоже правильное. Особенно, если он где-то в тексте ещё и попытался эти цели увязать со своим пониманием устройства искусственного интеллекта.

Во-вторых, наоборот, подразумевается, что если у автора с вашей точки зрения где-то что-то правильно описано, то вы просто обязаны начать желать ровно то же самое, что и он.

То есть, если кто-то правильно описал решение математической задачи, а по соседству у него про идёт речь про обязательное истребление всех хиппи, то, если вы с правильностью решения задачи согласились, обязаны с этого момента подписаться и под истреблением хиппи тоже.

Оба варианта, кстати, могут применяться не только для проталкивания своих идиотских идей в нагрузку к парочке относительно вменяемых, но и для борьбы с теми вещами, которые кому-то не нравятся.

Например, постоянные попытки спорить с критерием научности Поппера со стороны диалектиков обусловлены не только тем, что им этот критерий действительно очень мешает, поскольку из него напрямую следует, что диалектика не научна, но ещё и тем, что Попперу довелось где-то поблизости от своего критерия обругать Маркса за несоответствие критерию. А раз Поппер не любит Маркса, то он, значит, у него какие-то не те целевые установки. Ведь несогласие в описательных установках = полному несогласию вообще — в том числе, и в целевых установках тоже. А раз он целевые установки у него не те, то следует автоматически отвергнуть и его чисто описательные рассуждения. Даже не пытаясь их оспорить: просто «он — плохой» и на этом всё, доказательство окончено.

Собственно, это — действительно основа сект, религий, мошеннических структур и т.п. Поскольку можно, например, написать у себя в основополагающем тексте что-то типа «убивать людей — это плохо», а потом требовать принять вместе с этим тезис о том, что Землёй давно уже управляют инопланетяне. Вы не согласны? Ага, значит вы считаете, что убивать — хорошо!

Такое, кстати, я слышал и от типа учёных тоже. Ну, например, некая группа людей хотела что-то там доказать. Они поставили эксперименты, но доказать вон то самое у них не получилось. Не подтверждали эксперименты этот тезис. Однако из этих экспериментов следовало что-то совсем другое. Так вот, с точки зрения этого человека, никак нельзя использовать данные этих экспериментов для доказательства этого чего-то другого. Даже как обоснование для того, что имеет смысл в эту сторону ещё поэкспериментировать, нельзя. Ведь авторы желали иного, а потому следует забраковать и чисто описательную часть — данные их экспериментов. Нет, оно понятно, что коварные авторы могли эти данные подделать или просто где-то там ошибиться в анализе. Или эти данные могли вообще для доказательства чего-то другого не подойти — просто показалось, будто они подходят. Но в данном случае с его точки зрения отвергнуть их стоило уже только по причине расхождения желаний чего-то там углядевших с желаниями авторов эксперимента.

Такое вот специфическое: «вы имеете право взять только весь комплект».

Подчеркну, здесь не идёт речь о том, что комплектов, которые можно принять целиком, в принципе не бывают. Отнюдь. В математике, например, комплект хорошо проверенного очень обширен и внутри него очень многие отдельные положения сильно увязаны с другими положениями. Использование же нескольких областей совместно, может дать сильно больше, чем дало бы в сумме их независимое использование. При этом данные области друг другу никак не противоречат. В общем, являют собой отличный комплект.

Но несмотря на его отличность, никто не требует брать «всё или ничего». Где угодно может найтись ошибка. Что угодно может оказаться чрезмерно зауженным или, наоборот, необоснованно расширенным в ту область, где оно уже не совсем работает. Это всё можно брать комплектом, но никто не обязан брать это комплектом.

И, тем более, вы вполне можете не разделять даже основной цели математики: нахождения методов, помогающих обрабатывать и анализировать численные закономерности. Вы можете поставить себе любую другую цель — например, просто поразвлечься, — и это никак не будет означать, ни то, что излагаемые вами математические тезисы стали неправильными ни того, что они, наоборот, стали правильными.

Однако «сектантские комплекты» характерны именно что принуждением ко «взять всё целиком и не сметь пересматривать».

Равно как при «несектанстком подходе» вы не обязаны любить или не любить какого-либо конкретного человека, однако из вашей любви или нелюбви к нему никак не будет следовать правота или неправота его тезисов. Вы ещё можете заподозрить, что «этот гад наверняка подделал данные», но вот его аргументы таким способом принимать или отвергать уже нельзя.

При «сектанстком» же ваше отношение к человеку однозначно определяет для вас верность или неверность его описательных тезисов. Для манипулятора таковое, разумеется, очень удобно.

И один из серьёзнейших принципов, по которым разделяются эти подходы — принцип Юма: из целевых установок принципиально невозможно логически вывести описательные, а из описательных принципиально невозможно вывести целевые.



doc-файл

Tags: контрманипуляция сознанием, научный метод, философия
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 198 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →