Lex Kravetski (lex_kravetski) wrote,
Lex Kravetski
lex_kravetski

Category:

О законе «отрицания отрицания»

После статьи о мощи диалектической логики пришёл черёд взглянуть на оную уже не в сатирическом ключе, а в ключе научном. С целью показать, какие правила научного мышления ей нарушаются, и почему это нарушение критично.

Конечно, я не смогу коснуться вообще всех нарушений — уж больно их там много, но давайте взглянем хотя бы на самые основные, которых, впрочем, уже достаточно для того, чтобы заключить, что данный «наивысший метод мышления» на самом деле не сильно отличается от современных книг по парапсихологии, также замаскированных под якобы науку.

Тут надо сразу понять: декларируемые диалектической логикой законы понимаются ей как всеобъемлющие. Это прямым текстом и многократно написано, как у классиков диалектической логики, так и у их современных последователей.

Первым рассмотрим закон «отрицания отрицания». Его суть в том, что «всякое развитие происходит по спирали. В процессе развития происходит отрицание предыдущей стадии, но затем наступает отрицания отрицания и предыдущая стадия возвращается в новом качестве».

И этому даже приводятся примеры: колос вырастает из зерна, отрицая его, поскольку зерно в этот момент исчезает, а потом в колосе родятся зёрна, которые тоже отрицают колос, но, являясь отрицанием отрицания, возвращают процесс обратно к зерну, за которым — через следующее отрицание — последует новый колос.

«Отрицание» тут имело бы смысл брать в кавычки, поскольку этого понятия для объектов реального мира в научном методе просто не существует. Невозможно сказать, что является «отрицанием яйца», «отрицанием погоды» или «отрицанием ходьбы».

Для логических высказываний понятие «отрицание» действительно определено: это то множество случаев, которое не пересекается со случаями, описанными исходным высказыванием, но дополняет их до полного множества. Даже если представить себе, что нам понадобилось бы то же понятие для объектов реального мира, то следовало бы предположить, что «отрицание яйца» — это вообще всё, что не является яйцом. Да, мы бы тут встретили некоторые трудности: является ли яйцом только что разбитое яйцо, из которого вылезает цыплёнок и т.п.? — но это хотя бы в общих чертах описывало бы что-то закономерное. С большой натяжкой, но всё-таки для любого объекта, явления, процесса и так далее, мы бы могли сказать, что является его отрицанием.

И, что немаловажно, в этом не было бы очевидного произвола. То есть для указания на отрицание в непограничных случаях не надо было бы ссылаться на некие авторитеты: любой мог бы доказать, что отрицание — вот оно. Как это, собственно, происходит в формальной логике.

Но взглянем снова на вышеупомянутый классический пример. Колос является отрицанием зерна, поскольку он вырастает из зерна, а зерно — отрицанием колоса. То есть, отрицанием отрицания. Всё возвращается на круги своя в этом спиральном восходящем движении. Вот видите, закон работает.

Если мы читаем «колос — отрицание зерна», то уже из того, что «колос» не является «всем, кроме зерна», вполне понятно, что отрицание определено не тем способом, который описан выше. Тогда каким?

Внятного ответа не просто нет — его нет принципиально. Это понятие никак не определено, а потому попросту выбирается то, что «кажется отрицанием» и «удобно для данного случая».

Явные же противоречия при этом игнорируются: ну ладно, когда из зерна вырастает колос, то ещё кое-как можно сказать, что зерно при этом исчезло. Но ведь при появлении зёрен в колосе колос-то не исчез. Они, зёрна, собственно, прямо в нём и располагаются, являясь его составной частью. Почему они тогда — его отрицание?

Это объясняется тем, что «колос является зерном, но в более новой качественной форме». То есть, очевидное следствие размытости термина оправдывается ещё более размытым термином.

Поэтому совершенно неудивительно, что этот пример фигурирует и в другом виде: из зерна вырастает росток, являющийся отрицанием зерна, а из ростка — колос. Который является отрицанием ростка и отрицанием отрицания зерна. То есть, зерном в качественно новой форме. На новом витке спирали.

Сравнив эти два примера между собой, мы с удивлением обнаружим, что колос является и отрицанием зерна (в первом примере), и отрицанием отрицания зерна (во втором примере). Также он является и отрицанием зерна (в первом примере) и зерном в новой форме (во втором примере). Причём, тут именно не «содержит в себе» (как некую потенцию для развития), а «является».

Эти два примера без проблем сосуществуют и широко цитируются, не смотря на очевидное их противоречие друг другу: если они оба верны, то из этого следует, что отрицание и отрицание отрицания — это одно и то же. И, значит, не только отрицание отрицания, но и само отрицание является «исходной стадией в новой форме». А раз так, то закон вырождается из «всё развивается по спирали» во «всё имеет одну следующую стадию, а дальше всё будет одинаково». А значит, оба примера неверны, поскольку в них говорится о цикле, а никакого цикла быть не может.

Но диалектическая логика как бы «отлично объясняет» оба этих варианта. И они оба как бы «подтверждают» данный закон, являясь его «примерами», а вовсе даже не опровержением.

Если есть желание, вы даже можете потроллить диалектиков вот этим вот способом: спросить его про колос и зерно, посмотреть, какой вариант он вам предложит, а потом найти второго диалектика и попросить его объяснить другой вариант. Через некоторое время можно сказать, что, вот, вроде бы, есть вариант трактовки, который противоречит озвучиваемому… После этого можно просто пересылать их «объяснения» друг другу, с интересом наблюдая, как они оба обвиняют вас «в полном непонимании диалектики», не подозревая, что вы лишь пересылаете сообщения.

В отличие от формальной логики, где подобная проблема в споре двух людей, понимающих формальную логику, разрешилась бы довольно быстро, поскольку там в наличии и точные определения, и формализованная процедура доказательства, независящего от личных мнений, в диалектической логике она не может быть разрешена вообще. Поскольку вообще нет никакого способа объективно доказать, что верен один из двух вариантов.

Более того, наверняка найдутся те, кто будет утверждать, что верны оба одновременно. Намекая на запредельных масштабов произвол этого «высшего метода рассуждений».

Ну хорошо, пойдём дальше. Как мы знаем, Маркс, ввёл в обиход диалектический материализм, и с тех пор словосочетание «диалектическая логика» обычно означает именно его версию. Идеализм из этого варианта был вычищен, что само по себе хорошо, но вот остальное — отрицания отрицаний и т.п., — сохранилось.

По той причине, что Маркс таким образом связал диалектику с марксизмом (хотя реально ни одно положение всего остального марксизма не было логически выведено при помощи диалектической логики) многие сторонники диалектической логики — коммунисты. И она используется ими для доказательства неизбежности наступления коммунизма.

Делается это примерно так. Человечество стартовало с первобытно-общинного строя, который также можно назвать «первобытным коммунизмом» (ну, ОК, пусть так). Потом первобытный коммунизм в какой-то момент сменился своим отрицанием — рабовладением+феодализмом+капитализмом. Но ввиду спиральности развития произойдёт отрицание отрицания и коммунизм вернётся в новом качестве: уже как тот коммунизм, о котором мы ведём речь.

Многим такое «доказательство» нравится за то, что оно такое многообещающее. Не, ну правда, пообещали же неизбежность коммунизма. Как можно отказываться от такого?

Должен сказать, что лично я — мало того, что сторонник коммунизма, но ещё и считаю его наступление неизбежным. Это — наиболее вероятная рабочая гипотеза. Но при всём при этом от вышеописанного «доказательства» у меня лезут глаза на лоб.

Где-то в его середине фигурируют феодализм и капитализм. Но постойте, если закон спиральности развития верен, то из этого следует, что коммунизм вообще никогда не настанет. Не, ну вы же сами сказали: по спирали. Феодализм и капитализм — это очень разные вещи. И второе своим воцарением уничтожило первое — то есть, как вы сами в таких случаях говорите, стало его отрицанием. Потом, значит, произойдёт отрицание отрицания, и капитализм сменится на феодализм в новом качестве. Потом феодализм-2 сменится на капитализм-2, и так до бесконечности.

Единственный вариант выкрутиться — считать, что коммунизм — это такой феодализм «в новом качестве».

Само собой, данные рассуждения сильно не нравятся диалектикам. Но вместо того, чтобы заключить, что, либо коммунизма никогда не будет, либо попросту закон отрицания отрицания совсем даже не является «всеобъемлющим законом», они пытаются усидеть на двух стульях: ну, типа, феодализм и капитализм — это две формации, где существует эксплуатация. А коммунизм — та формация, где эксплуатации нет. Поэтому отрицание отрицания произойдёт именно по этому признаку.

И тут возникает очевидный вопрос: а почему, собственно? Почему именно по этому? Ведь «всеобъемлющий закон» никоим образом не оговаривает, что какие-то признаки гораздо лучше других. Оговори он это — он перестал бы быть всеобъемлющим. И начал бы звучать как «иногда происходит отрицание отрицания». «Иногда развитие идёт по спирали». Но он не оговаривает подобного, он утверждает, что так всегда.

А раз «так всегда», то вот вам бесконечная «спираль развития» из феодализма и капитализма.

И это ведь был только первый шаг: реально-то мы можем обнаружить огромное множество признаков, по которым политэкономическая система отличается от той, что была десять лет назад. И буде закону быть всеобъемлющим, по каждому из этих признаков должно происходить «развитие по спирали». Феодализм должен циклически меняться местами с капитализмом, бартер с денежной системой, древнегреческая демократия с монархией. И так до бесконечности. Никакого коммунизма тут не предусмотрено.

Откуда в этой спирали вообще берутся новые явления-то? Не будем же мы в здравом уме утверждать, что монархию, крепостничество и деньги придумали ещё простейшие одноклеточные, а с тех пор оно только раз за разом воспроизводится «на новом витке спирали в новом качестве»?

Даже если мы очередной раз извернёмся и предположим, что на одном витке спирали расположено более одного шага, то из этого последует, что коммунизм в какой-то момент должен смениться рабовладением, феодализмом или капитализмом — опять же «на новом витке в новом качестве».

А человек, видимо, должен в какой-то момент превратиться обратно в одноклеточных. Ну а что, эволюционное-то развитие тоже должно идти «по спирали»?

При всей простоте и приятности «доказательства через закон отрицания отрицания» в приложение к нему побочными эффектами идут какие-то запредельные противоречия — в частности, неясно, какой из вышеперечисленных вариантов должен реализоваться, согласно этому «закону. Что, естественно, приводит к запредельному лицемерию: из множества в одинаковой степени “вытекающих из закона” вариантов попросту выбирается наиболее приятный для докладчика.

Разумеется, нельзя рассуждать следующим образом: «я желаю неизбежности коммунизма, поэтому я должен отвергнуть диалектическую логику, поскольку она ведёт к выводу о невозможности коммунизма» — желание не является доказательством. Но при этом крайне абсурдно любить некий метод за доказательство желаемого, тогда как он позволяет это желаемое и опровергнуть тоже.

А вот то, что данный метод в том самом случае, который заявлен его сторонниками как место, где этот метод работает, позволяет получить не один вариант развития событий, а целое множество взаимоисключающих вариантов, включая, заведомо абсурдные, уже является доказательством того, что данный метод несостоятелен — как минимум, в этой вот области.

Но снова вернёмся к колосу. Наивно было бы полагать, что жизнь каждого зерна замкнута в тот цикл, который приводят в качестве примера: ведь человек растит пшеницу вовсе не для того, чтобы до бесконечности воспроизводить этот цикл для каждого зерна. Да и в природе, воспроизводись он постоянно, вселенная ещё на заре времён была бы до отказа заполнена зёрнами.

На самом деле изрядная часть зёрен в колосьях идёт не на новые колосья, а на булочки. А стебли — на корм скоту. И вот тут на «спирали» возникает неизбежная развилочка: кто-то таки да, продолжит «спираль», а вот остальные превратятся в муку, потом в булку, а потом… ну, вы знаете.

И это самое «вы знаете», конечно, можно было бы попытаться вписать в «спираль»: ну там, из этого удобрения родятся новые колосья. Однако тут мы получаем ещё одну пачку «альтернативных отрицаний». Колос становится не только «отрицанием зерна» и «отрицанием ростка», а ещё и «отрицанием удобрения», «отрицанием воды», «отрицанием почвы». И из каждой альтернативы отрицаний как бы должны вырастать свои спирали. Но тогда становится неясно, о какой «спирали развития» вообще речь? Этих спиралей, оказывается, очень много. В потенциале — бесконечно много. Решительно невозможно построить для них единую результирующую спираль.

И вот почему.

Результат, например, переработки булочки кишечником человека не обязательно сразу же попадёт обратно на поле и станет удобрением для колоса. Он может быть сброшен в реку, по ней уплыть в океан, там быть пожран бактериями, которых пожрут какие-то рачки, а потом их пожрёт кит. Который даст дуба и тоже будет кем-то сожран. Дойдёт ли всё это хоть когда-нибудь до нового колоса — неизвестно. Оно ведь вообще может рухнуть в трещину океанского дна и утечь в земную мантию.

Равно как и в случае с «доказательством неизбежности коммунизма», одну и только одну закономерную спираль сюда можно втиснуть только при помощи циничного произвола и подгонки под ответ.

То есть, не только, что является «отрицанием» внятным образом не определено, но и даже при широкой трактовке данного термина данный закон просто не может быть всеобъемлющим.

Именно поэтому он и не имеет никакого однозначного описания, а описывается лишь специально подобранными примерами (которые, как было показано выше, тоже не особо-то состоятельны).

Мало того, примеры из соседних «законов диалектики», приведённые диалектиками, тоже не вписываются в этот закон. Вспомним воду, которую нагревают, чтобы показать переход количественных изменений в качественные. Вода изо льда в какой-то момент превращается в жидкость, а потом в газ. Но почему же не снова в лёд? Где же «всеобъемлющий закон отрицания отрицания»?

Или газ — это «лёд в новом качестве»? До скольких градусов нам надо всё это нагреть, чтобы снова вернуться к твёрдому телу? Физика нам сообщает, что сколь ни нагревай, а льда мы не получим. Только всё более и более крутые в плане несвязности составных частей состояния — плазму, кварк-глюонную плазму и, возможно, что-то ещё, чего мы пока не встречали, но явно не твёрдое тело.

То есть, даже сами же диалектики среди своих примеров приводят такие процессы, в которых нет никакого «развития по спирали». И в окружающем нас мире тоже таких процессов целая куча. Как в реальном, так и в абстрактном (а это тоже считается, поскольку диалектики пытаются приводить примеры того, что и в абстрактных мирах, типа математики, работают законы диалектики).

Если мы будем прибавлять единицу к некоторому отрицательному числу, то в какой-то момент получим положительное число. Однако сколь бы долго мы ни прибавляли после этого единицу, мы не получим снова отрицательного числа.

Сигналы светофора переключаются циклично, но ни один из цветов не появляется «в новом качестве». Есть цикличность, но нет никакого развития.

Человек рождается, взрослеет, стареет и умирает. Но ни в какой момент своей жизни он не становится снова младенцем. Новые люди — да, появляются, но ведь это другие люди, а не стадии того же самого человека.

В науку скорее всего никогда не вернутся её предыдущие ошибочные представления о явлениях, если только не произойдёт какого-то глобального катаклизма, отбрасывающего человечество обратно в каменный век. Но из закона отрицания отрицания мы, видимо, должны вывести, что катаклизм обязательно произойдёт — а то ведь окажется, что закон не сработает.

Некая гипотеза, оказавшаяся после проверки ошибочной, вовсе не обязательно раз за разом после этого до бесконечности возвращается в рассмотрение.

Таких примеров можно привести очень много, но уже из этих совершенно очевидно, что встречаются — и очень часто — варианты развития, отличные от спирального.

При столкновении с ними у диалектиков наблюдаются два варианта действий.

Первый из них — попытки разыскать другие примеры спирального развития. Той степени успешности, которая вообще может быть при вышеописанной размытости и произвольности используемых ими терминов.

Однако, сколько бы примеров ни обнаружилось, этого недостаточно, чтобы заключить о том, что вообще всё развивается таким образом: ведь есть большое количество примеров, когда образ развития иной. И любой пример, таким образом, будет показывать, что такой вариант развития в принципе возможен. Возможен, а вовсе не обязателен. То есть, примеры выполнения закона имеются — с теми натяжками, которые неизбежны при размытой формулировке, — но это не делает его всеобъемлющим.

Грубо говоря, из того, что водитель может повернуть налево и иногда даже поворачивает налево, вовсе не следует, что все водители всегда поворачивают налево.

А значит, этим «законом» в принципе нельзя пользоваться так, как им пользуются: берём произвольный процесс и заключаем, что он будет развиваться по спирали — с отрицаниями и отрицаниями отрицаний. Мы даже не вправе сказать, что данный процесс может так развиваться. Без дополнительных по отношению к «закону» данных мы не можем определить, будет ли развиваться по спирали этот процесс и даже, что он мог бы развиваться по спирали. Мы знаем лишь, что, вообще говоря, существует вариант развития по спирали, и процессы, в которых оно именно так.

И это куда менее смелое утверждение, нежели «закон отрицания отрицания». Настолько менее смелое, что его вряд ли вообще можно назвать «законом».

Более того, если, например, в целях спасения тезиса о неизбежности коммунизма утверждается, что «развитие по спирали» происходит не всегда, а иногда, то уже нельзя считать «доказательство неизбежности» прямым следствием «закона»: ведь «иногда» и «всегда» — разные вещи. Надо доказать, что свойство «есть эксплуатация» входит в это самое «иногда», а другие свойства в него не входят, а потому спираль будет только вот по этому свойству, но не по остальным. Если тезис «все критяне — лжецы» был смягчён до «некоторые критяне — лжецы», то уже нельзя утверждать, что встретившийся вам критянин — лжец, на том основании, что он — критянин.

Второй же вариант действий диалектиков: «вы ничего не докажете — я всё буду отрицать: любые ваши аргументы против этого закона» (именно в этом, видимо, и состоит реальная суть закона отрицания отрицания). То есть, независимо от аргументов и вообще какого-либо здравого смысла, некоторые диалектики пытаются доказывать, что и в этих процессах тоже наличествует отрицание отрицания. Для этого переиначиваются термины, делаются натяжки совы на глобус и в конце концов постулируется, что «здесь вообще нельзя пользоваться формальной логикой». Что в переводе означает: «я могу вести рассуждения как угодно, вас в ваших рассуждениях как угодно ограничивать, а в конце вы просто должны поверить, что я прав».

Именно это, собственно, так роднит диалектиков с парапсихологами, которые тоже любят использовать как подобные методы, так и подобные подходы.

У них ровно так же оказывается, что при каждом обнаруженном противоречии и при каждой найденной ошибке в их рассуждениях в финальной точке своей защиты они говорят: «это не поддаётся логике» или «научный метод тут бессилен». А потом, соответственно, предлагают перейти к «более прогрессивным» методам, вся прогрессивность которых состоит в том, что если ими пользоваться, то парапсихологи как бы окажутся правы. Точнее, и они тоже — вместе с ними «окажется прав» вообще любой мошенник.

Под конец имеет смысл рассмотреть ещё один нюанс «закона отрицания отрицания», сильно напоминающий один из методов действия парапсихологов.

Суть этого метода вот в чём: берётся какое-то реально существующее научное понятие и этим же словом называется нечто, лишь отдалённо напоминающее исходник.

Парапсихологи пользуются размытыми терминами, похожими при этом на научные: «энергия», «информация», «поле» и так далее, не будучи в состоянии описать, что эти термины означают, и какими свойствами обладают стоящие за ними сущности, чтобы об этом можно было сколь-либо закономерно рассуждать.

Например, «энергией» в физике называется определённый инвариант — то есть, нечто (в случае с энергией — определённая сумма величин), сохраняющееся в любой фазе процесса. То, что это действительно инвариант было проверено на миллионах опытов в самых разных областях физики. Однако в парапсихологии этим словом называется нечто неопределённое. Что-то, что, в отличие от его физического тёзки, может «течь» и «перетекать», «улавливаться» и «направляться», быть «тонким» и «отрицательным». И это уже не говоря про его прочие удивительные свойства. Да что там, эта самая «энергия», как следует из рассуждений парапсихологов, даже инвариантом-то не является.

Однако эта странная сущность осеняется авторитетом своего естественнонаучного тёзки. То есть, подразумевается, что она тоже уже и открыта, и исследована учёными (которые, конечно, то ли ещё не понимают всей её сложности, то ли всё от нас скрывают, но всё равно ведь признают).

Ну и ещё ей по желанию автора можно приписывать некоторые свойства, которые есть у энергии в физике.

В результате получается, что эта «энергия» вроде уже не высосанная из пальца фантазия парапсихологов, а как бы развитие физической концепции в опережение косной и зашоренной науки.

Ровно такой же метод наблюдается и в диалектическом «отрицании». Оно вроде бы называется так же, как и «отрицание» из формальной логики. Однако своего точного и недвусмысленного определения не имеет, а формальнологическому напрямую противоречит.

Напомню, в формальной логике отрицание высказывания — это то, что не пересекается с множеством случаев, когда исходное высказывание истинно, и дополняет его до полного множества случаев. В диалектической же оно, во-первых, может пересекаться, а во-вторых, вовсе не обязано дополнять. Кроме того, область определения расширена до уровня «не только логические высказывания, а вообще что угодно».

При столь сильном отличии от исходника, диалектическому отрицанию, когда это удобно, приписываются произвольные свойства формальнологического. Хотя доказаны-то эти свойства были только для «отрицания» в определении формальной логики, а вовсе не для всего, что кто-то захочет назвать тем же словом.

И одновременно с тем данный термин используется с такой лёгкостью, будто это — нечто столь же привычное и исследованное, как отрицание из формальной логики. Будто бы, когда-то обосновав использование «отрицания» для формальной логики, тем самым обосновали его и для диалектической тоже.

Многочисленные же ссылки на «науку», которыми обычно сопровождаются рассуждения об этом термине, играют ту же роль, что и в парапсихологии: с их помощью пытаются убедить читателя, будто здесь речь идёт о научных терминах.



doc-файл
Публикация в блоге автора

Tags: диалектика, контрманипуляция сознанием, философия
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 250 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →