Lex Kravetski (lex_kravetski) wrote,
Lex Kravetski
lex_kravetski

Categories:

На Луну!

Невнимание к высоким порывам души и высокому довело автора гениальной повести до нервного источения, что привело его к недельному лечению всякими целебными водами. И много лекарств. Но автор не поддался невниманию читателя и между лечениями написал уже шестую главу повести. Но сейчас автор не может её выложить, а выложит четвертую главу. Потому что шестая глава идёт после четвертой, а не до неё.

Если же комментариев опять будет мало, автор опять может заболеть. Но при этом он может и не написать седьмую главу, поскольку его следующий недум может оказаться фокальным.

 

Глава 4

 

Приземление прошло на допустимом уровне удачно. Только изобретатель, позабыв о слабом коэффициенте притяжения Луны, не рассчитал упреждения и зацепил турбиной вертолета за песок почвы. Вертолет чувственно тряхнуло, профессор с молодым человеком посыпались друг на друга, а от одного из иллюминаторов отвалился карниз. Но по сравнению с избежанной опасностью предыдущих космических баталий, эта погрешность показалась пассажирам тлетворным пустяком. Они поднялись с палубы и отряхнулись.

– Это будет вам уроком, – сказал изобретатель, – впредь не забывайте пристегивать ремни, иначе можете катапультироваться через лобовое стекло, – он сепаратически улыбнулся и нажал на кнопку отделения трапа.

Наконец, трап откинулся, и сапоги профессорского скафандра зашагали по нему к земле Луны. Сойдя до самого низу, профессор замер оглашенный. Идущие за ним изобретатель и молодой человек также не смогли продолжить движение после спуска. Все трое стояли в оцеплении и обзирали окрестности.

Тут было нечему удивляться. Раскинувшийся от горизонта до горизонта вид затронул самые сакральные чертоги душ наших путешественников. Окружающая реальность настолько сильно напоминала пастеризованный деревенский пейзаж, что путешественники невольно вспомнили своих родных отцов, своих недалеких предков, живших в сельской глуши, их корни ушедшие вглубь щедрой нечерноземной почвы. На глаз молодого человека даже накатилась слеза. Потупив взор, он взглянул на изобретателя и сказал:

– Эта голубизна играет на сенсационных струнах моего сердца, – при этом он показывал своей рукой на нежную синь лунного неба.

Изобретатель кивком подтвердил эту семантику. А профессор подошел к ним сзади, молча снял запотевшие от слез очки и похлопал их по плечу.

– Да, мой дорогой коллега, – сказал он своему молодому другу, – опишите эту прекрасную красоту своим стихосложением. Дайте волю своей музе, и задача распрострется пред вашими ногами…

Залезя в карман скафандра, профессор извлек из него флебитовую тряпочку и стал протирать ей одно очко за другим.

– Вы правы, мой уважаемый друг, – с пассией произнес молодой человек, – этот чудный ландскнехт достоин быть запечатленным в моей поэме. Я напишу о нем рифмованную оду. Или, может, черкну десяток строк верленом.

– Мне тоже все это кажется поэтичным, – прервал его изобретатель, – И вереница кратеров, растянувшаяся цепочкой по долине, так же напоминает мне о первородных людях, но мы прибыли сюда не для того, чтобы писать хорошие стихи. Все-таки наша миссия – исследовать здешних флору и фауста. Оторвемся же от чувств и займемся делом.

– Так точно, – сказали молодой человек и профессор, отдав честь под козырек.

– Прежде всего, – начал объяснение изобретатель, – нам предстоит проделать пробу здешних ископаемых, составить перигелий лунных элементов, чтобы сравнить его с земной таблицей Менделеева, и попытаться обнаружить признаки разумной жизни. Но не забудьте тщательно визировать материал в учетных книгах!

– А, так вы думаете, поблизости есть кто-то живой?! – флегматически воскликнул молодой человек, обращаясь к профессору.

Тот попробовал по привычке почесать переносицу, но наткнулся на стекло колпака скафандра. Это не вывело профессора из задумчивости, и он отстраненно сказал:

– Кремационная теория сингармонизма предсказывает большой вероятностный показатель существования живых рас на планетах со схожим мироустройством. А что? Притяжения тут достаточно, чтобы зародившаяся жизнь не улетала в космос. Водного ореола нет на поверхности, но сама эта жидкость скорее всего есть в подземных кимберлитовых трубах. Да и солнечной радиации вполне хватит для обогрева теплокровных сущностей.

– Но это значит, – с замиранием сердца крикнул молодой человек, – что если здесь есть жизнь, то она должна селиться под землей!

– Вот так, – вставил изобретатель, – мозговым штурманом достигается прозрение в научных конфессиях. Поздравляю, вы сделали огромный шаг вперед для человечества – вам принадлежит доказательство того, что есть существование наличия разумной жизни на Луне.

Все начали жать молодому человеку руки, а изобретатель добавил:

– В этом и состоит научный принцип транзитивного познания. Надо экстраполироваться от фактов и просто думать, тогда мысли в голову полезут сами собой. В этом случае каждый может выдвинуть свою блестящую гипотенузу. И простой клерик в банке запросто получит Нобелевскую премию по математике, стоит ему только напрячь свои серые извилины. Наш коллега, например, только что подчеркнул это своим фундаментальным открытием.

– Не перехваливайте его, – прервал изобретателя профессор, – а то он начнет потчевать на лаврах.

– Заслуженная похвала всегда кстати, – не согласился с ним изобретатель, – она симулирует молодого человека к дальнейшим успехам. Я это понимаю, как никто другой, так как во мне все еще много всего от ребенка. Вы не поверите, но в свои преклоненные года я достаточно инфернален. Поэтому понимаю, что любому умному молодому человеку похвала идет только на пользу. А, как вы знаете, у моего друга довольно большой IP.

– Хорошо, хорошо. Вы меня убедили, – покорно сказал профессор, – надеюсь теперь, мы наконец отправимся на поиски входа под землю?

– Конечно! – воскликнул изобретатель. – Что касается вкусных идей, я – настоящий гарсон: не успокоюсь пока не продезавуирую.

Профессор достал из рюкзака бинокль и осмотрел панораму. Не найдя ничего приметного глазу, он вручил бинокль молодому человеку. Тому повезло больше, он заметил метрах в десяти от них огромную скалу с пещерой и ходом вниз. Было решено пойти туда.

К счастью, в багажнике вертолета нашлось альпийское снаряжение, которое изобретатель всегда брал с собой на случай крушения вертолета в горах. Они поделили его между собой и направились к пещере. Идти было тяжело, давил двадцатикилограммовый скафандр и дополнительные десять килограмм альпийских приспособлений. Но длительные тренировки, которым они подвергали себя перед полетом, давали им надежду вынести эту тяжесть. Тем не менее, профессор предпочел сойти с тропинки и пойти вдоль нее по траве, так как земля там была все-таки помягче и не так отдавалась профессорским ногам.

Дорога заняла у путешественников около полутора часов, и утомленные солнцепеком, они с радостью вошли в пещеру, в которой было несколько прохладней, чем на улице. В пещере царил полумрак,  поэтому решено было зажечь фонари на колпаках, и тогда наконец-то стали видны первые знаки разумной жизни. В пещере находился лифт, который вел в подземные залы дворца, но не успели ученые подойти к нему, как на них со всех сторон с улюлюканьем бросились какие-то существа, вооруженные копьями. Они отличались от людей только тем, что у них было по три глаза, как у циклопов.

Профессор с друзьями сразу же остановились, а изобретатель вытащил свое оружие.

– Кто это? – шепотом спросил молодой человек.

– Это – лунатики, – так же шепотом ответил профессор, – или по научному – муниты.

– Они, похоже, настроены дружелюбно.

Изобретатель с сомнением посмотрел на толпу индейцев и сказал:

– У Отелло есть такая повесть, где муар застрелил свою подругу. Так вот, там основной смысл в том, что дикарям доверять нельзя, иначе они тебе во сне аритмию перережут.

– Но они ведут себя довольно мирно, – сказал молодой человек.

– Тем не менее, будем выказывать осторожность, – отрезал изобретатель.

После чего, он вышел вперед и крикнул:

– Кто-нибудь говорит по-русски?

От толпы отделился один индеец и поднял руку:

– Я, – сказал он с акцизом, – тойко осень плехо.

– Скажи им, что белые братья пришли с миром, – потребовал изобретатель.

– Уфхцчшщ, – крикнул индеец своим собратьям по разуму, – лепрозорий кумулята.

Толпа заголосила и затрясла копьями.

– Наса осень нузна мир, – сказал индеец, – наса племена узе ситириста лет зивет бес война.

– Это хорошо, – сказал изобретатель, – скажи им, пусть проведут нас к вождю.

– Фурункул!  – крикнул индеец. – Гидрант! Вива де голь!

Инопланетяне, еще немного потряся копьями, жестом пригласили людей пройти за собой в лифт. Там переводчик нажал на кнопку с цифрой один, и он стронулся с мертвенной точки.

 

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 30 comments