?

Log in

No account? Create an account

Предыдущий пост Поделиться Следующий пост
Король республики и князь несуществующей империи
lex_kravetski
Дочь короля Румынии Михая I подозревают в организации запрещённых петушиных боев в США. 60-летняя Ирина Уокер является дочерью короля Румынии от его брака с принцессой Анной Бурбон-Пармской.

Власти американского штата Орегон подозревают королевскую особу в организации запрещенных петушиных боев — полиция арестовала женщину на основании того, что она вместе с мужем Джоном Уэсли Уокером за последние полтора года устроили на своем ранчо в Орегоне не менее десяти петушиных боев, которые запрещены федеральным законодательством.

(источник )


Парадокс ситуации в том, товарищи, что в Румынии нет короля. Румыния — республика с 1947-го года. Но вон как, у несуществующего короля есть дочь, проживающая в штате Орегон.

Это мне напоминает, как на одной конференции я встретил русского князя. Или графа — я точно уже не помню, кем он там был, однако его именно так и представили: с дворянским титулом. «А сейчас будет доклад князя такого-то» — всё по-взрослому.

После конференции я решил подойти к князю и поинтересоваться, какой именно страны он князь. В России нет дворянства, во Франции, где русский князь проживает с рождения, дворянство аналогичным образом отсутствует. С какого тогда рожна он князь?

Потому что чей-то наследник? Ну так мало ли кто чей наследник. В те времена, когда дворянство было, люди, разумеется, признавали наследное право дворян, но это не значит, что они признают его до сих пор. В те времена кроме того признавали и деление людей на сорта́, и отдельное законодательство для каждого сорта людей — рода, расы, ранга и так далее. Но если чей-то дальний предок владел когда-то в США рабами, то в нынешних США его потомок уже не имеет права владеть потомками тех рабов, сколь сильно бы он не уверял всех подряд в собственном праве на наследство.

Сын князя, короля, графа или, я не знаю, барона той страны, где дворянство и монархию отменили — ровно такое же никто, как далёкий потомок вождя Ирокезов или Чингиз-хана. А то, что они сами до сих пор считают, будто им принадлежат какие-то особые права (даже если это всего лишь право называть себя «князем»), значит не больше, чем мнение пациента психиатрической лечебницы, уверенного, что он — реинкарнация Наполеона, коронованная Галактическим Советом в Императоры Галактики. И какое-то уважение они, назвав себя «графами», они получат разве что в глазах слабоумных. Не говоря уже о том, что в нынешние времена рождение уже не считается какой-либо заслугой родившегося.

Естественно эта штука работает в обе стороны: рождение в семье бывшего князя не делает человека выше других, но и нельзя обвинять кого-то только за то, что он родился в такой семье. Однако то, что человек именно таким способом представляется, это таки да, кой-чего о нём говорит: иностранный гражданин хочет себе на ровном месте добавить авторитета. Хочет приписать себе виртуальные заслуги и тем возвыситься над окружающими.

Кстати, с русской аристократией исторически получилось именно так. Изначально аристократы были по сути кастой военных. Их феодальный удел выдавался им не просто так, а в обмен на обязанность в случае войны самостоятельно снарядить себя и своих людей всем необходимым. Многие и тогда, конечно, относились к свалившемуся на них счастью как к благодарности Небес за сам факт существования этого человека — особенно те, кто удел получил не в результате совершённых подвигов, а просто по наследству — однако обязанностей не снимали даже с них. Там, где-то между частной собственностью и службой государству, это всё и располагалось.

Но со временем аристократия всё сильнее офигевала от собственного априорного величия, проталкивая отмену всё большего и большего количества обязанностей, но добавляя себе полномочий, пока, наконец, Екатерина Вторая не поставила жирную точку, означающую финал процесса. С того момента дворянство могло почти всё и ничего не было за это обязано. Это, если что, было ещё в конце восемнадцатого века.

По инерции особо идейные всё ещё продолжали делать что-то полезное — шли в армию, например — но тенденцию не обманешь. Если можно и хочется, то в среднем это и будут делать, а потому к Октябрьской Революции дворянство почти целиком было классом-паразитом. Что, разумеется, не могло не сказаться на отношении широких масс населения к означенному классу.

Часть дворян, которые всё-таки сохранили порядочность, про своё дворянство забыли и включились в строительство советского государства. Но это была относительно небольшая часть. А та часть, что побольше, либо просто бежала за границу, либо влилась в ряды белых. Многие сейчас думают, что белые всем сердцем хотели возвращения монархии, сохранения православной веры и спасения страны, но нет, большинство командного состава группировок, называемых собирательно «белые», хотели иного: спасения, сохранения и возвращения собственных привилегий — дворянских, буржуазных, имущественных и прочих подобных. Чтобы «это зарвавшееся быдло» выкинули из власти обратно к плугу, а имения, фабрики и особые права вернули их бывшим хозяевам. Некоторые ради такого были даже готовы сдать Россию, которую они якобы защищали, любому, кто приструнит большевиков. Например, англичанам.

Смысл сего занимательного повествования в том, что эти якобы князья, графья и герцогья в случае с Россией уже даже не синоним «бывших служащих государства Российского», а синоним «класса-паразита». И гордиться своим происхождением их потомкам удаётся только потому, что нам на протяжении двадцати лет по телевизору регулярно показывали дворянские балы, юнкеров и хруст французской булки.

Дескать, это был цвет нации, который уехал. Хрен там. Цветом нации оно являлось лет триста назад, и то с большими оговорками, плюс поправки на особенности тех времён, а уже к концу девятнадцатого века из этого сора разве что малую горстку жемчужин можно было наковырять. В промежутке, соответственно, как-то промежуточно. Мы, конечно, помним Суворова, Кутузова, Багратиона и ещё целый ряд деятелей, но дворян к моменту прикрытия лавочки накопилось под два миллиона, и отдельные примеры, знаете ли, этот общий контрпример скомпенсировать уже никак не могут.

Нормальный человек, таким образом, должен был бы представляться как-то вроде «писатель, лауреат Сталинской премии, Алексей Толстой» или «генерал-лейтенант Михаил Бонч-Бруевич». Можно просто по фамилии, без расшифровок, но вот «князь» или «герцог» — нет, спасибо. Не надо этих беспочвенных понтов — дворян у нас, слава богу, больше нет.

В общем, что-то подобное я собирался изложить князю, не исключено, в более грубой форме. Но внезапно выяснилось, что русский князь по-русски не говорит. По-французски и по-английски ему нормально, а вот с русским не сложилось. Силиться сформулировать всё вышеизложенное на понятном русскому князю языке я не стал. Но недавно, после прочтения короткой заметки, ссылка на которую дана в начале статьи, тот случай как-то всплыл в памяти: больно уж похожа «дочь румынского короля» на не говорящего по-русски русского князя.

Правильно писать, товарищи журналисты, не «дочка румынского короля», а «дочь швейцарского гражданина, называющего себя королём Румынии», если уж вам так хочется уточнений. Согласен, в такой подаче оно звучит не так пафосно, однако оно и на самом деле не так пафосно. Король — не король, и дочь его не «королевская особа».

Правда, в случае с данным румынским королём ситуация несколько сложнее. Он, пробыв много лет марионеткой фашистского правительства, в удобный момент возглавил его арест, объявил войну Германии и примкнул к Советскому Союзу. После отмены монархии эмигрировал, жил в Швейцарии. В попытках вернуть трон не замечен, но женился таки на принцессе и продолжает считать себя принцем. То есть реальные заслуги у него всё-таки имеются, не смотря на все придури с дворянскими титулами.

Есть ли заслуги у пресловутого князя, выяснить не удалось, однако логика именования должна быть ровно той же. Если он настаивает на княжеском титуле, то называть его в этом случае следует «французский гражданин, называющий себя русским князем». Дабы дурь видна была.

У нас свобода слова, во Франции тоже. Каждый имеет право считать себя кем угодно, но и остальные тоже имеют право считать его тем, кого они в нём видят.



doc-файл




все в одну кучу - и дворянские, и буржуазные привелегии. Все-таки чтобы быть буржуином, надо было что-то делать - торговать, хотя бы и ценными бумагами, или производство какое полезное завести.

или заводик в наследство получить. ну это как дворянская усадебка, только для буржуев.

Насколько я понимаю, дворянство как институт всё-таки сохранилось, несмотря на лишение его многих привилегий. Так что, не "швейцарский гражданин, называющий себя королём Румынии", а швейцарский гражданин, которого королём Румынии называет большая группа довольно влиятельных людей, имеющих фактическую монополию на выдачу титулов.
То, что институт этот не описан в законодательстве большинства стран, не отменяет его существования.

среди этих "довольных и влиятельных людей" есть румыны?

Причина называть себя князем есть. И имя ей - Реституция.
Т пока эта штука хотя бы потенциально светит (а она не так давно была проведена, например, в Прибалтике), такие потешные князья не переведутся

реституция в прибалтике)))
была проведена чист в пользу аборигенов (конкретно латышей), а немцам обломился большой хуй

> Но со временем аристократия всё сильнее офигевала от собственного априорного величия,

Чисто либералы сейчас.
Ну, короче лурк->ЧСВ.

АзЪм есть пуп, и весь мир вокруг меня вертиться. (c)
МЫ, царь Николай второй... (с)

В Румынии нет короля. Но- корона снимается только вместе с головой. И оттого пока Михай жив- он король Румынии. Равно как Орбели, будучи советским академиком, оставался князем. "Это как сенбернар- порода".

>> порода

Я вам больше скажу, порода и жизнь в среде потомственных начальников делают из людей руководителей с детства. Даже не знаю, почему человечество никак не вернётся к этой эффективной и удобной системе организации стад - ведь очевидно, потомственный управленец у которого как минимум один родитель руководил, например, крупным департаментом страны, и который лично возглавлял подразделения и состоял в руководстве крупных финансовых организаций страны, гораздо предпочтительнее юриста выросшего в семье преподавателей, и максимум выступавшего в качестве советника или эксперта. даже с учетом опыта преподавательской деятельности или руководства штабом.

И уже не важно, какие предпосылки способствуют подобному качественному существованию, генетические или педагогические, главное, чтобы эффективность повышалась

Процессы были разные. В России было возможно дворянство выслужить: при малых чинах личное, при больших потомственное.
Так что к моменту революции служилое дворянство вполне себе существовало. И некоторые вожди белого движения с одной стороны и революции с другой были как раз из него. Дворяне Ульяновы произошли от беглого крепостного, который вышел в купцы, а потомки выслужились в наследственные дворяне. Отец генерала Алексеева выслужился из солдат.

— Есть ли заслуги у пресловутого князя, выяснить не удалось

Он крупный военачальник, почти как Жуков или Монтгомери.

Прынцесса страшноватенькой какой-то получилась, хотя папа был чисто Ален Делон.

> Прынцесса страшноватенькой какой-то получилась, хотя папа был чисто Ален Делон.

Как смог - так сделал!!

Правильнее было указать "бывший король Румынии"

В Германии, что забавно дворянство есть. И его продает немцкое государство. Вместе с замком, фамильным, за один евро. Ловушка в том, что став бароном фон - надо семейный замок восстановить из руины, поддерживать и пускать экскурсии.
Так я слыхал.

Князь же не может быть сам по себе, он же должен быть князем чего то.

Титул привязан к определенному феоду, к определенной территории. Если человек не управляет феодом значит и титула у него никакого нет.

Титулы сюзерен выдает. У этого вашего знакомого князя кто сюзерен?

Edited at 2013-09-28 18:02 (UTC)

Далеко не всегда. По всем трем пунктам.

Справедливости ради: к моменту революции множество дворян было из давно разорившихся родов, спустивших свои имения ещё при дедушках последнего императора, так внуки их имели с того в основном почётный титул, а на хлеб насущный напрягаться им приходилось как простым паршивым интеллигентам - служащими, или бизнес какой крутить, если позволяли возможности. Кроме того был довольно крупный слой выслуживших дворянство, как скажем отец Ленина. Ко всяким рюриковичам, понятно, они имели мало отношения.

Так что корректнее говорить не о дворянстве вообще, а более всего о помещиках - крупных землевладельцах, занимавшихся товарным сельскохозяйственным производством. А то ведь были и такие "помещики" как Ульяновы - с худой землёй и единственной коровой, которую и то спёрли.

Ради спрведливости замечу, что даже в советские времена находились персонажи, которые отнюди не стеснялись своего титула, правда в приватной обстановке и, также правда, по слухам. Я имею ввиду графа Игнатьева, советского генерал-лейтенанта и автора крайне любопытных мемуаров. Но суть не в этом, сам предмет разговора, применительно к России, не имеет смысла так как европейская титулатура в нашем отечестве применялась очень своеобразно и больше напоминало пустую побрякушку чем реальное возведение во владетельные особы, исключения в виде Меньшикова и Потемкина только подтверждают правила. А вот иногда сопровождавшие, а иногда и нет, дарованный титул земельные и денежные пожалования и были главной наградой. Поэтому предположение о титуловании себя громким дворянским титулом как заявка на желание что то себе от государства российского урвать будет совершенно точным, хотя, будем справедливы, и не всегда осознаваема.

Михай - и румынский гражданин. Бывший глава государства. И государство это признает.

Михай - последний здравствующий кавалер ордена Победа.