Lex Kravetski (lex_kravetski) wrote,
Lex Kravetski
lex_kravetski

Category:

Пророк

 

Тех, кто слушает Пинк Флой, гнать поганою метлой!

(Многие думают, что это из какой-то советской газеты, однако это известный шутник Кнышев так пошутил. Специально)

 

Психоделия

 

Для познания некоторого явления перво-наперво надо определиться с терминами. То есть, узнать, которое именно явление мы вообще собираемся познавать. Что значит, то чудесное слово, которым обозначено познаваемое нами направление.

«Психоделия» – это вроде как «ясная душа». Само собой, бо́льшую часть времени душа у человека какая-то мутная, но можно ведь эту самую душу прояснить и тем самым изрядно возвыситься над тупым быдлом, которое только и занято тем, чтобы кормить, одевать и обеспечивать жильём просветляющегося.

Чтобы прояснить душу, надо в первую очередь расширить сознание. Дело в том, что у обычного человека сознание сужено. Он смотрит на гениальные творения Энди Уорхола и называет их «дерьмом». В Чёрном Квадрате он видит только чёрный квадрат, не понимая глубокой метафизичности и аллегорического ряда данного шедевра. В книгах Карлоса Кастанеды по мнению узкосознательного человека написана какая-то антинаучная хрень, не представляющая собой никакой ценности.

Дабы проникнуться всей сложностью и красотой бытия, стало быть, сознание надо расширить. Для этого следует отправиться в какой-нибудь клуб и там, ловко заховавшись в сортире, скушать марку, пропитанную ЛСД, нюхнуть кокаину и для надёжности ещё выдуть пару косяков. После этого двери восприятия откроются и человек отыщет в дерьме потоки божественных откровений, прямо не выходя из сортира.

Если же человеку при этом случайно попадёт в руки гитара, то он родит нечеловеческой силы музыку, существенно выходящую за рамки культурно-эстетических представлений быдла.

Как вариант, можно ничем не ширяться, но записать горы ровно такой же нечеловеческой музыки для расширивших своё сознание, продать её им и стать миллионером.

Где-то на стыке данных двух подходов и находятся истоки психоделии.

Люди, в общем-то, имеют некоторое стремление к совершенству, которое, в частности, побуждает многих музыкантов играть быстро. Однако процесс осложняется необходимостью учиться. А учение, как известно, границы сознания исключительно сужает, поскольку вместо чувственного восприятия непосредственно космических эманаций, навязывает человеку приземлённое стремление набору каких-то там «научных истин». Особенно в этом, конечно, преуспели естественные науки, однако на всякий случай избегать следует и всех остальных наук тоже. Вместе с навыками. В том числе, теории музыки и техники исполнения. Всё равно ведь, как только двери восприятия откроются, пальцы сами всё сыграют.

Пальцы, надо отметить, в этом случае обычно играют что-то невнятное, лишённое мелодии и невыносимо тягучее. Но если двери восприятия открыты, а сознание расширено, то в такой вот хрени неожиданно обнаруживается социальный протест и прочие занимательные идеи. Быдло всего этого, конечно, не понимает, но оно ведь на то и быдло. Куда ему до высокой философии.

Кстати, высокой философией в первую очередь обзаводятся те идеи и явления, ценность которых без высокой философии совершенно неочевидна. Например, классическая живопись тоже ведь имеет свои ассоциативные ряды, свои символы, отсылки и всё такое. Однако когда несведущий человек смотрит на такую картину, то ему сразу понятно: «нарисовано хорошо». Ряды, это всё замечательно, но и без них очень круто выглядит. Если тот же человек посмотрит на картину с плоской, кривой тёткой, у которой глаза перелезли на одну сторону лица, а уши навевают ассоциации исключительно с зарослями лопухов, то человек крутизны не ощутит. Он ощутит желание взрезать автору картины по репе. Поскольку эти самые лопухи вместо ушей как бы намекают, что автор оное же предполагает у своей потенциальной публики и разве что волосы в форме лапши на ушах не совсем осилил.

Из-за этого для такого рода произведений глубокая (или высокая) философия необходима. Ещё желательно, чтобы потенциальный зритель воспринимал всё это бухим или обдолбанным, тогда вообще с техникой никаких проблем не будет. В идеале, хорошо обдолбанный зритель придёт в восторг, даже если картину унесут на реставрацию, а он будет пялиться вместо картины на обшарпанную стену. В общем, основная характеристика расширенного сознания примерно в этом и состоит.

А психоделия, в большинстве своём, это вроде как обшарпанная стена, с которой куда-то унесли картину.

 

Pink Floyd

 

Что касается меня, то я считал Pink Floyd лучшей группой в мире. До тех пор, пока не понял, что лучшая группа в мире это – Camel. С тех пор Pink Floyd – вторая лучшая группа в мире.

Да что там, собственно рок-музыку я начал слушать именно благодаря Пинк Флойду. Правда, как несведущий человек, я первым делом послушал альбом под названием «Парламентский колокол», хотя всё прогрессивное человечество давно уже знало, что это никакой не Пинк Флойд уже (потому что без Уотерса, понятное дело). Вторым по счёту я услышал «Мгновенное помутнение рассудка», которое по слухам – ещё больший Не Пинк Флойд. Остальные альбомы раздобылись позже и были приняты далеко не сразу. Но были – по счастью, для подавляющего большинства их альбомов расширение сознания необязательно, поскольку качество очевидно и так.

Однако для более последовательного изложения обзор надо всё-таки начать с ранних альбомов.

Итак, в начале был Эксперимент.

Эксперимент – это такая штука, которой творец занимается, когда всё остальное он уже попробовал. Или же, – что бывает чаще, – когда он не в состоянии попробовать что-то иное по причине отсутствия необходимых навыков. Последний случай рождает авангард и андерграунд. То есть, возвышение необразованного и неумелого творца над толпой, благодаря умелым прогонам на тему своей элитарности.

Легко догадаться, что в момент образования группы музыканты играть толком не умели, поэтому начали с психоделии. Верховодил среди них тогда Гений Всех Времён и Народов по имени Сид Барретт. В первую очередь его гениальность проявлялась в способности удерживать гитару даже в состоянии клинической смерти от передозировки наркотиков. Джим Моррисон, например, с таким не справлялся, поэтому просто пел, держась за микрофонную стойку. Хотя тоже ведь Гений – не каждый смог бы выстоять целый концерт в таких условиях.

Так вот, Барретт не только держал гитару, но и даже извлекал и неё звуки. И звуки эти казались очень интересными каждому, кто уже в достаточной степени расширил сознание. По инерции их считают таковыми и до сих пор. Хотя, конечно, самым большим откровением во всём этом была исключительно продолжительность непрерывных серий этих самых звуков.

Ведомые Гением Флойды записали целый набор культовых и по сей день синглов, большинство из которых представляют собой жалкое бренчание на трёх аккордах с примитивными до неприличия текстами. Однако таковое почему-то оказалось для многих школьников откровением, сродни пришествию панк-рока в восьмидесятых. Ну или же творчеству аналогичного полёта Птицы по фамилии Цой.

Первый альбом Флойдов, обратно, до сих пор многими почитается культовым. Поскольку его писал сам Барретт. Который – Гений, поскольку написал этот альбом. Гениальный, поскольку его написал Гений.

К моменту завершения альбома, надо отметить, Гений проводил бо́льшую часть времени пуская слюни и валяясь где-нибудь в луже собственной блевотины. Что, конечно, только укрепляет его культовость, возводя Гения в число Непонятых Творцов.

Культовый Альбом носит имя «Волынщик у врат зори» и содержит набор песенок с бредовыми текстами и херново сыгранной музыкой, гордиться которой мог бы разве что музыкант-детсадовец. Нет, послушать альбом, конечно, можно, однако для отыскания там неземных откровений надо очень, очень любить Гения. И ещё по возможности обрести Истинную Веру.

Пускающий слюни Творец, хоть и тянул на себе всю группу, хоть и блистал зажигательными соло, хоть и выдавал на гора́ кучи псевдо-интеллектуальных текстов, всё-таки в конце концов стал для остальных музыкантов обузой. И верная взятому направлению (Эксперименту) группа решилась поэксперементировать с вышвыриванием Гения из своих рядов. Эксперимент оказался весьма удачным, поэтому Pink Floyd стал таким, каким мы его теперь знаем.

В группе на тот момент, собственно, играли басист Уотерс, барабанщик Мэйсон и клавишник Райт. Играть, собственно, тогда мало кто из них умел, поэтому гитарист Барретт смотрелся на их фоне виртуозом. Без гитариста, собственно, было плохо, поэтому на место гитариста зазвали старого приятеля всех подряд Гилмора. Гилмор же, чуть ли не в первые минуты своего появления предложил остальным музыкантам новый Эксперимент - попробовать научиться играть. Многим это покажется странным, однако умение играть действительно весьма полезно для музыканта. Умеющему играть музыканту играть как правило проще, чем неумеющему.

В процессе приобретения сего полезного навыка был записан второй альбом под названием «Тарелка с секретами» (теперь то мы уже знаем, что основным секретом было умение играть). Впрочем, Гений успел приложить руку и ко второму альбому, что не позволило альбому стать идеальным. Однако целый ряд песен с альбома (включая, несколько длинных психоделических композиций) оказался уже весьма и весьма достойным. На первом же альбоме таковыми были разве что две.

Мир без Гения, как выяснилось, не рухнул. Публика и прочая общественность, как выяснилось, после его ухода от группы не отвернулись. Напротив даже, к группе стали поступать заявки от всевозможных режиссёров с целью получить звуковое оформление для своего психоделического кина. Под этим соусом группа записала альбом «Больше», в котором психоделии был необходимый минимум, а подавляющее большинство композиций уже казались, если не шедеврами, то близко к тому.

В альбоме, кроме всего, имелась «Песня Нила», явившаяся наверно первой металлической песней в мире. То есть, это был уже не хард-рок, а прямо совсем металл. От арт-роковой группы такое, конечно, странно слышать.

Как бы то ни было, а верное направление уже было взято. В частности, эксперимент наконец-то перестал быть способом эпатажа, а превратился в инструмент прогресса. По инерции, правда, всё-таки был записан экспериментальный альбом «Аммагамма», вторая (студийная) часть которого неудобоварима чуть более, чем на две трети, но после него уже эпических просчётов почти не было.

Два следующих альбома – «Мама с атомным сердцем» и «Воткнитесь» – окончательно определили стиль группы. Не смотря на локальные провалы вида «Психоделический завтрак Алана» или «Шимус», в общем и целом от альбомов веяло музыкальной мощью. Музыка стала ощутимо сильнее и выработался свой собственный стиль. Одновременно возросло качество текстов. Если раньше Гений в основном состряпывал лирику из набора беспомощных якобы образов, то теперь она стала связной, выражающей мысли, понятные не только обдолбанным авторам, но и слушателям. Оно и понятно – в отличие от Гения, другие авторы текстов (преимущественно Уотерс) видели мир трезвыми глазами и описывали его, ориентируясь на трезвых же слушателей.

Кроме всего прочего, на данных двух альбомах фигурировали два эпических эпика – «Мать с атомным сердцем» и «Отзвуки эха». Длинные композиции встречались, конечно, и раньше, однако в этих двух подход был развит практически до совершенства. Если закрыть глаза на мелкие шероховатости, то обе они однозначно задали стандарты данного направления рок-музыки.

Следующий саундтрек «Скрытый в облаках» многими полагается слабым. Я однако с многими не согласен. Альбом в чём-то проигрывает следующим, но песни в нём весьма зачётные.

Но самая сильная сила заключилась в альбоме «Обратная сторона Луны». Тут звёзды, как видно, стали в правильную конфигурацию, что вылилось в шедевр на все времена. Мало того, что альбом был концептуальным, так ещё и его концепция оказалась понятной самым широким массам. Весьма не зря этот альбом является одним из самых продаваемым в мире, весьма не зря его считают эталоном в целом ряде аспектов – качество текстов, качество музыки, композиционная целостность, качество звукозаписи. Надо признать, что до сих пор мало кому удалось сделать что-то настолько же мощное.

В этот момент группа находилась в зените своей сбалансированности. Каждый музыкант вносил вклад в создаваемое и вклад каждого был на своём месте. Чуть позже баланс стал съезжать, что привело к диктату Уотерса и, – как следствие, – ко всё большему пренебрежению музыкой в пользу текстов.

И всё-таки следующий альбом всего этого ещё не обнажил. «Хочу, чтоб ты был здесь» прошёлся по памяти Барретта, как утюг по мятым джинсам. Воспевание авторитета зачастую куда круче реальной ценности этого авторитета, душевные терзания в художественном произведении куда возвышеннее оных у прототипа его лирического героя, а музыкальный образ не всегда по своей кристальной частоте соответствует реальному.

Альбом повествует о неком «идеальном Барретте». Хотя и не только о нём – заодно в нём осмысляется нелёгкая доля рок-музыканта в плане его отношений с музыкальным бизнесом. В стихах это прекрасно.

На деле же реальный Барретт после исключения из Пинк Флойда попытался ваять нетленки без неблагодарных коллег. Не вышло. Обе его нетленки оказались ни чем иным, как дворовым бренчанием, да и то, откачали их до уровня хотя бы чуть ниже среднего его же неблагодарные коллеги. Без их участия не вышло бы вообще ничего.

Тема социальных отношений оказалась весьма привлекательной. И в результате следующий альбом, как и два предыдущих, снова напирал на неё же. Только теперь было вычищено вообще всё, не касавшееся темы. Альбом «Животные» получился неожиданно агрессивным как по музыке, так и по текстам. Добро осталось только в коротком вступлении и в коротком же завершении. Всё остальное повествование крайне жестоко описывало три вычисленных Уотерсом типа людей – свиней, псов и овец. Песни были длинными, но отнести их к космической психоделии никому не пришло бы в голову.

Наконец, группа пришла к своему апогею. Единоличник Уотерс, загнанный в угол Гилмор, без особого энтузиазма пытающийся привнести хоть долю музыки в фактически уже театр, а не рок-группу, полувиртуальный почти уволенный Райт, и безропотный Мэйсон. Такой вот расклад. Ну и альбом «Стена», посвящённый сложившейся ситуации. Депрессия в высшей стадии. Полная беспросветность и гениальные песни, обильно перемежаемые хламом. Наверно стоило бы сделать этот альбом не двойным, а одинарным, повыкидывав из него весь мусор. Но спасибо и на том, что он не стал тройным.

Альбом при этом обладает удивительной силой и выразительностью, как никакой иной раскрывая самую суть потаённых глубин души музыканта. Герой-музыкант с детства был неблагополучен, поэтому вёл себя как полный мутант, но где-то в глубинах его сердца всё это время жил отмороженный долбодятел. Такая вот диалектика. Героя ни фига не жалко. Однако в отношении общества, взращивающего таких героев, «Стена» пробуждает неиллюзорную злость. В Датском королевстве всё вконец прогнило.

Как и в группе. Следующий альбом «Окончательный монтаж» по сути стал чем-то вроде «невошедшего в предыдущий». Мусора там оказалось выше крыши. Гилмор вообще опустил руки и даже не пытался вытянуть музыкальную составляющую. Поэтому весь альбом состоит практически из бесконечного монолога Уотерса. На тему войн и их последствий для психики. Нет, альбом – не полный слив, как принято считать, но к регулярному прослушиванию, не смотря на несколько очень сильных песен, он не располагает.

На этой минорной ноте группа распалась. Чтобы через четыре года воскреснуть в новой ипостаси – уже без Уотерса, но зато со всеми остальными. Читай, с Гилмором во главе. Результат воскрешения под названием «Мгновенное помутнение рассудка» до золотого периода не дотягивал, однако оказался весьма неплохим в музыкальном плане. А выпущенный через семь лет «Парламентский колокол» был и того лучше. Его даже, фактически, можно было бы за уши притянуть к «космическому року», с которым по непонятной причине ассоциируется группа.

С тех пор (далёкого 1994-го) новых альбомов уже не появлялось. И вряд ли появится. Однако и без них группа навсегда вошла в историю, во многом определив лицо не только арт-рока, но и всей рок-музыки в целом.

А психоделия была только в первых двух альбомах.

 

Слушать можно всё, даже первый альбом. Но второй лучше первого, «Аммагамма» хороша только в концертной части, остальные же – мега-мощь. Разве что «Последний монтаж» чуть-чуть слабее.

А над ранними синглами можно неплохо так поржать.

 

весь «Пророк»

Tags: музыка, пророк
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 110 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →