February 17th, 2021

16 bit

Есть такой тип страданий по «тёплым ламповым временам», который сводится к попыткам доказать, что «современные носители нас обкрадывают — там ведь разрешение звука всего 16 bit». Надо, дескать, слушать записи с разрешением в 24 bit. А ещё лучше в 32 bit. Вот там более–менее «правда».

Однако реальная правда в том, что 16 bit позволяют различить на звукозаписи в каждой точке дискретизированного времени 65536 градаций громкости. Но уши смертных людишек уже не могут различить шестьдесят пять тысяч градаций. Вот четыре тысячи — это возможно. Поэтому двенадцатибитная звукозапись гипотетически уже могла бы не давать вам всю правду. Или, скажем, десятибитная.

24 bit, записи с которыми пытаются собирать «ценители», это — оверкилл оверкилла. 16 bit уже взято с изрядным запасом по отношению к характеристикам человеческого организма. При невозможности различить шестьдесят пять тысяч градаций, нет смысла пытаться различить шестнадцать миллионов.

Кто-то спросит: а зачем их тогда делают, если это бессмысленно? Ну, в конечном продукте — то есть в готовой к прослушиванию композиции — их делают, поскольку есть кто-то готовый это купить. Как и провода за тысячу баксов или «улучшающие звук» деревянные подставки под оные.

В оригинале же эта технология, вкупе с довольно-таки бытовыми уже аудиокартами, имела своей целью не прослушивание с такой дискретизацией, а обработку с таким разрешением на этапе создания композиции.

Collapse )