February 1st, 2010

Про Шерлока Холмса от Гая Ричи

Хотя Ричи уже лет эдак дцать снимает что-то невнятное, я его машинально ассоциирую с «Картами, деньгами» и «Большим кушем». А там — мега-зажигательный сценарий с исполнением и минимум спецэффектов. Точнее, спецэффектов максимум, но они все — операторские. Без компьютерной графики, крутых декораций и гонок со взрывами. Прямо даже не знаю, так эти фильмы мне приглянулись, что не перестаю ждать подобных. Хотя внутренний голос подсказывает: ещё раз — вряд ли.

Шерлок Холмс, значит, вышел и тут же повсюду баталии: круто оно или нет. Ливанов что-то там сказал, ещё кто-то сказал и ещё кто-то и ещё. При этом многие сказали про странное: дескать, фильм вообще пипец не по книге, поэтому хреновый. Другие ответили — фильм по книге, поэтому клёвый, просто вы не понимаете. Эта логическая связка лично меня удивляет: куча отличных фильмов снято не по книге и куча же полного отстоя снята чуть не слово в слово. Близко к книге или далеко — для результата монопенисуально. Для результата важно, насколько хорошо всё сделано, а не близость к тексту.

Так вот, на мой взгляд, фильм вообще не про Шерлока Холмса, но он — нормальный такой фильм. Не шедевр — просто нормальный. А не шедевр, поскольку больно уж всё это зашаблонено а ля Голливуд. При этом собственный почерк, который любой шаблон может превратить в конфетку, тщательно замаскирован. В результате имеем фильм из серии «Лига выдающихся джентльменов» — экранизированный комикс с именитыми персонажами. Но не про них, не про персонажей — про их комиксовые образы.

Тут мне скажут: как же не по книге-то? Холмс есть? Есть. Ватсон есть? Есть. Миссис Хадсон? Тоже на месте. Лестрейд? И он. Даже брат Холмса упомянут. А я отвечу: в «Лиге выдающихся джентльменов» можно хоть всех родственников и друзей Тома Сойера перечислить, а фильмом про Тома Сойера она не станет. Если внимательно взглянуть, то упомянуты все персонажи для галочки. Для антуражу. «А давай, Ватсон, рванём на деревню к моему брату Майкрофту?». Чтоб было́. Ну это как в «Лиге» сказать «а вот мой приятель Гекльберри как-то раз…». Ну как-то раз и что? Имя — оно и есть имя. А близким или далёким произведение делается не из-за имён, а из, скажем так, подачи материала.

Дело в том, что стиль — это не наличие чего-то, это на самом деле отсутствие. Стильная вещь получается не при какой-то мега-оригинальной придумке, а наоборот при точно выверенных запретах для самого себя. Цвет (221, 13, 164) по шкале RGB — ничего сам по себе не даёт. Стиль появляется в тот момент, когда художник сильно ограничил свою палитру. Три-четыре интересно сочетающихся цвета — это стиль. Шестнадцать миллионов цветов — не стиль. Оно может хорошо выглядеть, но не будет узнаваться как принадлежащее к стилю.

Стиль проявляется, когда творец определяет что ему нельзя, а не яростно внедряет концепцию «можно всё». «Нельзя» — это не в плане следования идеологии, морали или религии. «Нельзя» — это правила игры в рамках некоторого произведения. Суть игры ведь мы познаём через знакомство со списком допустимых в ней действий. В игре нельзя почти ничего, но есть малюсенький список допустимого, он — правила игры. Через это нам интересно играть. Без этого мы играть не смогли бы совсем, ибо неясно во что.

Collapse )