June 11th, 2009

Чудо своими руками

Распространённое среди креационистов (которых неизвестно почему называют «учёными») доказательство невозможности нетварного происхождения жизни звучит примерно так:

Один химик рассчитал вероятность соединения аминокислот случайным образом так, чтобы они сформировали бы необходимые белки. Вероятность этого события составляет 1067 к 1 даже для небольшого белка – с учетом времени и случая, идеальной смеси химикатов, идеальной атмосферы, это заняло бы более 100 миллиардов лет (срок, в 10 или 20 раз превышающий предполагаемый возраст Земли). [129] Математики признают, что, статистически, любой случай, лежащий вне диапазона 1:1050, имеет нулевые шансы на осуществление когда бы то ни было ("и даже это дает нам возможность поверить ввиду отсутствия доказательств обратного!"). [130]

В данном, правда, много подозрительных недоговорок. Например, не сообщается, что «один химик» по странному стечению обстоятельств тоже был креационистом. И что математики признают несколько не то, что здесь сказано. Но пока подозрения отринем. 

Положим, вместо этого, что всё так и есть. Что малая вероятность исхода, совмещённая с его воплощением однозначно говорит о чуде. Тем более, именно это подсказывает нам интуиция и вторящие ей креационисты. Что ж. Благодаря такой ценной предпосылке, каждый из нас может творить чудеса буквально на дому.

Итак, рецепт. Тип переменной double по крайней мере в языке Java подразумевает, что для хранения переменной используются 64 бита. Тип double, таким образом, способен различить 264 ≈ 2*1019 чисел. То есть, даже генератор случайных чисел, основанный на типе double будет генерировать с примерно разной вероятностью 2*1019 вариантов. Если мы возьмём три таких генератора, то при достаточной длине псевдослучайной последовательности в каждом из них, мы получим способ сгенерировать троицу чисел, вероятность появления которой — десять в степени (2*1019)3 = 6*1057. За «диапазон», который «признают математики», уже выходит.

В общем, напишите программу, которая генерирует три независимых случайных числа на основании типа double (можно использовать, например, дефолтный генератор случайных чисел Java). Эти числа — для усиления эффекта — программа должна выводить на экран. Программу запустите.

Глядя на выведенные программой три числа, вы на самом деле созерцаете результаты чуда. Хотя заподозрить такое, признаться, мало кому придёт в голову. Однако креационисты не будут лгать: вероятность появления именно этих трёх чисел — 1 : 6*1057. Они не могли появиться без вмешательства высшей силы, но появились!!!

Зациклив только что написанную функцию, вы обретёте способность творить миллионы чудес в секунду, что наверняка уже через полчаса сделает вас святым. Рекомендую приобщиться.

На самом деле, конечно, тот математик, у которого позаимствовали суждение, говорил несколько не о том. Он не имел в виду, что маловероятное не может осуществиться в принципе, он говорил, что вам конкретного исхода придётся настолько долго ждать, что вы не сможете проверить, бывает ли он вообще. Однако в процессе ожидания вы будете получать другие, не менее «невероятные» исходы — мала вероятность встретить именно задуманный. А встретить вероятность хоть какой-то исход из полного их множества — единица. Так, в нашем чудесном примере хоть какие-то три числа в любом случае выпадут.

Иными словами, даже если подсчёт вероятности появления жизни правильный, малая вероятность говорит нам как максимум о том, что не стоит ждать случайного появления второй такой же жизни. Не о том, что первая не могла появиться «сама».

Поскольку оценки вероятности со степенями космических масштабов я неоднократно встречал, мне стало интересно, как их вообще вычисляют. Я стал спрашивать каждого, кто на такую вероятность сошлётся, как он вычислил. Оказалось, большинство ссылающихся о методах вычисления даже не задумывались. Их вполне устраивало мнение «британских учёных» в чьём-то пересказе. Однако через некоторое время я всё-таки обнаружил методы вычисления…

Так вот, внимание: такие вероятности вычисляют при помощи перебора всех комбинаций молекул с выделением из них известных нам белков. От такого метода, признаться, сразу сносит крышу. Процесс, быть может, и случайный, но не настолько случайный, чтобы все комбинации были равновероятными. С тем же успехом можно доказать, что ваше появление на собственном диване — чудо расчудесное. Просто посчитав вероятность вашего попадания в некоторый объем пространства всей вселенной. Считая, конечно, ваше нахождение в каждой точке вселенной равновероятным.

Внешний наблюдатель, само собой, не сможет детерминистически предсказывать ваше нахождение в конкретной точке пространства, поэтому он будет вынужден описывать оное как некий случайный процесс. Но это вовсе не означает, что ваше нахождение в произвольной точке даже одной только Земли в таком описании должно быть равновероятно. Напротив, статистика показывает, что оно как раз совсем даже не равновероятно. Вы гораздо чаще попадаете в собственную постель, нежели в центр Парижа.

Таким образом, «равновероятный» вариант не говорит, что происходит то, что само произойти не может. Он говорит нам другое: я — неправильный. Если статистика разошлась с оценкой вероятности, значит, имела место быть неправильная оценка, а вовсе не чудо.

«Тест» (часть 1)

Как уже говорил, неожиданно образовался вход в самый разгар написания рассказа. Который на рассказ уже не тянет. Пока выкладываю первую порцию.

Важно понимать: в дальнейшем порядок следования фрагментов может измениться. Могут измениться и сами фрагменты, в том числе некоторые сюжетные нюансы. Но для интереса читателей, решил всё-таки поделиться частью наработанного.

Рассказ, если что, называется «Тест».

***

— Я бы не стал, — Старший ленивым движением отвёл руку Эдварда, который уже было начал отвинчивать купол скафандра.

— В чём проблема, — взвился тот, — мы ведь только что проверили — вокруг нас воздух. И предыдущие миссии пробы привозили. Состав воздуха пригоден для жизни. Я хочу быть первым человеком, который его вдохнёт.

— У тебя, что какой-то особый приказ? Секретный? Только для особо выдающихся членов команды? Насколько я помню, дышать первым приказа не было. Приказ был высадиться и провести рекогносцировку местности. Выяснить, что тут как, и взять пробы. Но если поступит приказ отправиться к праотцам, будь уверен, добровольцем будешь именно ты.

— Но, Старший…

— Отставить! Бардак развели. Хочешь с вами по-человечески. Дружеские отношения… Так нет — чуть расслабишься, каждый лезет, кто во что горазд.

— Завянь, Старший, — Эд хлопнул командира по плечу, — строить из себя Босса на Земле будешь.

— Запись разговоров включена, — процедил Старший, — под трибунал пойдёшь.

— Да-да. Как только, так сразу.

Надо было бы двинуть Эду по физиономии, но пять лет в астрокоманде, — которая хоть и косила местами под воинскую частью, что-то военное на деле напоминала только наличием чисто формальных чинов, — выветрили все некогда наработанные навыки. Если бы кто-нибудь тогда попробовал вот так разговаривать со старшим по званию, да если бы кто-то… Но слушать записи разговоров и читать отчёты будут только диспетчеры и учёные, а до руководства в лучшем случае дойдут выжимки всего этого, написанные предельно простыми словами. А если даже среди этих простых слов будет что-то про неподчинение приказам…

Да что я — для удара по морде надо сначала с него купол снять. Однако он как раз ведь и собирался это сделать, а я не разрешил. Нелогично как-то снимать с него купол, чтобы он не снимал купол.

Старший от таких мыслей машинально сплюнул и только после этого осознал, что купол есть и на нём. Учёные, блин, команда клоунов.

— Может, всё-таки… — снова завёл свою шарманку Эд.

Ну как такому объяснить?

— Тест показал, что от местного воздуха наступает летальный исход, Эд. Ты лучше меня должен это понимать. Ты у нас — учёный. И Луи. А я — пилот.

— Луи штурман ещё.

Вашу маму!

— Луи, мы возвращаемся. Готовь очистку. И кофе мне — Эду не нужно, трупакам и без кофе хорошо. Давай, Эд, последний шанс. Только, будь добр, скажи громко в микрофон что-то вроде «капитан, я срал на ваши приказы, считайте меня героем!».

— Убедил, Старший, расслабься.

— Странный вы народ: запретишь вам — желающих море, позволишь — и куда только все делись? Была б сейчас война, мне, поди, пришлось бы командовать «все в укрытие», чтобы взвод ломанулся в атаку.

— Старший, ты вообще о чём? У нас даже главком не служил, — встрял Луи, — или тебе до сих пор кажется, что ты в армии США? Братишка, мы — общественная организация. Даже не коммерческая.

— Раз так, каждый твори что хочет, да?!

Старший вдруг почувствовал себя не бывалым воякой, пытающимся обуздать шалопаев, а мальчишкой, который спорит с учителем — чувство, не посещавшее его с тех пор, когда он только-только завербовался курсантом. Голос его дрогнул и в тоне проступили плаксивые нотки. Чёрт, надо собраться, компания этих придурков даже кремень превратит в тряпку. Как они, блин, живы-то до сих пор?

— Я проклинаю тот день, когда вам официально разрешили запускать свои корабли. До этого всё отлично — порядок, дисциплина, стратегия. Сейчас — не пойми что. Бойскауты на природе. Лезут в эту ебучую дыру как мыши в мышеловку. Ой, бля, планета неожиданно нашлась! Ой, бля — вторая! Если кто помнит, на первой планете один уже вписал себя в историю. Он, правда, советский, так что туда ему и дорога, но пример в наличии. Добавь масштабности, Эд. И ты, Луи, не отставай. Надо поквитаться с красными: их человек преставился там, наш должен преставиться здесь. Лучше даже два.

Collapse )