Lex Kravetski (lex_kravetski) wrote,
Lex Kravetski
lex_kravetski

Categories:

Некомпьютерные игры

 

Сейчас я довольно поздно выхожу на работу, поэтому имею возможность окинуть окрестности моего подъезда орлиным взором. Оное проделать могут все, однако большинство окидывает взглядом сумрачный мир раннего утра, когда все спешат в спец-места своего основного занятия. Мой же орлиный взор окидывает светлый мир полудня. И постоянно подводит меня к выводу, что не особо-то он и светлый. Самое главное, что меня настораживает, так это отсутствие на улицах детей. Их реально мало. То есть, из школы и в школу они однозначно ходят, а вот чтобы гулять массовым порядком – это нет.

Если вы помните, во времена моего детства повсюду правила тоталитарная советская власть, которая ущемляла свободу граждан в области бития, грабежа, убийства, изнасилования и похищения малолетних. Поэтому потерявшие всякий страх малолетние до двенадцати ночи гуляли по улице и ничего не боялись. При этом у них даже мобил и газовых баллончиков не было – вот как тоталитарно нам жилось.

Ну и ещё на компьютеры тогда народ был небогат – тоже фактор. Однако же не самый существенный. Существенный – это как раз разгул пресловутой свободы, когда наконец-то стало можно безнаказанно совершать над малолетними всякие надругательства, по какой причине малолетних с улицы как ветром сдуло. В общем, девяностые показали всем, что ребёнок должен сидеть дома.

А раньше ребёнок дома не сидел, раньше он всячески гулял со сверстниками и развлекал себя преимущественно этим. Просто так прогулка, она только в воображении взрослых существует, для них гулять – это степенно прохаживаться туда-сюда и дышать воздухом, полным выхлопных газов и прочих прелестей города. Для ребёнка же прогулка – это мощная мега-игра с сотоварищами.

Помнится, в СССР выпускались целые книги на тему игр для детёнков. Писали эти книги взрослые, поэтому игры к употреблению были совершенно непригодны и на них все бодро клали болт. А играли в свои игры, которые ни фига нигде не были записаны, а передавались из уст в уста. Естественно, как только дети пропали с улиц, ушли в небытиё и замечательные игры, придуманные детьми для детей же. Как восстанавливать всё это, не знаю, могу только рассказать, что именно можно было бы восстановить, каким играм время некогда сказало «годен» и внедрило их в ребетячьи массы.

Это только кажется, что для игры нужен модный мега-девайс в виде почти как настоящего автомата или супер-машинки. Всё это, конечно, греет душу, но массовой игры в таком ракурсе не выйдет. Всякая там войнушка – нелепое подражание Контр-Страйку, поскольку в ней нет никаких правил. Только и можно, что бегать друг за другом и кричать «ты убит». Мы тоже слегонца бегали, однако популярность имели игры совершенно другого вида. Например

 

Банки

Сейчас это название вполне может отхватить себе какая-нибудь экономическая игра или же игра-симуляция, вроде идиотской игры, в которую любили играть девчонки – «Магазин». Но те Банки – это совсем другое. Там, блин, практически стратегия в одном флаконе с тактикой получалась. Многие говорят, что Банки – те же городки. Но это адское заблуждение. С тем же успехом можно сказать, что футбол – это тот же волейбол. Тоже ведь мячик, команды. Игравший в Банки никогда такой глупости не скажет.

Для игры, соответственно, нужна консервная банка, но не просто абы какая, а вытянутая – то есть, с высотой больше ширины. Отлично подходит банка из под кофе. Жестяная, само собой. Такие банки в своё время были ни с чем не сравнимой ценностью. Фиг найдёшь – все разобрали уже.

Второй компонент – палка. По штуке на игрока. С палкой было проще, но непонятно почему. Лично я сейчас как-то не наблюдаю завалов правильных палок. Бревно ведь из леса не подходит. Палка должна быть ровной и гладкой. Где брали – фиг знает. Но палка была у каждого. У кого-то лыжная, у кого-то швабровая, у кого-то просто какая-то палка. Подозреваю, тоталитарное правительство, прознав про мега-игру, специально разбрасывало в проверенных местах необходимые девайсы.

Для игры подбиралась подходящая территория, коей являлся фрагмент тротуара. На нём проводилась перпендикулярная черта, а в десяти метрах от неё чертился квадрат с кругом внутри. В круг ставилась банка, которую по ходу игры сурово сбивали.

Первым делом следовало определить последовательность ходов. Для этого все по очереди бросали палку с ноги – поставив её одним концом на ступню и с разбега запулив оттуда в светлую даль. У кого даль дальше, тот первый. У кого даль самая близкая, тот – во́да, то бишь, приставленный к банке. Нормальные пацаны после этого стараются сбить банку в порядке общей очереди, а во́да сшибленную банку ставит обратно. А сам никуда ничего не швыряет, что обидно и вообще. Поэтому во́да должен как-то меняться. Вот тут-то и начиналось самое интересное. Но сначала зачем вообще чего-то сшибать.

Сшибать надо, поскольку за каждый сшиб дают звание. Начинают все бу́ками. После буки следует бука-два. Потом валет (два), дама (два, три), король (два, три, четыре) и туз (два, три, четыре, пять). Кто круче туза-пять, тот отныне падишах и теперь выиграл. Хотя такой короткий вариант не всех устраивал, поэтому существовали какие-то дикие по длине цепочки званий, в которых фигурировали «гробы на колёсиках» и прочие замечательные вещи. Что там к чему, я не помню, да и выдумывались все эти экзотические варианты на ходу, поэтому там запомнить в принципе ничего нельзя.

Вот палки брошены, попавшие повышены в званиях, теперь самое время брошенные палки себе возвернуть. Для этого их надо отобрать у во́ды. А во́да-то не дурак, он стремится осалить кого попало палкой и сбить банку. После этого осаленный сам займёт его место. И сам будет всех жестоко салить, большой тяжёлой дубиной. Или лыжной палкой с острым наконечником.

Просто так схватить палку и убежать нельзя, надо сначала сбить банку и доскочить до черты, пока во́да её обратно не поставил. А поставит – так снова сбивать надо. Пока все не смоются. Во́да, когда банка сбита, никого салить не может. Вот вокруг этого действа самая игра-то и идёт. Ловко схватить свою палку и не менее ловко сбить банку, при этом не быть осаленным. Во́да бы всех, конечно, засалил бы в усмерть, но от банки он отойти не может – собьют её сразу. Тактика! Коллективная! Контр-Страйк сосёт с причмокиванием.

Те, кто банку в свой ход уже насшибал изрядно и звание получил, тот имеет бонусы. Так, валета нельзя салить без палки. Даму – с палкой, но она может банку сшибать ногой. Некоторое время сотоварищи ошибочно предполагали, что даму нельзя салить без палки, а ногой сшибать всё равно можно, но я им быстро всё разъяснил. Вообще игры балансировались на ходу, а аддоны к правилам очень быстро распространялись сарафанным радио по всему городу. Например, туза изначально нельзя было салить вообще. Что явный дисбаланс. Я придумал, что туз по своим правам как бука, дабы игра в халяву не превращалась. Через пару месяцев весь город играл именно в такой вариант, о чём до меня неоднократно доходили слухи. С дамой, кстати, так же было. Интересно, блин. Пропатчил игру и запустил патч в массы.

Из званий остался ещё король. Король – случай особый. Он палку сразу забирает, но должен помогать во́де. То есть, тоже салить и банку сбивать. Тут что интересно, «должен» – это моральный долг такой: за отстутствие помощи никаких санкций не следовало, однако почему-то всегда помогали. Странно это. И с отбором палок тоже странно – можно же за спинами товарищей в безопасности отсидеться, а никто не сидел, все шли задачу выполнять. Что это, как не внедрение в детские умы мысли «если не я, то кто?». Что это, как не приучение к моральной ответственности за благо коллектива? При этом игра ведь явно в детской среде возникла, а не была вброшена кровавой гэбнёй. В общественных отношениях всё очень непонятно. Да.

Кроме всего прочего, были ещё правила помельче. Так, если во время броска палка оставалась в квадрате, а банка не сбивалась, то во́да сбивал банку и заделывал во́дой владельца палки. Сам же шёл и кидал палку последним в этом раунде.

Ходы каждый раунд шли по очерёдности званий. Правда, последовательность – по старшинству или по младшинству – в разных вариантах игры была разной.

Ещё валет мог кидать палку «копьём», за попадание он тогда получал сразу два звания. Дама кидала палку «нижним копьём» – три звания. А король – двумя руками из-за головы. Четыре звания. Я пытался отговорить от такой системы, но мне не удалось.

Игра увлекала просто не по-детски. Резались мы в неё дни и ночи напролёт. Ну, то есть, если бы нам давали бы гулять ночью, то и ночами бы тоже резались. Самое странное, никого палкой так и не убили. И даже не сломали никому ничего. А ещё нам говорили – опасная игра. Да какая она опасная? В футболе травм на порядок больше.

Единственно, прохожие, конечно, были не рады, что на их законном тротуаре идут баталии с применением швыряемых палок. Но проблем мы с этим как-то не имели. Проблемы предоставляла другая игра.

 

Салки мячом

Тут всё просто. Во́да должен зафигачить мячом в любого игрока, после чего тот – во́да. Самый цимес этой игры – в месте её проведения. Просто на лужайке играть ни фига не интересно. Что мы, дети что ли, чтобы на лужайке играть? Поэтому играли мы на пересечённой местности – на гаражах и вокруг них или в подъезде. Оба варианта взрослым сильно не нравились. В первом варианте владелец гаража никак не мог испытать экстаз от того, что по его собственности скачет толпа детей, во втором подобный экстаз не испытывали жильцы данного подъезда. Ибо лифт был всё время занят и использовался не по назначению.

Легко догадаться, что перемещение по подъезду можно осуществлять ровно двумя способами – по лестнице и на лифте. Таким образом, задача во́ды угадать, какой способ избрали его жертвы, а задача жертв – чтобы во́да не угадал. Часто это сводилось к тому, что во́да тупо стоял перед лифтом на первом этаже и ждал, пока игроки от скуки туда не приедут. Однако игроки были парнями ловкими, поэтому, завидев во́ду, ловко нажимали на кнопку и уезжали. Настоящие же мастера нажимали на кнопку уже в момент открытия дверей. Поэтому мастера-во́ды швыряли мяч сразу как только двери начинали открываться. В кабинах лифтов же не всегда ездили только игроки. Поэтому жильцы не только ждали лифта полчаса, но и, воспользовавшись им, огребали грязным мячом строго в физиономию. После этого игра приобретала новый интересный аспект – сматывание от жильцов.

Существовал вариант игры вокруг детского сада. Там тоже есть, что ловить: во-первых, можно бегать вокруг самого здания, а во-вторых, вокруг беседок. Побег от жильцов в этом случае подменялся на побег от сторожа.

В школе вместо мяча использовался ластик, а в классе – тряпка для доски. Учителям почему-то игра совершенно не нравилась, они были уверены, что кто-то обязательно навернётся с лестницы или получит в лоб внезапно открытой дверью. Что характерно, так оно и бывало. Но все живы. Называлось это «играть в сифака». Не все тогда знали, что такое «сифак». Было весело.

 

Из безопасных в плане теоретического травматизма мы играли в игру

Ресторан

Для игры в «Ресторан» нужна была пустая банка из-под гуталина. На асфальте чертился прямоугольник, разделённый на десять квадратов. Квадраты нумеровались от одного до восьми, после них шёл квадрат «ресторан», а за ним – квадрат «получка». Каждый игрок должен был ногой перекидывать банку с квадрата на квадрат так, чтобы банка на каждом квадрате побывала ровно один раз последовательно и не заехала на черту. Наступать на каждый квадрат тоже можно было ровно один раз. При нарушении правила очередь переходила к другому игроку. Если же игрок всё-таки доходил до восьмого квадрата, он должен был перекинуть банку через ресторан на получку – та была поделена на фрагменты с суммами, игрок получал, само собой, ту сумму, на которой остановилась битка.

Суммы накапливались. Если же в процессе игры битка попадала на ресторан, то накопления «пропивались». В общем, подготовка к будущей жизни шла полным ходом.

Накопив много денег, можно было закупить себе квартиру – один из тех самых пронумерованных квадратов. Для этого неглядя через спину швырялась банка, куда она упадёт, то и куплено. Сумма списывалась со счёта и все остальные игроки должны были этот квадрат пропускать – не вставать на него и не попадать на него банкой. Зато владелец мог хоть сплясать на своём квадрате. Отдельным номером шёл восьмой квадрат и ресторан – они стоили дороже. Зато и бонусов эти клетки давали больше. Ибо в получку с них очень сподручно (сподножно) попадать.

Игра шла до раскупки всех квадратов. Выигрывал тот, у кого их больше. При этом бывали варианты – например, можно было перекупить квартиру или что-то в таком духе. Иногда игра кончалась после покупки ресторана. Предчувствовали мы наверно скорое наступление свободы. Очень эгоистичная была игра. Никакой взаимопомощи. Удовольствие же шло от вирутальных покупок и от вида сотоварищей, которые силятся вытворить непотребство, стоя на одной ноге.

 

С мячом можно было сыграть ещё в одну занимательную игру.

Квадрат

На асфальте чертился квадрат, поделённый на четыре части. Смысл игры был в том, чтобы в одно касание перекидывать мяч на квадрат любого другого игрока. Кто не попадал, получал себе ещё одну букву от слова «балда». Хотя давно это было – допускаю, что слово было другим. Например, «козёл». Полный балда или козёл из игры выходил и дальше, как и подобает балдо-козлам, смотрел исключительно со стороны на продолжающийся праздник жизни. Оставшийся в живых главный некозёл объявлялся победителем.

При всей незамысловатости игры, она по травматизму даже рядом не стояла не только с банками, но и даже с «сифаком» в школе. Теоретическая возможность упасть с лестницы в ней сменялась на вполне реальные падения плашмя на асфальт, что происходило раз в десять минут примерно. Но все живы и никто ничего не сломал.

 

Одно касание

Для данной игры использовался всё тот же мяч, как универсальный поставщик детских развлечений. Ещё использовалась стена. Окна к расположению на этой стене не рекомендовались, ибо в эту стену всю игру активно долбили со всех возможных ракурсов.

В порядке очереди следовало зафигарить мячом в стену, коснувшись его ровно один раз и только ногой. С первого взгляда никакой сложности, однако сотоварищи, сцуко, всегда хитрые, поэтому они норовят вдарить по касательной, очень сильно вдарить или совместить. Если особо изловчиться, то можно рикошетом залепить в другого игрока, за что он в срочном порядке получает свою букву к слову «козёл». Если же рядом есть специально построенный забор, то можно срикошетить от стены за него и позырить, как чмошник полезет через него и предпримет попытку перекинуть в одно касание мяч обратно. В отдельных случаях следовало настоящее шоу: несчастный, познав во всех красках тщетность попыток попадание мяча в стену с данной позиции, зажимал мяч между ногами – это тоже считалось одним касанием, – и с зажатым мячом, смешно подпрыгивая или шагая враскоряку, пытался дотянуть до стены, не расплескав по дороге мяч. Забор на пути несчастного превращал это шоу, как сказали бы американцы, в лучшее в городе, а мы назвали бы такое «вне конкуренции». Ради таких моментов и стоило играть.

Стены, как можно видеть, бывали разного качества. Наличие вокруг них пересечённой местности сильно повышало ценность стены. Любой садик, овраг, склон, даже дерево поднимали качество к заоблачным высотам. Ведь так приятно засадить мяч на дерево и посмотреть, как на него полезет другой игрок. А самое главное, как он с него слезет с мячом между ног.

Скажите мне, скажите, разве же взрослый в своей дурацкой книжке про игры для детей сможет выдумать такое? Нет! Подобное постигается только на практике. Только эволюционным отбором. Только методом проб и ошибок.

 

И все живы. Хотя странно. Ведь выдумывалось такое, что кто-то обязательно должен был... ну... того... Вот, например,

Игра без определённого названия с ножом и тарзанкой

Как легко догадаться по безопределённому названию, для полного комплекта в этой игре не хватает только спичек. Тогда бы игру уверенно можно было бы назвать «Самый страшный кошмар родителей».

Тарзанка, как водится, висела над отвесным склоном. А! Вы, может быть, не знаете, что такое тарзанка? Я в это слабо верю, но вдруг. Тарзанка – это верёвка с привязанной к ней снизу палкой. Сверху к тарзанке привязана горизонтальная ветка дерева. Располагается сиё, как я уже сказал, над отвесным склоном. В идеале – метров пять высотой, чтобы если уж свалился, то наверняка. Можно ещё над водой повесить – тогда вместо множественных переломов можно получить множественные переохлаждения. Но тарзанка над водой для описываемой игры не подходит.

Второй атрибут игры – это перочинный нож. Суть игры – попасть ножом в раскачивающегося на тарзанке товарища. Шутка. Суть игры гораздо опаснее. Надо, значит, за два качка на тарзанке вонзить нож в склон под ней. Следующий по очереди должен за два качка вытащить нож и перетнкуть его снова. В щадящем режиме может быть три качка. За невоткнутый или невыдернутый нож добавляется буква в слове «козёл». Полные козлы выбывают из игры, чем лишают себя возможности получить множественные травмы. Это почему-то кажется обидным. Тогда, во всяком случае, казалось.

Только представьте себе – ваш сын качается на тарзанке над пятиметровым склоном, держась за неё одной рукой. А во второй руке у него нож. Вот он, – напомню, держась одной рукой, – наклоняется вниз, его голова в миллиметре от земли, он замахивается ножом и втыкает его. Если повезёт, то в землю. Сколько вы можете придумать вариантов заработанных вашим сыном повреждений? Как вы можете оценить частоту, с которой он будет получать каждое следующее?

Эксперимент показывает, что вариант повреждения ровно один – растяжение руки. Не сильное. Вот так. Все живы. И здоровы. В данном случае даже и не верится.

 

Продолжение следует

Tags: игры
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 106 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →