lex_kravetski

Предыдущая неделя в плане свободного времени была вообще никакой: свободное время всё целиком было занятым. В результате, кроме целой кучи персональных праздников с личными встречами посетил ещё ажно три концерта. Что в данный момент сто пудов — мой личный рекорд. До этого раз в месяц и то уже много.

Немаловажно, все три концерта не только не разочаровали, но даже превзошли ожидания. В связи с чем считаю необходимым срочно рассказать о всех трёх.

Соколиная охота

Эту группу я приметил исчо в начале текущего года и сразу заценил. В первую очередь за смысловую мощь текстов, что обычно редкость, особенно в металле. Во вторую, но не в последнюю очередь — за крепко исполненную музыку и отлично спетые песни.

Вообще я уже как-то привык в текст песен не вслушиваться. Один хрен — в них хрень. А раз хрень, то не надо портить себе впечатление от группы. Надо просто слушать, как играют, и не слушать, что поют. По этой причине русскоязычные группы я вообще предпочитал не слушать — мне от русского гораздо тяжелее отвлечься, чем от английского. Из русских хорошо воспринимались, ну десяток, как максимум. Которые тексты умеют писать хотя бы на том уровне, чтобы сразу не стошнило.

Соколиная Охота, слава богу, в тот максимум десяток вошла и прочно в нём обосновалась. Однако слушал я их исключительно в записи, а хотелось-то вживую. Ибо оно известно, что группы делятся на две категории: одних вживую лучше не слушать, а других, наоборот, лучше слушать. Особенно те вживую надо бы слушать, которые очень хороши, но вот со студийными альбомами развернуться во всю ширь пока не успели.

В общем, походы на концерт назначались и срывались раз за разом на протяжении чуть не всего года. И тут с подачи дорогого товарища eoldark, который по совместительству является автором текстов группы, поход на вживую таки состоялся.

Группа хороша до неприличия. Не только в России, но и в мире не так много групп, которые могли бы сравниться с. Обычно ведь с металлом как: граждане осваивают два пауэр-аккорда и три ритма и фигарят с помощью этого забойные песни, похожие друг на друга как две капли воды. Фанаты тру-стиля в восторге — это ж не попса какая для быдла, а «настоящий сурьёзный бескомпромиссный металл». Пофиг, что мелодий ноль, главное, уши болят. Боль в ушах — для многих в металле основное. А разнообразие, оно от лукавого. Попса и позёрство.

( Дальше )

Башаков

Товарищ Башаков — ещё один яркий представитель русскоязычных певцов, которых можно слушать, одновременно понимая их текст. И даже получать от текста нехилое удовольствие. Вообще, из троицы Башаков — Комаров — Арбенин, Башаков всё время был тем, кто играет хуже Комарова, и пишет стихи хуже Арбенина. При этом чудесным образом выходило, что песни именно Башакова были самыми-самыми песнями. А не музыкой под какие-никакие стихи или стихами под какую-никакую музыку.

Башаков, во-первых, песню чувствует, а во-вторых, очень добрый. Я в его присутствии даже неизменно ощущаю себя очень злым. Что, конечно, Башакова не портит. Башаков — не только исполнитель, но и актёр. Каждую песню он исполняет. Причём, будто последний раз, так выкладывается. Несколько портил всё дело довольно-таки простой гитарный аккомпанимент, но с группой поддержки оно вроде как маскировалось.

А тут Башаков приехал один. Я уже было начал ожидать плохого, ибо раньше в одиночку у него ранее всё звучало как-то голо. Но, по счастью, неожиданно выяснилось, что Башаков адски натренировался играть. И безо всякого поддерживающего состава, на одной только гитаре стал жечь так, что многие полносоставные группы на этом фоне должны бы уйти в отставку. Нет, товарищ Комаров тоже всегда умел на гитаре сыграть за полоркестра, но Башаков и Комарова тоже неожиданно обскакал. Я просто не понимаю, как он это делает — вроде бы одна гитара, а звучит, будто вся группа где-то по углам запряталась. Вкупе же с выдающимися вокально-исполнительскими данными, вообще туши свет — человек-оркестр. Ну и обаятелен тоже адски. Я очень люблю господина ПэЖэ товарища Башакова.

В записи, что характерно, и у него тоже воспринимается всё как-то не так круто, нежели на концерте. Хотя записать он успел сильно больше Соколиной Охоты. Впрочем, он и начал сильно раньше.

Фото

Группа Фото в этот раз выступила компактным акустическим составом в честь Дня Рождения дорогого товарища Руслана Силина. Лично я вообще считаю, что руслановские песни, они для акустики. Конечно, сыграть их успели вообще во всех стилях — чуть не в дэт-металле даже играли. Но лучше всего оно просто под несколько гитар звучит. Даже и не знаю, быть может, это потому, что я их все как раз и привык просто под гитару слышать — в тёплой домашней компании. Однако и те, кто в домашней компании ни разу не был, тоже неоднократно отмечали, что в акустике оно прекрасно.

В первую очередь из-за того, что в этом варианте хорошо слышно голос и хорошо разборчив текст. Звукорежиссёры, складывается впечатление, голос специально маскируют. Что для множества групп — необходимо. Ибо в ином случае публика будет плеваться со слабых текстов. Но у Руслана-то тексты — сильные. Их в общем-то так же как и музыку весьма приятно слушать. Когда же голос загнан куда-то в нераспознаваемую область, слышно, что Руслан поёт, но не слышно что. Тут надо либо со звукорежиссёрами что-то делать, либо в акустике играть, где даже звукорежиссёр ничего испортить не сможет.

Если кто не знает, что это за люди всё, даю ссылку на некие записи. По штуке на каждого. Только надо помнить — не все записи в подобающих условиях сделаны. Плюс ещё сжатие звука под интернет. Поэтому звучат, особенно последние две, несколько не так, как оно должно звучать и как звучит в реальности.

( Видео )

Сразу скажу, фильм «Царь» не смотрел и не собираюсь. Однако данная статья настолько мощна сама по себе, даже безо всякой привязки к одному конкретному фильму, что не могу не процитировать:

Нет, я серьезно: я действительно хочу понять, для кого снимается это всё? На меня-то этот поток явно не рассчитан. А кто пишет все эти восторженные рецензии? Кто отбивает ладони в Каннах? Вот для них это и снято. На государственные деньги. То есть я налоги плачу, государство эти налоги дает Бондарчуку, Михалкову и Лунгину, а они на мои деньги снимают такое, что приходится бегать между телевизором и унитазом.

И клянусь вам: чтобы, в очередной раз отблевавшись, оторваться от унитаза и пойти к телевизору, мне нужна вся моя сила воли. Вся без остатка. Так было с «9-й ротой», так было с «Обитаемым островом», так было с «Царем» и точно так же будет и с очередным «щедевром» от боярина Михалкова. Только желание смотреть на мир ясно и видеть всё, что в нем происходит, заставляет меня возвращаться к экрану и вставлять себе под веки спички.

Вообще у нас в кино забавные тенденции имеются. Да и не только в кино. Вот в народе за Иоанном Четвертым закрепилось прозвище «Грозный». Не «мучитель», не «пытатель», не «ужасный», а именно — Грозный. Хотя народу он убил много. А за Николаем Вторым — Кровавый. А у интеллигенции, особенно творческой, все наоборот: царь, усиливший Россию в десятки раз — плохой, а тот, при котором мы «Россию потеряли» — хороший. Сталин, при котором СССР стал сверхдержавой — плохой, а Горбачев и Ельцин, при которых народ начал вымирать, а государство разрушилось — хорошие. Невольно задумываешься: а наша ли это интеллигенция?

Деньги из бюджета распределяются тоже загадочно. Вот если провести опрос на предмет: дать Михалкову из бюджета 35.000.000 долларов на «Утомленных Солнцем — 2» или закупить на эти деньги девятнадцать танков Т-80? Каков будет результат?

Дать денег Бондарчуку или вместо этого купить новый истребитель? Отснять нового «АдмиралЪа-2», в котором Колчак воскреснет, или подкинуть деньжат на науку? И что удивительно — кругом демократия, а нас никто не спрашивает.

Или вот ещё:

Кстати, о медведе. У меня сложилось впечатление, что медведю на самом деле уделили достаточно много внимания в картине. Медведь, раздирающий на части людей, по Лунгину — это и есть олицетворение государства. И не просто государства, а именно русского: «Ты всему миру показал, что ад мы несем в себе», —  говорит митрополит Филипп Грозному. Что он имел в виду? Кто это «мы»? Ведь не случайно он говорит не «ты несешь», не «вы несете» или еще что-то подобное, а именно «мы»?

Что общего у Филиппа и Грозного? Только русскость. И в этой русскости — ад, который видит весь мир, глядя на русского грозного царя. С «мы» мы определились. А вот что такое «весь мир», которому «мы» свой ад показываем? Очевидно, мир Лунгина довольно серьезно отличается от реального мира средневековья. Иване Грозном было казнено около 4 тысяч человек.

В том же родном для Грозного шестнадцатом веке инквизиция осудила на смерть всех жителей Нидерландов. В результате было казнено 25 тысяч человек. В Германии при Карле V было казнено около 100 тысяч человек. В Англии при Генрихе VIII за 14 лет было повешено 72 тысячи человек. В Англии с 1558 года по 1603 при Елизавете казнили 89 тысяч человек. Варфоломеевская ночь во Франции унесла жизни 20 тысяч протестантов-гугенотов. За это Римский папа наградил отличившихся специальной медалью.

Что мог увидеть в Грозном необычного «весь мир»? Ну, разве только то, что тот не только казнил, но и потом бегал по монастырям каяться. Неуместная для монарха того времени рефлексия. Я бы даже сказал — забавная. А возможно, что и пугающая. Возможно, именно эта черта и легла в основу мифа об Иоанне Грозном как о самом жестоком правителе своего века, а заодно и о «широкой и необъяснимой русской душе», которую так любят поминать зарубежные и отечественные русофобы. В Европах — там все понятно: казнили — значит, надо было. Никакой рефлексии, одни награды. А тут... В понимании европейского монарха, каяться после того, как казнил инакомыслящего, изменника, преступника мог только сумасшедший.

И наконец:

Сам Лунгин о своем фильме сказал: «Исступленная, больная, искалеченная вера Ивана Грозного (Мамонова) бешеным ураганом налетает на спокойную, тихую, благую веру митрополита Филиппа (Янковского) — и вокруг льется кровь, вокруг на глазах зарождается та Россия, в которой мы живем и по сей день».

Вот оказывается, где живет Лунгин. Не иначе как его каждый день Мамоновым травят, а не государственные деньги на выражение своего мнения об этом государстве дают.

Вообще во всем этом фильме всё пахнет клеветой и подлостью. И всеобщая поголовная невиновность жертв, и тихое скромное умолчание об их истинных мотивах, и... да всё. Решительно всё. Даже преступления Грозного (а они были!) в фильме не настоящие, а придуманные. Например, сожжение монахов в конце картины. Все это происходит потому, что если показать настоящие преступления Грозного, настоящую его жестокость, пришлось бы показывать и его мотивы, и настоящих его жертв, а этого делать ни в коем случае нельзя — цель не будет достигнута.

А цель состоит в том, чтобы человека, смотрящего это кино, охватывало омерзение к российской истории. Так, чтобы он себе жилы зубами рвал, пытаясь выкусить из них все, что хоть как-то связывает его с Грозным. А связей много. Да — через Сталина в том числе.

Чтобы так человек боялся и ненавидел слова «репрессии» и «опричнина», что и думать бы не смел о каком-либо государстве, о каком-либо союзе народа и верховной власти, который защитит его от современных бояр, которые тут, рядом, и все еще не сняли ноги ни с царского трона, ни с его сгорбленной спины.

«Не сопротивляйся нам, а то станешь как он!» — говорят нам сценарист и режиссер. — «Откажись, и твоя совесть успокоится!»

Я даже от себя добавить ничего не могу — всё уже и так сказано.

Акт первый

Новая Газета в приложении с романтичным названием «Правда ГУЛАГ-а» делится с читателями Настоящей Правдой, как она есть:

Однако бдительные читатели начинают что-то подозревать:

…ничего странного не замечаете? Например того, что на многих "узниках ГУЛАГа" советская военная форма времен ВОВ. А на охраннике с винтовкой — с 90-процентной вероятностью полевая форма рядового Вермахта. (источник)

Хор бдительных читателей ширится: странное замечают всё больше и больше граждан. Фотография-то мало из немецких архивов, так ещё и из немецкой википедии, откуда, видимо, и была позаимствована талантливыми правдорубами из Новой Газеты.

Фотография, которая опубликована в "Новой газете", хорошо известна специалистам-историкам, — комментирует директор фонда "Историческая память" Александр Дюков. — Эта фотография неоднократно воспроизводилась как в российских, так и зарубежных исследованиях, посвященных нацистской истребительной политике на оккупированной территории СССР. Поэтому публикацию фотографии в качестве иллюстрации к статье о жертвах сталинских репрессий следует расценивать либо как свидетельство вопиющего непрофессионализма редакции "Новой газеты", либо как намеренную фальсификацию, направленную на формирование искаженного образа прошлого нашей страны. Я хочу напомнить, что это далеко не первый случай, когда фотографии жертв нацизма выдаются за свидетельства преступлений сталинского режима. Так, например, обитающий в США международный авантюрист Сергей Мельникофф пару лет назад выдавал фотографии евреев, уничтоженных нацистами и их пособниками в эстонском концлагере Клоога в 1944 году за фотографии жертв "раскулачивания". К сожалению, эти фальсификации тогда получили поддержку у так называемых российских "либералов": грубые фальсификации Мельникоффа пиарились изданием "Каспаров.ру". Можно вспомнить и еще один сравнительно недавний случай: во время строительных работ на Никольской улице в Москве обнаружились чьи-то останки. В "либеральных" СМИ стразу начался вой о жертвах сталинских репрессий. Однако, как показала экспертиза, это были останки со старинного погоста, когда-то располагавшегося районе Никольской. Это свидетельства вопиющего, абсолютно недопустимого пренебрежения исторической точностью и корректностью, особенно важных тогда, когда речь заходит о такой болезненной теме, как беззаконные политические репрессии сталинской эпохи. То, что в издании под названием "Правда ГУЛАГа" жертвы нацистского геноцида выдаются за пострадавших от советских репрессий — возмутительно и кощунственно". (источник)

Товарищ Дюков наверно не в курсе — для донесения до народа Настоящей Правды можно идти на любой подлог. Нет таких преступлений, которые нельзя совершить во имя разоблачения кровавой тоталитарной диктатуры адского совка. А уж какую-то вшивую фотографию подменить — говно вопрос. Ну что же делать, если коварная советская власть не оставила нам фотографий, где заключённых везут в ГУЛАГ в открытых вагонах? Оправдать ГУЛАГ теперь что ли? Нет. Вот и приходится использовать фотографии, любезно предоставленные «гитлеровцами-освободителями». Слава богу, хоть они материала для разоблачения ужасов сталинизма наснимали. Поди, мучались угрызениями совести, когда рассаживали освобождённый ими граждан СССР в открытые вагоны пачками. Но потом вспоминали, что делают это исключительно ради последующего разоблачения преступного советского режима постсоветскими либералами, смахивали набежавшую слезу и давали приказ на отправление поезда в концлагерь.

В общем, недальновидные граждане типа дорогого товарища Дюкова и дорогого товарища _lord_-а своими вопросами всю малину испортили: «ой, а что это у вас на фотографиях советские военнопленные?»… Будто не понимают, что сейчас снабжение народа Настоящей Правдой давно уже осуществляется через конвейер. Залез в интернет, качнул оттуда каких-то непонятных людей в вагоне, подписал «очередные ужасы сталинизма на железной дороге» — и вот она Правда. А эти прицепились — «ой, не та фотография».

У либералов же, у борцов за Настоящую Правду, душа тонкая, аки волос принцессы, чуть дёрнешь — у них травма неисцелимая. Нельзя вот так вот сразу на них напрыгивать.

Акт второй

( Второй акт )

Не кажется ли вам, джентльмены, странным существование в якобы свободно-рыночных экономиках антимонопольных комитетов, что автоматически превращает эти экономики из свободно-рыночных в регулируемые? Ведь действительно антимонопольный комитет, совсем даже не экономическими методами расчленяющий корпорации, это — что ни на есть вмешательство государства в экономическую жизнь агентов. Где, джентльмены, свобода? Нет свободы. Есть свободы. А вокруг свобод — государственное регулирование.

Сей парадокс должен бы настораживать. И многие таки настораживаются, постановляя считать такие вот вмешательства со стороны государства отходом от либеральных концепций в тоталитаризм. Типа, «совок повсюду распускает свои щупальца».

Но я, джентльмены, вам скажу: либеральная концепция в своей экономической части содержит неустранимое внутреннее противоречие. А раз так, то она в принципе не может существовать на неограниченном промежутке времени. Время её существования — кратко, она — мимолётна. Ей есть место ровно до тех пор, пока внутреннее противоречие не приведёт к закономерному финалу.

Взглянем на выборку тезисов о свободном рынке:

1. Государство не вмешивается в экономическую жизнь общества, ограничиваясь только поддержкой порядка и контролем за выполнением законов.

2. Законы касающиеся экономики не запрещают никаких экономических операций, если те не связаны с внеэкономическими преступлениями (бандитизм, торговля наркотиками, выдача государственных секретов) и с нарушением экономических обязательств (невыполнение контракта, несоблюдение патентного права, невыплата заявленных зарплат).

3. Свобода рыночных отношений стимулирует предпринимательский дух и приводит к конкуренции экономических агентов, что благотворно сказывается на благосостоянии общества.

4. Наиболее умные и талантливые агенты в результате своих экономических отношений оказываются в выигрыше, поскольку клиенты «голосуют долларом» именно за них. Таким образом обеспечивается положительная обратная связь, отсеивающая проходимцев и награждающая грамотных предпринимателей. Что в свою очередь побуждает последних продолжать в том же духе.

Всего, джентльмены, четыре тезиса. Четыре завлекательных, красивых тезиса. Тезиса, которые хочется принять во имя справедливости и благосостояния. Тезиса, которые на вид идеальны. При этом данные тезисы настолько идеальны на вид, что эта видовая идеальность надёжно маскирует сокрытое в них внутреннее противоречие.

Итак. Мы имеем свободу экономических отношений между агентами. Что это за агенты? Положим, они все одинаковые. То есть, среди них нет талантливых и находчивых. Они никогда не перетянут канат в свою сторону, поэтому система всегда будет пребывать в изначальном благолепии. Но постойте, а в чём же тогда смысл? Если агенты все одинаковые, то рынок нам ничего не даёт. Из их конкуренции общество не извлечёт для себя ничего ценного — ведь каждый агент ровно такой же, как и любой другой. Налицо противоречие пункту 3 и пункту 4 — нет благотворности благосостоянию и нет отсеивания проходимцев. Все одинаковы. Уравниловка и тоталитаризм.

Значит, согласно пунктам 3 и 4, агенты — разные. Одни лучше, а другие хуже. Лучший агент, он что? Он согласно пункту 4 должен обогащаться. Конкурируя с остальными согласно пункту 3. Согласно пунктам 1 и 2 государство не только не может ему внеэкономически воспрепятствовать, но и не даст этого сделать всем остальным. Поскольку данный агент выигрывает в конкуренции, какие-то другие агенты в ней проигрывают. Что приводит к росту средств и влияния талантливого агента и вышибанию остальных агентов с рынка. Вновь появившиеся агенты стартуют с нуля, поэтому чтобы хоть как-то оттянуть часть средств у первого агента, они должны быть не просто талантливыми (не забываем, согласно пункту 4 первый обогатившийся агент — именно талантливый), а очень талантливыми. Буде один из них всё-таки прорвётся и вышибет первого, следующие новые участники рынка вынуждены быть мега-супер-талантливыми, ибо прорвавшийся — очень талантлив. Но в какой-то момент лимит человеческого таланта будет исчерпан и очередной прорвавшийся агент будет непобедим в принципе — у него ведь больше средств, а таланта как минимум не меньше. Все остальные ему неминуемо проиграют.

Рано или поздно, таким образом, один талантливый агент в полном согласии с четырьмя тезисами станет единственным монополистом и… тем самым уничтожит свободный рынок.

В четырёх тезисах, описывающих свободный рынок, изначально описан и механизм его неминуемого самоуничтожения.

Конечно, условия на планете Земля неидеальны, людей много, жизнь коротка, агент может и не успеть экономически захватить вообще всю планету. А его наследник может оказать не особо талантливым и его тогда выкинут, однако реальная ситуация всё равно довольно близка к предельной — свободно-рыночный мир захватывается не одним агентом, но многими, число которых однако радикально, на многие порядки меньше количества всех рыночных агентов. Просто захват не глобален, а локален. Свободный рынок в виду конечности жизни агента и размерам планеты уничтожается по частям — выкидывая не всех агентов, а только лишь подавляющее их большинство. Оставшиеся, буде жизнь подлиннее, выкинули бы и друг друга так, что «останется только один», но и двухсот Горцев Монополистов вместо пяти миллиардов агентов уже достаточно для некролога Свободному Рынку.

Легко догадаться поэтому, что наблюдаемое нами укрупнение капитала, это не козни большевиков, не заговор правительств, не дефекты в либеральной рыночной экономике, это — неизбежное следствие самой рыночной концепции. В четыре приведённых мной тезиса о рынке уже вписано неизбежное его уничтожение при строгом следовании этим четырём тезисам.

Тезисы постулируют положительную обратную связь, которую нельзя нивелировать чем-то извне. В этих условиях система в принципе не может оказаться в равновесии, а напротив должна дойти до одного из своих предельных состояний. Система неустойчива по построению и по построению же может находиться в непредельном состоянии только на коротких промежутках времени.

Свободный рынок деструктивен не только в отношении общества, но и даже в отношении самого себя.

Так вот, джентльмены, антимонопольный комитет и прочее государственное регулирование в области экономики — это не отступление от концепции, не попытка тоталитаристов разрушить её воплощение, не реверанс в сторону социалистов, нет. Это — единственный способ спасти свободный рынок хотя бы частично. Хотя бы сделав его не совсем свободным. В ином случае не будет вообще никакого. В ином случае он неминуемо сожрёт сам себя.

Мир вообще полон парадоксов. И ничего тут особо странного нет, что ради спасения полной свободы экономических отношений её надо сделать не полной.

Ценное дополнение: тезисы про рынок перечислены не все. Их больше. Но этих четырёх уже достаточно для выявления внутреннего противоречия.

Многим, вот, весьма интересно, а что это сограждане массово считают, будто деньги — единственная мотивация к труду? Точнее, не деньги, а жёсткая связь зарплаты (или доходов) со сделанным на рабочем месте. Мне, например, крайне такое было интересно — с чего вдруг? Не, ну точно, в интернете куда ни глянь — везде написано «если не ввести суровую цветовую дифференциацию штанов, если не отсыпать КЦ строго по наработанному, фиг кто работать будет». А потому, соответственно, коммунизм не возможен.

Я в общем-то по теме оной дифференциации уже подробно высказывался — о техническом аспекте сего в плане невозможности его реального воплощения. Там же было и про психологический аспект — с чего это девять из десяти себя недооцененными считают, а остальных, соответственно, бездельниками. И про главный двигатель всего прогресса — интерес — тоже было. Однако до сих пор причина, по которой людям кажется, что к качественной работе мотивация одни только деньги, пока ещё не сказал. Считаю, самое время сказать.

Так вот, о постановке проблемы: по неясной причине в интернетах регулярно проскальзывает мысль в форме «всем известно» на тему «кроме как за деньги никто качественно своё дело делать не будет». Вроде посмотришь по сторонам — регулярно же делают. Огромные толпы авторов, например, совершенно за так пишут статьи, стихи, рассказы и не менее за так их раздают направо и налево. Куча народа что-то там рисует, фотит, 3д-моделит, программит и снова за так раздаёт. Безо всякой тени надежды получить за это деньги. Безо всякой тени надежды, повторюсь, — тут даже намерений нет, не то что контракта. При этом оные товарищи шлифуют ими замостряченное до степени, временами не снившейся товарищам на зарплате. Из-за чего? Из-за интереса, знамо дело.

Однако, говорят сторонники концепции об первичности и единственности мотивации баблом, те люди, они ж — исключения. Массово такое не сработает. Чтобы все и каждый хорошо работали, надо ими наработанное усердно протоколировать и строго по протоколу отслюнявливать денюжек. Иначе — фиг. Иначе водопроводчики будут всё время пьяные, программы глючные, пиво — разбавленным, дома аварийными, а художественные книги неинтересными. Интерес, он хорош, но не выход для масс. Для масс (читай, «быдла») только сдельная оплата и никак иначе.

Признаться, я долгое время сам недоумевал — как оно такое может быть: каждый на собственном опыте сравнивал живительную силу интереса и мотивацию баблом, работающую только в сферическом вакууме, однако всё равно многие считают, будто «то — они, а то — быдло». Ну не может же такого быть, не может. А потом вдруг во время непринуждённого общения с дорогим товарищем svinobraz_76 неожиданно познал дао мотивации.

Штука в том, товарищи, что разные граждане пробуют совсем разное. Одни граждане профессионально мотивируются к одной деятельности, а другие — к другой. Первые граждане отлично понимают, что есть интерес, а вторые — отлично это понимают. Однако у вторых интерес на работе подавлен моральными факторами нипепической принципиальности. Поэтому интерес вторые граждане пробуют исключительно дома. И, соответственно, не верят, что им можно мотивировать к работе.

Взглянем на пару абзацев назад — туда, где о протоколировании и оплате по протоколу, — и задумаемся: не напоминают ли нам сии строки с мыслями в себе и между собой о каких-то вполне конкретных профессиях? Не выдают ли обобщённые авторы этих строк нюансы своей профессиональной деятельности и если выдают, то какой именно? Сами посудите: есть ли способы для водопроводчика, программиста, писателя или учёного регулярно протоколировать качество их работы и выдавать деньги по протоколу? Водопроводчик, например, он ведь что, пришёл и починил. Работает — отлично, не работает — хреново. Но был ли он вежлив, сработал ли на века или тяп-ляп, тянул ли время, разводил ли хозяев на доп. оплату — кто и как проверит? По жалобам — единственный способ. Но то ж не протокол о качестве, то общее впечатление будет. На одного много жалуются, на другого мало — вот и вся информация. Для протокола как-то не того.

Ну или взять писателя. Сваял он книгу и чего? Её могут много покупать, могут мало, она может нравиться, а может — нет. Но ни по мере написания, ни даже после протокол не составишь. Писатель мог пивко в кабаке потягивать, а мог впахивать как Папа Карло — и в обоих случаях книжка как-то не воткнула широкие читательские массы. Что делать? Автор-то был уверен в своей зашкаливающей трудоголичности. А мог и не быть — не проверишь.

Зато, товарищи, зато есть некоторый спектр профессий, в которых протоколирование идёт на ура. Эти профессии — менеджер по продажам и коммивояжёр, страховой и рекламный агент, юрист — профессиональный вымогатель и тому подобное. В силу понятных причин их в интернете больше, чем водопроводчиков, поэтому их мнение весомо в плане численности его выражающих (программистов в сети тоже изрядно, это обеспечивает некий паритет, однако пропорция всё равно выходит не та, как во внесетевой реальности).

( Дальше )

Вот, положим, некто вам говорит, что в какой-то там передаче «Разрушители мифов» её ведущие запустили ракету на колбасном двигателе. Да-да, на колбасном. Напихали, то бишь, в топливный отсек палок салями, сдобрили закисью азота и на старт. Как реагировать?

Ну оно понятно, что можно было бы сказать: «запустили и хрен с ними». Или, там, «прикольно, гы-гы». Или вообще промолчать. Однако подумали ли вы о том, что какой-нибудь проповедник коммунизма и прочей тоталитарной диктатуры равенства трудящегося быдла с Элитой, не исключено, использует этот случай для своей агитации, в то время как вы начисто сиё проморгаете?

Нет, господа, на такие вещи закрывать глаза ни в коем случае непозволительно! Тут же в одном рассказе одновременно фигурируют космические ракеты и копчёная колбаса — главные ценности двух противоборствующих группировок: коммунистов и либералов. Если рассказом не воспользуетесь вы, то это сделают ваши враги и вы никогда больше не увидите салями на витринах.

Реагировать надо. И те, кто внимательно читал предыдущие «Уроки двоемыслия», наверняка уже знают как. Первым делом, конечно, надо выяснить, откуда эти самые «Разрушители мифов». Если они из СССР, то следует реагировать так:

Тоталитарной советской власти было наплевать на простых людей. Поэтому она колбасу переводила на ракетное топливо. Из-за их сраного космоса на прилавках была одна только морская капуста.

Если же «Разрушители» из США, то реакция должна быть совсем другая:

Вот видите, как хорошо работает капиталистическая экономика и вообще как здорово в США — у них так много колбасы, что они могут её даже для развлечения в ракетах сжигать. И всё равно всем хватит.

Реакции совершенно правильные, однако надо помнить и о более сложных случаях — вы ведь могли всё-таки проглядеть высказывание, не среагировать на него и допустить выводы на его основе через дудку кровавых коммуняк. То есть, реагировать теперь надо уже не на фразу, а на её последствия.

К счастью, двоемыслительный подход позволяет с лёгкостью решить и такую, на первый взгляд сложную задачу.

Чего бы там ни вывели из пропущенной вами поначалу фразы, вы ловко разобьёте выводы простейшим приёмом — обобщительно-дробительным анализом. Суть его вот в чём: если некто относительно известный и уважаемый говорит нечто, обратное вашим представлениям, то этот некто просто выражает личное некомпетентное мнение, никак не связанное ни с реальностью, ни с мнением своих сограждан, ни с официальной точкой зрения, ни вообще с чем либо, вам невыгодным. Если же он наоборот сказал вам выгодное, то его точка зрения — это точка зрения всех здравомыслящих людей и так далее. В этом случае вам даже не обязательно пересказывать аргументы это человека, можно ограничиться только констатацией факта «вот он сказал». Обратно, когда сказанное сказано против вас, даже аргументы можно отвергнуть только на той основе, что их просто кто-то сказал. Кто-то, отличный от Вселенского Абсолюта. Они, аргументы в этом случае тоже личное мнение, а вовсе не доказательство. А если личность сказавшего ещё и обладает некоторой «негативной аурой», так и вообще можно опровергнуть сами аргументы просто фактом произнесения их личностью с отрицательной аурой.

Например, вполне можно доказать что угодно ссылкой на Мизеса и Хайека. Если они что-то сказали, то оно наверняка верно. С другой стороны, сказанное Марксом наверняка неверно, поскольку оно — его личная точка зрения.

Надо отметить, что некоторые (по-видимому, для практики) упражняются и в обратном тоже — доказательством на основе «Маркс так сказал». В дальнейшей антикоммунистической деятельности такая тренировка будет как никогда кстати.

( Дальше )

Сейчас церковь активно прорывается в учебные заведения с целью срочно запроповедовать православие и прочие другие варианты христианства вконец морально разложившимся студентам со школьниками. Церковь утверждает, что молодёжь пьёт, курит, ругается матом и занимается развратом, а спасти от сей напасти могут только попы́. Не молодёжь, дескать, а сплошные готы и пидарасы. Надо срочно спасать.

Как возразить церкви? Как показать проповедникам, что их место — совсем даже не в вузах и школах?

Некоторым очевидно: надо переодеться в готов и пидарасов, а затем прийти на лекции священников. После этого много раз громко и яростно крикнуть «мы — пидарасы». Чем добиться выкидывания крикунов-пидарасов из зала. После этого следует разослать повсюду статью собственного сочинения «церковь выкидывает буянящих пидарасов из зала». Пацаны, пацаны, «церковники пойманы на выкидавании пидорасов из зала»!!! Пацаны, пацаны, церковь утверждает, что поднялась на борьбу с гомосексуализмом, и действительно с ним борется!!! Вот неожиданность-то!!! Ровно тем же способом можно зайти на собрание, например, атеистов — в тех же одеждах. И громко всё собрание кричать «мы — пидарасы». Оттуда за такое, само собой, выкинут, что сразу докажет: и атеисты тоже пойманы.

Это отличный способ борьбы — когда ты приходишь с целью быть выкинутым и тебя выкидывают. Это сразу всем всё доказывает. Даже странно, что тебя после такого почему-то считают идиотом даже те, кто сам совсем не в восторге от церкви в школах и от религии в целом. Но у тебя же есть ответ: такие просто не понимают. Не понимают глубины полёта твоей вольной креативной мысли. И всей мощи рецепта «прикинься пидарасом и будь выкинутым из зала в знак протеста». Ты можешь даже присовокупить: «вы все — не настоящие атеисты, раз не прикидываетесь пидарасами». Тогда тебе обязательно поверят. Ну, рано или поздно.

Сто пудов, блестящая идея — в знак протеста дать проповедникам наглядное доказательство их правоты. А то раньше у них его не было, поэтому приходилось что-то там сочинять. Теперь у них всё отлично — сочинять уже не надо.

Посмотрел один из выпусков «Разрушителей мифов». Интересный такой выпуск. Показательный.

Смысл выпуска — разрушение мифа о топливном заговоре. Дескать, производители топлива состоят в заговоре и специально препятствуют переходу на более экономные виды топлива для автомобилей. В качестве испытуемых альтернатив выступали всевозможные добавки к бензину (типа, ацетона), какие-то там магниты, надеваемые на топливопровод и даже портативный вырабатыватель водорода из воды. Как и следовало ожидать, ни один не сработал. Некоторые даже ухудшили положение — то бишь, увеличили расход бензина. Но.

В конце концов был опробован ещё один вид топлива. Отработанное подсолнечное масло из фритюрницы. После очистки, конечно. Так вот что интересно: на отфильтрованном секонд-хэнд масле машина с дизельным двигателем отлично каталась. Ну, то есть, на предельных скоростях, допускаю, эффект будет хуже, чем от бензина, возможно, износ двигателя будет идти быстрее без его переделки и всё такое, однако факт — автомобиль вообще безо всякой модернизации нормально так катается на отработанном подсолнечном масле.

Надо отметить, что н лет назад я побывал в Чехии, где моё внимание привлекли ярко жёлтые поля. Экскурсовод сходу не смог ответить, что это такое, однако следующий по счёту гид справился с ответом. На ярко жёлтых полях выращивается рапс. Причём, выращивается с целью получить из него масло. И в последствии использовать это масло в качестве именно что топлива. Есть, оказывается, в Чехии такая программа на будущее. Хорошо ли идёт, не проверял, но вроде как хотя бы есть.

Так вот, вывод Разрушителей потряс меня до глубины души — миф разрушен. Единственным преимуществом масла как топлива перед бензином по их мнению оказалась его бесплатность. Но, добавили они, как только его начнут использовать в качестве топлива, оно тут же станет платным и преимущество исчезнет. А расход этого самого масла в литрах на километр даже побольше, чем у бензина — на десять процетов. От таких умозаключений у меня волосы встали дыбом.

Потом я вспомнил, что товарищи Разрушители давно и прочно живут в капиталистической Америке что, соответственно, никак не могло не затронуть их образа мыслей. Бытие, так сказать, сознание всё-таки определило: товарищи Разрушители хотя лично для себя измерения проводят в условных единицах интереса, но вот в глобальном масштабе экономические эффекты считают исключительно в деньгах. И при таком подходе всё так и получается: если отработанное подсолнечное масло продают по цене бензина, то целесообразность его использования — ровно как у бензина. Чудовищный вывод. Однако показывающий самую суть капитализма.

Дело в том, товарищи, что в отличие от подсолнечного масла нефть — это невозобновляемый ресурс. И поэтому в одних и тех же деньгах их сравнивать никак нельзя. Деньги за невозобновляемый ресурс несут совершенно иной смысл, нежели за возобновляемый. Грубо говоря, нефть рано или поздно кончится. Причём, скорее рано — судя по скорости её потребления. Подсолнухи же при отсутствии глобальных катаклизмов можно будет выращивать ещё многие тысячи лет. Бензин не просто дороже, он несравнимо дороже подсолнечного масла. На масло имело бы смысл переходить даже если бы его в данный момент продавали за более высокую цену, нежели бензин.

Не говоря уже о том, что отработанное масло сейчас, извините, вообще выбрасывают. То есть, оно не продукт, оно — отход. Некто вдруг начинает брать за этот отход деньги, однако трудовая стоимость масла от сего ни на копейку не меняется (само собой, у процесса очистки тоже есть трудовая стоимость, но речь пока не о ней, а, скажем так, о сырье). Более того, по-хорошему, стоимость отработанного масла сейчас вообще отрицательная — его нельзя просто взять и выбросить в урну, его полагается утилизировать. Этого, конечно, многие не делают, однако оно полагается.

В общем, оценка стоимости отхода от продукта, сделанного из возобновляемого ресурса, выливающаяся в её равенство со стоимостью продукта из невозобновляемого ресурса — адская гримаса капиталистической экономики. Топливный заговор, товарищи, это не тот заговор, про который многие думают — собрались в тайной масонской ложе самые коварные серые правители Земли и между собой всё решили. Заговор — это положение вещей. Это создание и поддержка психологии, логики и интуиции суждений, позволяющей делать такие вот абсурдные выводы о тождественности бензина подсолнечному маслу. Причём, существует этот заговор безо всякого явного сговора «заговорщиков». Большинство из них друг с другом, не исключено, даже незнакомы. Им просто как некой части общества выгодно именно такое вот положение вещей. Поэтому своими действиями они его поддерживают и усугубляют. Более того, поддерживают и усугубляют его даже те, кому оно не выгодно — если на них с детства транслировался именно такой вот образ мыслей. Собственно, заговорщиков как таковых в пределе вообще может не быть — достаточно уже того, что кому-то когда-то сиё было выгодно, а теперь вот здесь уже так заведено. Ну как в известном анекдоте про обезьян, предков которых поливали водой из шланга.

Я подытожу:

Капитализм — это такой строй, при котором отличие подсолнечного масла от бензина выражается исключительно в деньгах.

P.S. И при чём тут, казалось, биореакторы?

Update. Специально для граждан, которые не в ладах с чтением: в статье речь про личные автомобили. Не про энергетику в целом. Про топливо для автомобилей. Для энергетики в целом единственный известный на данный момент выход — ядерная. Но к автомобилю крайне тяжело протянуть провода, он — не трамвай. И реактор в каждый автомобиль пока не представляется возможным установить. Бензин же адски хорош, но его, заразу, делают из нефти, которая, зараза, за ближайшие полвека совершенно точно закончится (это я специально дал самый оптимистический прогноз). После этого топливо, соответственно, надо будет искать другое. И желательно, чтобы это топливо можно было производить циклически, а не только выкачивать из земли. То есть, конечно, желательно выкачивать, но выкачиваемое, как уже говорилось, быстро кончается. Циклически мы пока, увы, уверенно умеем производить только растения. Почти всё остальное требует чего-то там выкопать из земли. Чего-то, что в ней накапливается миллионы лет, а выкапывается за пару сотен.

Автор — дорогой товарищ oulenspiegel.

Сколько светлых песен недопето -
Я июньской звездной ночью понял.
Где б найти еще такое лето,
Чтоб гвоздики вспыхнули в ладонях.
 
Птица-тройка, ты разбилась оземь
В черном обгорелом Белом Доме.
Где б найти еще такую осень,
Чтоб надежда теплилась в ладонях.
 
Эти холода невыносимы.
Мать на смерть дитя носила в лоне.
Где б найти еще такую зиму,
Чтобы жизнь не таяла в ладонях.
 
Я по добрым лицам так тоскую.
Я бегу, лечу - пускай догонят.
Где б найти еще весну такую,
Чтобы песни прыгали в ладонях.
 
Где б найти еще такое лето,
Чтобы камни вызрели в ладонях...

Заслали стихотворение с целью выяснить у меня как в нём всё. Хорошо ли? Есть мнение, хорошо. Технически очень крепко. Рифмы нетривиальные — местами стоя аплодировал, размер выдержан, слог хороший, строки-афоризмы в наличии. Всё как я люблю. Технический просчёт ровно один (кто заметит, тот молодец).

По смыслу + идеологически обратно же всё верно. Правда, лично я как-то уже отошёл от стихов-жалоб, а то они мне Лермонтова очень напоминают. Ну да пусть. Стихи стихами.

Автор: tourist

День за днем пролетает неслышно
Все дела как сплошное безделье –
Привезем, продадим и запишем
Что останется на понедельник.

День за днем те же самые тропы
Мы проходим по вечному кругу
Одинокие хмурые толпы
Близнецов не знакомых друг с другом.

( Дальше )

К слову, вспомнилось ещё одно стихотворение. Где жалоб меньше, зато накал сарказма значительно больше. Что несколько компенсирует более простые рифмы и всё такое.

Вспомнилось, поскольку товарищи поинтересовались, а как это на мой взгляд — написать с идеологией, но без жалоб. Ну и чтобы без «убить всех людей разом» тоже.

( И как же? )

И вот ещё один пример того же — гражданской позиции без жалоб. Теперь уже в форме пародии. На мой взгляд — отлично.

Забыты прежние заботы!
Не понимаю – как я жил
В совковом царстве несвободы,
Небритых рож и вечной лжи?

Валерий Янкин

=============================
Евгений НЕФЕДОВ
Пародия

( Зачитать пародию )

Кстати, это ж интересный вопрос. Я вот временами стихи публикую, преимущественно собственного сочинения. Их вообще читает кто? Или оно так порожняком и проходит?

Я вообще сходу так не смог подобрать название к тому явлению, которое собираюсь описать. Не исключено, оно есть, а я просто затупил и поэтому вспомнить его не смог. Однако не суть — то есть, наоборот, суть я разъясню, а название — дело десятое.

Для краткости навскидку назовём таковое «тривиальной причиной». Не в смысле «банальное», а по аналогии с «тривиальным решением» из матанализа и прочих дифуров. В общем, там бывает так, что некая система хитровывернутых уравнений имеет более одного решения. При этом одно из них сразу очевидно и, что немаловажно, подходит чуть ли не ко всем уравнениям такого вида. Ну не ко всем, быть может, но ко многим. Обычно это «x = 0».

В чём, собственно, корень зла и почему такое решение даже специальным образом обозвали. Обозвали его так потому что это решение зачастую не несёт информации. То бишь, его физический смысл сводится примерно к «если тело покоится, то оно покоится». Другие решения при этом полезны для практики, поскольку интересует-то обычно не покой, а особый режим движения. Тривиальный случай, стало быть, вполне себе верен, но не интересен.

Так вот, к чему это я: существует такая вещь как «тривиальная причина» — подходящая под условия, зачастую не опровергаемая в принципе, универсальная для всего класса явлений, однако не несущая никакой информации. И сию причину то ли по недомыслию, то ли для намеренного запудривания мозгов пытаются выдать за единственную. Или, скажем так, за ту причину, дальше которой копать не надо, а напротив ей следуют довольствоваться.

Есть, например, тривиальная причина «на всё воля Бога». Фраза, которую нельзя ни доказать, ни опровергнуть, однако действительно подходящая для «объяснения» чего угодно. «Почему подводная лодка затонула?» — «Ну, воля Бога на то была». «Почему рухнуло здание» — «Бог так хотел». Не придерёшься. Не опровергнешь. Хотя и не докажешь, конечно.

Однако в таких случаях мне вспоминается анекдот:( Анекдот и развитие темы )

Точнее, конечно, о развале СССР. О политической, так сказать, стороне сего занимательного процесса. Для тех, так сказать, кто думает будто «оно всё само» — «из-за неэффективности социализма» или, как вариант, из-за «экономического отставания СССР».

Лично я, как известно, считаю, что причины развала в первую очередь политические. Причём, базируются они во многом на политических же ошибках советской власти. Которые в конечном счёте сделали советскую власть такой, какая в статье и описана. Ну и США, конечно, изо всех сил сему процессу помогали.

В общем, чтиво очень полезное и душеспасительное. Особо отрадно, что автор языком владеет как надо и одновременно, судя по всему, уверенно пребывает в своём уме — ибо налёт разных степеней шизофрении в подобного рода статьях не редкость. Тут же всё пипцато. Единственный момент — не совсем ясно про лётчика Руста, расплывчато  как-то и невнятно про это дело. В остальном же — отличная статья. И познавательная — про некоторые моменты я, например, был не в курсе.

Избранные цитаты:

***

В далеком 1957 г. журнал "Юность" опубликовал повесть студента Литературного института Анатолия Гладилина "Хроника времен Виктора Подгурского", имевшую у советской молодежи оглушительный успех. Столь быстрая всесоюзная слава, видимо, травмировала неокрепшую психику молодого писателя и, спустя какие-то годы (не помню уж точно, какие), он вынырнул "за бугром" как сотрудник русской редакции радио "Свобода". Где занялся привычным испокон веку для русского либерала делом, т.е. в полную силу отпущенного ему Богом таланта поливал за чужие деньги собственную страну. В 2001 г. в издательстве "Олимп" в Москве вышел очередной роман Гладилина: "Меня убил скотина Пелл". Пелл — это фамилия большого американского начальника на радио "Свобода", который в кругу своих ближайших сотрудников выдает афоризмы типа: "Вы заметили, что все русские — писатели. Хоть бы один был говновозом". Роман, как можно понять, в основном автобиографический, о мытарствах русского эмигранта Говорова, уволенного в возрасте за 50 лет из штатов "Свободы" и постигающего на собственной шкуре истину, что "увольнение на Западе человека после пятидесяти морально равносильно смертному приговору, обрекает на безработицу и нищету. За что?" Скажу по правде, за последние несколько лет мне не доводилось читать писательского сочинения более безысходного и трагического. А вспомнил я о нем здесь вот почему. Оказавшись не удел, Говоров распутывает на досуге клубок своей прошлой жизни, и задумывается, между прочим, над вопросом, почему Москва не глушила его фельетоны о Брежневе в эфире "Свободы": "Лишь позже Говоров понял, что в Союзе менялся политический климат, товарищ Андропов устал ждать, начал потихоньку сталкивать Леонида Ильича, и Говоров, сам того не подозревая, ему подыгрывал. А вот капитан (лейтенант или майор) ситуацию давно просек, поэтому лениво подшивал фельетоны Говорова в досье и хихикал в рукав". Хихикает, ясное дело, чин КГБ. Подобные прозрения посетили с годами, наверное, головы многих литературных телят, которые в былую пору азартно бодались с дубом КГБ и целили в коммунизм, а угораздило их — надо же! — в Россию.

Однако в конце 70-х вовсе не писатели доставляли главную головную боль политическому руководству страны. Ее доставляла плотная масса способных, хорошо образованных, не занятых полезным делом и жаждущих власти людей, скопившихся в бесчисленных советских НИИ и прочих учреждениях подобного типа. В Советском Союзе, как известно, изначально существовал культ науки. Выдающиеся достижения СССР в области науки и образования признавали безоговорочно даже заклятые враги советского государства. Знаменитый министр Третьего Рейха Альберт Шпеер, посетивший в 1942 г. занятый немцами Днепропетровск, вспоминает о городе: "Я был до глубины души поражен обилием в нем институтов и техникумов. Ни один германский город не мог сравниться с ним. Непреклонное стремление Советского Союза стать одной из ведущих индустриальных держав произвело на нас очень сильное впечатление".

Базовой организационной структурой советской науки являлись научно-исследовательские институты (НИИ), количество которых в стране год от года неуклонно увеличивалось. В какой-то момент этот рост, видимо, превысил некий естественный для государства предел, после чего процесс количественного размножения НИИ принял неуправляемый характер. Все попытки партийных и государственных властей справиться с этой стихией, взять её под контроль потерпели неудачу. В том числе, замечу, и после Брежнева. На приснопамятном октябрьском (1987 г.) Пленуме ЦК первый секретарь МГК партии Ельцин плакался своим однопартийцам: "Мы призываем друг друга уменьшать институты, которые бездельничают, но я должен сказать на примере Москвы, что год тому назад был 1041 институт, после того, как благодаря огромным усилиям с Госкомитетом ликвидировали 7, их стало не 1041, а 1087… Это, конечно, противоречит и линии партии, и решениям съезда, и тем призывам, которые у нас друг к другу есть".

К 1980 г. в СССР имелось около 1,4 млн. научных работников, включая сюда научно-педагогические кадры вузов. Что составляло четверть от общего числа всех научных работников мира. С учетом всевозможного вспомогательного и обслуживающего персонала эту цифру нужно, как минимум, утроить. Невозможно, разумеется, вычислить, сколько было в этом научном воинстве искренних служителей науки, чьими трудами она действительно прирастала. Было их, конечно, много, может быть, даже большинство. Иначе как могла бы жить и развиваться наука? Но вместе с тем год за годом неуклонно увеличивалась доля работников низшего и среднего звена, для которых трудоустройство в НИИ являлось не более чем удобным способом избежать работы на производстве. Здесь, изнывая от безделья и не видя перед собой сколь-нибудь ясных карьерных перспектив, они коротали время до пенсии, интриговали, бродили в рабочее время по кинотеатрам и магазинами (за это в свое время их попытался приструнить Андропов), брюзжали в неопрятных курилках по адресу своего, разумеется, глупого начальства, идиотизма, с их точки зрения, брежневского правления и советского социализма в целом. В тяжелое для страны время горбачевской измены именно из этой среды профессионально ущербных научных клерков, дотоле прозябавших в своих НИИ и лабораториях, воротилы "черной" экономики легко навербовали себе армию особо даровитых, лютых и бессовестных комиссаров капиталистического реванша.

***

Дело в том, что обеспечивать вступление в партию рабочих с каждым годом становилось всё труднее. По двум причинам. Во-первых, на бытовом уровне сами рабочие не очень рвались в КПСС. Вместе с партийным билетом к ним приходила обязанность платить партийные взносы, посещать партийные собрания, выполнять какие-то мелкие поручения. А зачем это всё, если ты не лезешь в начальство? Во-вторых, самое главное, по мере экономического развития страны происходило перераспределение трудовых ресурсов из традиционных отраслей промышленности в сектора управления, науки, образования, сферы обслуживания, торговли. Но здесь штатным расписанием зачастую вообще не предусматривалась должность рабочего: сплошь "инженеры", "лаборанты", "операторы", т.е. формально для партийных статистиков "служащие". Помню, в пору работы в Орготделе ЦК, в сферу ответственности которого как раз и входили вопросы партийного пополнения, мне довелось составлять ответ на письмо из Ленинградской области. Автор, кто-то из местного райкома КПСС, сообщал, что они не могут сформировать парторганизацию на Ленинградской АЭС, поскольку там по штатному расписанию все числятся инженерами, т.е. для статистических отчетов "служащие". Как же так, справедливо возмущался автор, перед любым парикмахером дверь в партию открыта, поскольку он считается рабочим. А инженера АЭС мы принять не можем. "Какое же мы готовим будущее для нашей партии?"

Несмотря на титанические усилия Орготдела ЦК, "рабочее ядро" укреплялось из рук вон плохо. Так, в 1971 г. рабочие среди вступивших в партию составили 31,2%, а в 1981-м — 31,7%. Ничтожный "навар" за десять лет упорных трудов. Думаю, что и эти цифры были завышенными при помощи бюрократических манипуляций с понятием "рабочий". К примеру, я сам вступил в КПСС, будучи студентом Московского госуниверситета, а в отчетах проходил как "рабочий". В ту пору временно для Москвы действовало от ЦК соответствующая послабление.

***

( Ещё цитат )

Вообще, конечно, статья настолько сильная, что её в «избранные цитаты» можно сразу целиком помещать.

Читать целиком.

Сразу оговорюсь, с автором данного текста не знаком, правдивость сведений проверить не могу и, соответственно, никак не могу за оную правдивость поручиться. Однако подобного рода вывертов со стороны Полной Неограниченной Свободы Слова знаю преизрядно. В смысле, тех, про которые пишет starshinazapasa. Посему навскидку считаю текст весьма правдоподобным. Скриншот е-мэйла из оригинального поста не привожу, поскольку такое можно за полчаса в фотошопе нарисовать — не доказательство, таким образом.

Ну и сам текст.

***

«…Пересылаю Вам список требуемых переделок по результатам просмотра фильма О. Добродеевым, при участии Н. Сванидзе.

1. Усилить тему ответственности левых за гражданскую войну…

2. Убрать тему пьянства Ельцина.

3. Эпизод с Останкино: то, что гранатомет бил изнутри, неправда. Надо исправить: откровенная провокация разбушевавшихся пьяных скотов. Для этого возможно дописать интервью с А. Цываревым (ждет звонка)…

4. Про Гайдара и его реформы – усилить мысль о том, что обнищание началось не с него. Это по-крупному. Теперь мелочи…

… 6. Зорькина так сильно не мазать, он и сейчас лицо государственное.

7. Два синхрона Коржакова - о бане и о нечитании Ельциным книг - убрать.»

Под катом документ — сопроводительный лист из РТР.

В 2003 году мы с Евгением Кириченко делали фильм «Черный октябрь Белого дома», к десятилетию расстрела Парламента. Когда-нибудь напишу об этом подробно. Там много что можно сказать. И о том, что следствие установило: из оружия, находившегося в Белом Доме не было произведено ни одного выстрела, и о том, как школьник, хотевший «увидеть историю своими глазами» четыре часа истекал кровью под балконом жилого дома с пулей в животе, и о том, как двоих студентов ОМОН скинул с крыши, прострелив им ноги, и о том, как снайпер застрелил 12-летнюю девочку, подошедшую к окну посмотреть митинги и много чего еще.
Фильм делали для НТВ. Это было, конечно, уже не то НТВ, но какой-то люфт для свободы слова еще оставался (правда, после эфира Кириченко доступ на телевидение закрыли наглухо).

Производителем была студия «Телеформат». Создавали его, если не ошибаюсь, Александр Левин и Ефим Любинский вдвоем. Потом, насколько я знаю, они разбежались, Левин организовал «Дикси», а «Телеформат» остался за Любинским. Сейчас это два главных игрока на рынке телепрограмм.
«Телеформат» и тогда был уже крупной продюссерской компанией, располагавшейся, правда, в зашарканном подвале на Китай-городе. К слову, если вы думаете, что телевидение делается в Останкино, то это не так. Канал может предоставить студию. Все остальное – от сценария до озвучки, на колене делают мальчики и девочки, готовые работать за копейки. Большая часть программ и документалки монтируется в съемных помещениях с двумя видеопарами столетней давности и убитым «Бетакамом» с наемным оператором. Мне доводилось работать в подсобке гостиницы «Белград», на чердаке одного университета, где одновременно гнали пиратские ДВД, в студентческой столовой МГУ и проч.
В том подвале делали, например, «Розыгрыш» - довольно часто можно было наблюдать пробирающихся через загаженную подворотню Пельша и Арно, дорогу которым перебегали крысы.

Это я для понимания уровня профессионализма.

Так вот, вместе с нами «Телеформат» производил и второй фильм – для РТР. Под названием «Мятеж 93-го». Делал его Василий Пичул – режиссер «Маленькой Веры» и «Кукол».
Как я уже говорил, каждый фильм перед эфиром просматривают продюсеры от канала. По итогам просмотра составляется сопроводительный лист, в котором указываются недочеты и необходимые исправления.

Судя по поправкам, поначалу Пичул снимал довольно-таки объективное кино. Когда фильм был готов, он отвез его на РТР. Оттуда он вернулся вот с этим письмом.
Скажу сразу – письмо это украдено из компьютера секретарши Ефима Любинского. Не мной, правда, в чужие ящики лазить я себя так и не приучил, но – воровано.
Кто такая Виноградова А.М я не знаю. Остальные всем известны.

***

Дополнительная информация от RedWolf при поддержке дорогого товарища Гоблина:

***

Список граждан, погибших в результате государственного переворота 21 сентября - 5 октября 1993 года http://1993.sovnarkom.ru/TEXT/SPISKI/spisok-m.htm#Ostankino_Spisok

Список составлен по материалам парламентских слушаний «Духовно-нравственная, морально-правовая и экономическая оценка трагических событий 21 сентября — 5 октября 1993 года и их последствий для России», прошедших в Государственной Думе России 31 октября 1995 года.

1. Граждане, погибшие в результате массового расстрела в районе телецентра «Останкино» 3-4 октября 1993 года http://1993.sovnarkom.ru/TEXT/SPISKI/spisok-m.htm#Ostankino_Spisok

2. Граждане, погибшие в результате штурма Дома Советов и массовых расстрелов в районе Дома Советов 4-5 октября 1993 года http://1993.sovnarkom.ru/TEXT/SPISKI/spisok-m.htm#Dom_Sovetov_Spisok

3. Граждане, погибшие в других районах Москвы и Подмосковья в связи с осуществлением государственного переворота 21 сентября — 5 октября 1993 года http://1993.sovnarkom.ru/TEXT/SPISKI/spisok-m.htm#Moskva_Spisok

4. Военнослужащие и сотрудники МВД, погибшие при выполнении задач по осуществлению государственного переворота http://1993.sovnarkom.ru/TEXT/SPISKI/spisok-m.htm#MVD_MO_Spisok

***

Да здравствует Свобода и Демократия!

Говорит дорогой товарищ _lord_. Но, прежде чем перейти к его словам, несколько предварительных комментариев для Альтернативно Одарённых:

1. После звёздочек расположен текст статьи дорогого товарища лорда. Этот дорогой товарищ — не я. Поэтому слова «а вот ты написал, что…» мгновенно будут истолкованы как попытка комментировать не прочитав статью и результат от такового окажется вполне предсказуемый.

2. В тексте идёт речь не о каких-то там субъективных оценках общественных взаимоотношений, а об объективных нарушениях УК этого общества. Термин «преступление» понимается именно как нарушение закона. Причём, не Общечеловеческого в Полном Абсолюте, а прописанного в официальных кодексах тех самых обществ, внутри которых эти самые преступления совершаются.

3. С заявлениями вида «а на самом деле в США нет коррупции, это только у нас так» рекомендуется сразу проследовать на поклон к Элронду.

***

На днях слушал «Эхо Москвы», а там Ксения Ларина, Николай Сванидзе и Владимир Мединский мыли кости Советскому Союзу. Очень мне понравились тезисы Сванидзе пополам с Лариной. Мол, идея-то была хорошая, братство народов там, а вот реализация... Да, реализация преступная. «Тоталитаризм и людоедский режим».

Тут я задумался. Вот капитализм взять (все они сторонники либерализма-капитализма).

Как известно, «За каждым большим состоянием стоит преступление». И это ведь не советские писатели Ильф и Петров сказали, это афоризм Бальзака, который в той или иной форме повторяется многочисленными авторами, в том числе и совершенно либеральными, западными — философами, политиками, общественными деятелями — начиная с XIX века как минимум.

Маркс писал, что нет такого преступления, на которое не пошел бы капиталист ради 300% прибыли. Но бог с ним, посчитаем, что Маркс ангажирован.

Знаете, есть такой «шуточный» девиз банкиров: «Если ты не украл, считай, что тебя обокрали»? Или вот, например, очень известная у нас присказка: «Если ты украл рубль — сядешь в тюрьму. Если миллион — станешь депутатом (губернатором... и далее по списку)».

Думаете — свидетельство нашего «неразвитого капитализма», который, бедный, ограничен огромным числом административных барьеров, поэтому стремится хапнуть и вывести из страны? (А вот если ему дать свободу…)

Да нет. Это перефраз известной американской поговорки: «Если ты украл доллар, ты вор и тебя посадят, а если ты украл железную дорогу, ты уважаемый человек и станешь сенатором».

Думаете, эта поговорка — плод творчества маргинальных кругов США? Тоже нет, это перефраз Теодора Рузвельта, который писал: «Человек, который никогда не ходил в школу, может что-то украсть из грузового вагона. Но если он имеет университетское образование, он может прикарманить всю железную дорогу».

Очень просто — уровень воровства при капитализме зависит, например, от уровня образования.

Не так давно я был на пресс-конференции, на которой Георгий Бовт, сопредседатель партии «Правое дело» (либеральной, кстати), возмущался — снова в образовании перекос, молодежь от юристов и менеджеров бросилась на специальности по госуправлению. Причем, говорит Бовт, идут они туда с конкретной целью — заработать, и вовсе, как вы понимаете, не на зарплате чиновника, а «другими методами».

Привет тебе, Теодор Рузвельт. Ровно век прошел, да. И у нас растет новое поколение будущих «владельцев заводов, газет, пароходов».

Да, «За каждым большим состоянием стоит преступление». Афоризм, конечно, обобщающий, но кто возьмется отрицать, что в нем сформулировано именно правило, а отнюдь не частное исключение?

Преступление заложено в самой основе капитализма. Здесь вам не «идея была хорошая, да реализация подкачала», а именно что все преступно - и идея, и реализация, и жизнь на преступно нажитые средства.

В самой капиталистической системе преступление заложено изначально. И существовать она может только как следствие первоначального преступления. А учитывая, что средства в ходе функционирования этой системы все-таки иногда перераспределяются, то и преступление становится хроническим, с периодическими рецидивами, иногда легкими, почти незаметными, а иногда и тяжелыми.

Ведь что интересно, в социалистическом государстве теневой сектор экономики и преступность существовали как аберрация (либералы скажут: потому, что зажимали частную инициативу). Но ведь в капиталистическом обществе они существуют как неотъемлемая его часть. И самое поверхностное сравнение уровня оборота в теневом секторе и масштабов преступности говорит вовсе не в пользу капитализма, хоть при нем никакой инициативы не зажимают.

Ну не странная ли картина?

Да нет, не странная. Этот факт стараются особо не афишировать, официально с теневой экономикой ведется борьба (борьба с коррупцией, борьба за собираемость налогов, борьба с нелегальной производственной деятельностью и т.д. — вплоть до «черной», чисто преступной экономики). Однако экономисты знают, что «тень» и официальная экономика при капитализме — не антагонисты, а дополняющие друг друга сферы деятельности.

В исследованиях читаем: «представление о теневой экономике как о вредном экономическом явлении является шаблонным. Однако последствия теневой экономической деятельности нельзя оценивать строго однозначно». Потому, что теневая экономика «объективно скорее помогает развитию официальной экономики, чем препятствуют ему».

Существует представление о позитивных факторах теневой экономики. Например, незаконная занятость населения дает источник существования малоимущим, а это, в свою очередь, снижает социальную напряженность. Или — теневая экономика подпитывает легальную своими средствами. Нажитые преступным путем богатства используются для закупки товаров и услуг в легальном секторе, «отмытые» преступные капиталы облагаются налогом и т.д. Теневая экономика, кроме прочего, крепче и сплоченнее легальной, так как практически лишена кредитной поддержки и иных преференций. Она является еще и низовой опорой «белой», «запасным аэродромом» на случай катаклизмов.

Это не какие-то там измышления, это анализ взаимодействия реальной и теневой экономик известного экономиста Дитера Кассела, например.

Теневая экономика при капитализме является просто одной из сторон экономической деятельности. Пользу которой предпочитают лишний раз не афишировать (противозаконно же), но и сражаются с ней по принципу борьбы нанайских мальчиков (выгодно же).

Конечно, ни одно нормальное государство станет честно признаться своим гражданам, что, как минимум, ничего не имеет против теневого сектора, а может даже и поддерживает его. Однако в ряде специфических государств эти мысли, бывает, выплескиваются и на страницы СМИ.

Украинская газета «Комментарии» приводит слова глава парламентского комитета по налоговой и таможенной политике Сергея Терехина: «В нынешних условиях существование теневой экономики может оказаться спасением для Украины. Она наиболее живуча и эластична, а потому в период кризиса может оказаться спасательным кругом для бизнеса и страны в целом».

Можно по ЖЖ-традиции похихикать над «глупыми хохлами» — «из кризиса будут через преступность выходить!». Но в данном случае перед нами очень простой факт — экономистов-рыночников они уже прочли, а о том, что специфические оценки в любом приличном государстве должны быть фигурой умолчания — еще не поняли.

Вот и пишут: «У теневой экономики масса преимуществ: она свободна от тотального государственного контроля, а значит и от фискального бремени. Для Украины, которая в рейтинге МВФ по общему количеству и сложности администрирования налогов занимает 177-е место в списке из 181 стран, это особенно актуально. К тому же большая часть теневого сектора не имела возможности развиваться за счет кредитных средств, а значит сегодня теневики находятся в более выигрышной позиции, нежели их легальные коллеги, обремененные непосильными обязательствами».

Ну да, повторяют учебники о «позитивных факторах теневой экономики». Всего-навсего.

Таким образом, капитализм и преступность связаны неразрывно.

И если уж говорить о преступных режимах — преступных в самом прямом, криминальном смысле этого слова – то наиболее преступным из них является капитализм. Который с преступления начинается, преступлением живет, преступление просто встроено в его систему, «объективно скорее помогает развитию» капитализма, чем препятствует ему.

А вот кто в настольные игры играет? И кто готов сюда в комменты свои впечатления от разных игр и рекомендации по ним заслать? Вместе с кратким содержанием правил — чтобы было понятно, чего именно там играется. Я со своей стороны тоже в ближайшие дни обзор опробованного сделаю, однако и других послушать интересно.

Собственно, про всё подряд сюда писать не надо. Игры подразуеваются особого рода. Во-первых, чисто настольные, а не вариации игр с беготнёй по полю (ну, типа, сначала отгадываешь, а потом убегать надо) или где непосредственно физические навыки задействованы (настольный хоккей). Во-вторых, не чисто традиционные (шахматы, шашки, домино, преферанс и т.п.). В-третьих, не ролевые (АД&Д и прочее). В-четвёртых , не примитивные (типа, кидаешь кубик — и кто первый накидает до самого финиша).

Подразумеваются настольные — карточные, стратегические, экономические. Ну, типа, Манчкин, Монополия и тому подобное. Если кто бодро напишет, я его комментарии со ссылкой в обзор включу.

И это, просматривайте комменты — если про какую-то игру уже написали, пишите дополнения в ту ветку. А то потом фиг разберёшь где что.

Положим, выходите вы из квартиры в свой подъезд и вдруг — оба-на, ситуация. Стоит на лестничной клетке Самый Главный по стране и отливает за мусоропровод. Причём, никаких сомнений — это точно Самый Главный. И вот что бы вы в такой ситуации сделали?

Комментарии по теме, само собой, приветствуются.

Если бы Самый Главный по стране отливал в моём подъезде

Дайте почитать этот текст своим знакомым подросткам любого возраста.

Ты вот хотел посидеть с друзьями, дёрнуть пивка и поиграть на гитаре. Чтобы, типа, душевно, а не как в закостеневшем лицемерном обществе взрослых. Чтобы, типа, весело, а не как тебе диктует система. Чтобы, типа, кругом тебя прожжённые пятнадцатилетние интеллектуалы, а не тупые работяги. Вы собрались на квартире у приятеля и начали отрываться. Ну тут неожиданно оказалось, родителям приятеля ни фига не приятно, когда ты плюёшь на их чистый пол, ссышь в раковину, и разливаешь пиво на их кухонную мебель. Соседям, оказалось, ни хрена не радостно от музыки, которую ты включил на весь дом сквозь музыкальный центр родителей приятеля. Родители приятеля, соответственно, взяли и вышвырнули тебя и всех остальных долбодятлов из своей квартиры. А если и не они, то милиция, вызванная соседями. Теперь ты сидишь уже не на удобном диване, а в подъезде на ступеньках. Вот так ты показал системе, кто есть кто.

Мимо тебя и других долбодятлов проходят местные жители. Им ни фига не радостно от вашего тут пребывания, но они, так и быть, вас тут терпят: «надо же детишкам где-то встречаться». Вы, соответственно, дуете пивко и бренчите на гитарах. Общение, типа, полным ходом. Однако нельзя же сидеть просто так — как лохам. Надо же показать системе, чего ты сто́ишь. Поэтому ты расхреначиваешь бутылки о подоконник, раскидываешь кругом битое стекло, отливаешь в углу и хамишь десятку местных жителей, проходящих мимо. Местные жители спускают на вашу компанию собак и вызывают милицию, которая, после того, как вы начали качать права, даёт вам всем люлей и выкидывает на улицу. Теперь ты уже не на ступеньках в неотапливаемом подъезде, а на улице под дождём. И не играешь на гитаре, а латаешь дырки от собачьих зубов на заднице. Вот так ты заборол систему. Показал, чего сто́ишь.

Но нельзя же отступать — ты снова ломишься в тот же подъезд. Жители, — вот, дураки-то, — уже забыли, какой ты долбодятел и не дают тебе люлей прямо на входе. Ты привычно заскакиваешь на лестничную клетку, расхреначиваешь бутылки, ссышь в лифте и тебя снова выкидывают на улицу. Только в этот раз на подъезд организовывают кодовый замок. Ты страшно горд собой — эвон как ты заставил местных жителей прогнуться. Правда, тебе не приходит в голову, что у них-то ключи от домофона есть, поэтому они как ни в чём не бывало ходят туда-сюда, а ты как дурак торчишь под дождём во дворе. Зато ты боролся с системой, да. И победил — она же ведь среагировала. Ну, то есть, дала тебе люлей, выставила под дождь и окончательно пресекла твои попытки посидеть в подъезде. Даже если местные жители теперь тебя простят, в подъезд ты, один хрен, уже не попадёшь.

Ты, к слову, не тем гордишься, друг, ты ведь действительно сделал большое дело — сразу показал системе, какой ты дебил, и дал ей возможность на ранних этапах твой дебилизм локализовать. Причём, не только твой, но и твоих приятелей-дебилов тоже. Вот чем надо гордиться.

Или, например, ты пошёл в клуб. В клубе граждане пили пиво и танцевали. Но ты ж не лох, ты сейчас покажешь, кто тут главный. Поэтому ты нажрался, перевернул столик и полез в драку. После чего охранники выдали тебе люлей и выкинули тебя из клуба нахрен. Когда ты явился туда в следующий раз, на входе стоял фейс-контроль, который пропускал всех, кроме тебя и твоих приятелей-дебилов. Вот так ты поборол систему. Теперь посетители, ха-ха, проходят фейс-контроль. Правда, тебе не приходит в голову, что остальные-то как раз его проходят — то есть, мимо, без излишних телодвижений, — а вот ты, наоборот, его не проходишь.

Или ты, скажем, пошёл на сайт Гоблина, с целью открыть взрослым дяденькам глаза на жизнь. Тебе там сказали, что твои откровения на фиг не нужны. Ты разобиделся и нахамил. Твой коммент потёрли. После чего ты решил забороть систему и подговорил своих товарищей-дебилов устроить рейд — насрать в комментах. Ваши комменты тоже сразу потёрли, а на сайте ввели премодерацию. Для дебилов с их комментами. Ты страшно рад — как ты их! Правда, нормальные граждане всё так же пишут комменты без премодерации, а у тебя один коммент в час и, — чуть позже, — черенок в жопе. То бишь, твой коммент урезали, тебя забанили и над тобой посмеялись, не дав тебе права хоть как-то ответить. Но ты им всё равно показал, кто есть кто! Эвон как — премодерацию им пришлось сделать. Это ведь победа — когда у них есть механизм, позволяющий над тобой-дебилом глумиться, а тебе не позволяющий на глумление ответить. Ну ничего, ты со своими приятелями уже ведь сделал сайт против Гоблина. Который читают аж три человека — ты и два твоих друга-дебила. Протест против системы идёт полным ходом.

А ещё ты можешь разбить автобусную остановку, да. Чтобы показать системе, кто тут главный. Правда, ты будешь теперь ждать автобус не под крышей, а под открытым небом, но ради Великого Дела — протеста против системы — можно ведь и потерпеть. Денюжки на ремонт остановки выдадут твои родители — из налогов. А то и со штрафа, если тебя поймают. Что будет означать суровое урезание твоих карманных денег. Если же ты поднажмёшь с битиём остановок, то тебе не купят новую мега-приставку — все деньги уйдут на ремонт поломанного тобой. А то и ты сам загремишь в колонию. Где протест гораздо нагляднее: ведь ты не играешься в тёплой квартире на своей приставке, как лох, а бритый налысо подметаешь бараки. Система такого страх как боится.

Буде к процессу подключатся твои приятели-дебилы, чем чёрт не шутит, ремонт остановок отожрёт всё бабло, на которое некогда собирались для вас-дебилов построить стадион. Но зачем тебе стадион, если вместо него ты получаешь возможность ждать автобус под дождём, а не под крышей? Потом, когда ты и твои приятели-дебилы подрастут, серьёзные дяденьки уже будут не ремонтировать остановки и не строить стадионы, а просто сразу тырить себе в карман деньги, которые ты сам отдаёшь в виде налогов. Молодец, ты заборол систему. Порочную систему, строящую стадионы для дебилов. Теперь эти деньги пошли на особняк с высоким забором и охраной, которая без разговоров зарядит в тебя дробью, когда ты по старой памяти придёшь протестовать против системы.

Столько ведь кругом отличных возможностей для протеста — ты можешь разломать стул, на котором сидишь, и парту, сидишь за которой, выбить зимой окно в классе, вытоптать газон рядом со своим подъездом, сжечь обивку на двери в собственную квартиру. И ты ведь всё это делаешь — в знак протеста. Не останавливайся, друг, развей тему: насри себе в кровать, долбанись с разбегу о кирпичную стену, отруби себе палец. Ты же всё эту муйню творишь не только для протеста, а ещё и для «лулзов». Поверь, сейчас все остальные собирают нехилые лулзы, когда через окно смотрят, как ты с приятелями-дебилами тусуешься под дождём во дворе, когда вам навешивают люлей охранники с милиционерами, когда ты с точностью до секунды вымеряешь начало следующего часа, чтобы заслать отпущенный тебе один коммент, который не пройдёт премодерацию и где в результате от твоего имени будет написано, какой же ты дебил. Не меньше лулзов они получат и от вида твоей разбитой об кирпичную стену рожи. Твой кал в твоей кровати они, правда, не увидят, но ты ведь сможешь им рассказать. В знак протеста. И чтобы «они тебя надолго запомнили».

На деле, тётенька, спустившая на тебя собак, уже через день про тебя забыла. Для модератора ты — ещё один долбодятел в комментах. Для охранника ты — ещё один урод, которого он выкинул на улицу. Для местных жителей — безликий дебил, который тусуется во дворе под дождём. Им всем на тебя покласть. Они тебя выкинули и про тебя забыли. Зато ты месяцами строишь планы мести, пытаешься обходными путями прорваться в клуб, пролезть через окно в подъезд, хитро зарегаться на форуме под другим именем. Однако ты — дебил. Тебя быстро ловят и выкидывают. И на следующий день про тебя забывают, поскольку ты неотличим от сотен тысяч других ровно таких же дебилов.

Потом, дорогой друг, ты, не исключено, вырастешь. И будешь ссаться от вида начальника, лебезить перед директором, делать ку перед местными чиновниками — много всего разного. Ибо когда нужен реальный протест, а не разбитая о стену собственная рожа, у тебя сразу же играет очко и ты становишься тише воды ниже травы. Реальный-то протест означает, что ты нашёл нечто, заставляющее власть-над-тобой-имущих действительно сделать тобой желаемое. А не просто навешать тебе люлей и выкинуть под дождь. Само собой, сейчас ты всем доказываешь, будто с самого начала и хотел именно вылететь под дождь, огрести дубинкой от милиционера, быть забаненным на форуме и так далее. Не сцы, когда вырастешь, ровно так же сможешь втирать, как ты с самого начала хотел, чтобы тебя заставили работать в выходные, урезали зарплату и пересадили в подсобку или коридор. Да. И начальник на тебя наорал только потому что ты ровно такого и хотел. А молча побежал его приказ исполнять ты исключительно затем, что это — такое изощрённое над начальником глумление. Тонкий такой троллинг. Ну, ровно такой же, как в те времена, когда ты тонко троллил местных жителей, сидя под дождём во дворе. И срал себе в кровать, чтобы тонко потроллить свою мамочку.

Не сдавайся, друг, подростковую доблесть при желании можно словно знамя пронести через всю свою жизнь.

dietolog сообщает о страшном:

Закинул идею в fsb_brigada. Дескать, совсем затолстели на однообразном меню из Бобровольца и Ко. И вообще, если уж объявили себя филиалом ФСБ, травится должны ВСЕ неадекваты. То есть и предложенные мною Бессистемный Говнолитик [asocio], финский Боец Ташкентского фронта [kommari] и Лох Кровавый [lex-kravetski] и прочие духовные братья Солнцеворота, навеки застрявшие в 6 классе советской школы. В конце концов, чем диванные Пол Поты (со своими массовыми расстрелами воробуржуев, в кои они записывают всех с ними несогласных - 90% населения) лучше диванных Гитлеров, а?

Тем не менее, реакция меня удивила - от недоумения до раздражения. Возникает впечатление:

а) Значительная часть бригады идеологически близка к оным поциентам (нет, я не врач, чтоб так писать!) экспонатам.

Атас, пацаны!!! Диетолог кажется начал что-то подозревать!!!

Меня, вот, часто спрашивают: «что это за замыкания такие, которые ты так часто поминаешь?». А я отвечу: замыкания, товарищи, эта такая штука, за которую любят функциональные языки. И вообще все языки, в которых есть замыкания хоть в какой-то форме. Да. Это такая штука. Клёвая штука. Сейчас поясню на примере.

Положим, есть у нас список, который надо отфильтровать — получить другой список, в котором все элементы первого, удовлетворяющие некому условию. Ну, для простоты положим, что в качестве первого списка выступает список со значениями типа int, а нам надо извлечь из него те значения, которые больше десяти, но меньше ста. Обычная ведь задача. Распространённая.

Мы берём С++ и пишем на нём такой вот код:

Цель вроде бы достигнута. Список отфильтрован. Однако вот незадача — чуть дальше нам надо отфильтровать элементы не от десяти до ста, а от двадцати до тысячи. Не вопрос — в строке с пометкой «ключевой момент» мы введём переменные min и max, которые сделаем параметрами функции. Для универсальности. Теперь мы можем фильтровать элементы в любом диапазоне. Но ещё чуть дальше неожиданно понадобилось фильтровать от тридцати до бесконечности. Это мы, конечно, можем сымитировать при помощи задания верхнего предела как MAX_INT, но вот число тридцать должно в этот раз войти. Поэтому нижней границей мы делаем — двадцать девять.

А назавтра нам надо отфильтровать от тридцати до бесконечности, но только чётные числа. А напослезавтра — только простые. И ещё хрен знает что в будущем. При помощи нашей универсальной функции мы такого сделать не можем, поэтому вынуждены клепать новые функции копипастой вышенаписанной и заменой, собственно, «ключевого момента» на нужное нам условие и внесением в сигнатуру функции необходимых для «ключевого момента» параметров.

Ну, как известно, С++ тем и мощен, что на нём миллионы программистов раз за разом пишут одну и ту же программу. Настоящих крутанов копипастой не напугать, однако на сотый раз вдруг выясняется, что концепция изменилась и вместо листов у нас теперь будут использоваться векторы. Поэтому сто раз размноженный алгоритм надо сто раз изменить — чтобы там теперь не лист, а вектор обрабатывался. Само собой — иным способом. Для вектора без заранее заданного размера push_back ведь сильно накладен.

В общем, так дело не пойдёт. Надо таки алгоритм иметь в единственном экземпляре и подставлять в него нужную проверку. Но как, джентльмены, как? Можно макрос фигнуть из двух частей. В первую войдёт всё до «if (» включительно. Во вторую от «) {» и далее (обе строки в «ключевом моменте»). Но макрос, он всегда чреват. И в будущем он нам аукнется.

По счастью, есть выход. Мы, значится, вводим эдакий предикат — интерфейс фильтра. А саму функцию фильтрации переписываем так, чтобы она в качестве условия этот самый предикат использовала.

Вот она, казалось бы, победа. Теперь мы запросто отфильтруем что угодно, просто подставив нужный нам предикат. Но оно так просто на словах. На деле же — не так просто, как хотелось бы.

Но что же нам поставить на место вопросительных знаков? ( И чего же? )

Цель цивилизации — много кушать. В широком смысле этого слова, то есть, не потреблять много еды, а потреблять вообще много всего. Как ни крути, какие высокие стремления не декларируй, а в основе всё равно лежит оно — потребление материальных ценностей. На оном держится воспроизводимость популяции и стремление к этому, соответственно, было надёжно закреплено эволюцией.

Кроме того, много кушать — не только цель цивилизации, но и её беда. Поскольку эволюция заточила все механизмы человека под стремление к сему, а не к состоянию, когда оно уже. Из-за этого ценные при суровой недостаче механизмы при избытке работают в обратную сторону — тяготят и требуют активной сублимации. Что приводит к возникновению явлений, явно противоречащих целям эволюции (если таковые вообще можно ей приписать).

Человек — животное стайное. Так случилось совсем даже не вчера, а, напротив — в момент сотворения мира. Когда ещё в товарища Адама бог своей всемогущей дланью заложил стайные мотивации, что, конечно, не может не поражать — чувак живёт один, а в него вдруг вкладывают всякое, нужное только для жизни в коллективе.

Вот блин — на первом же этапе рассуждений такая отличная байка накрылась медным тазом.

Так вот, уже в момент своего выведения из обезьяны человек был крепко завязан на стаю. А раз так, то его ценность для стаи должна была эволюционными механизмами поощряться. Ведь если в стае много ценных человеков, то стая жизнеспособнее, чем она, целиком состоящая из художников-абстракционистов.

Собственно, что такое, эта самая «ценность»? Многие подумают, что оное понятие — субъективное. Мало ли как, для одного один ценен, для другого — другой. Нельзя пользоваться таким субъективным понятием. А я скажу: ценность — понятие, проверяемое экспериментом. Человек ценен, когда продуктами его труда пользуются другие люди. Оное на эксперименте легко обнаруживается, что переводит понятие «ценность» во множество объективных понятий. Причём, не важно, считает ли сам человек собственную деятельность трудом или же мыслит её как развлечение — факт пользования продуктами такой деятельности вполне достаточен для признания оной трудом, а самого человека — ценным.

Под полезным продуктом, выливающимся в ценность-А его производителя не стоит понимать строго материальные ценности. Ценности духовные, услуги, советы — ровно такие же в этом смысле полезные. И их производитель ровно так же ценен, как производитель ценностей материальных. Всё нормально: он производит — другие потребляют.

Описанного рода ценность — первооснова человеческих отношений. И с начала времён на неё было завязано почти всё происходящее. Не важно, что ценность не абсолютна — ведь вряд ли для убитого мечом ценен кузнец, этот меч выковавший. Не важно, что нельзя до миллиметра измерить приносимую ценность. Не важно, что ценность можно сымитировать…

Хотя нет, последнее таки важно. Для последующих рассуждений.

Человеческая деятельность по мере развития цивилизации усложнялась. Для производства множества ценностей, не мыслимых ранее, стало требоваться не просто махание кайлом, а нехилый такой багаж стартовых навыков. Оно и с самого начала в общем-то было актуально — умение охотиться, зоркий глаз, помогающий в сборе корешков и так далее — однако новые навыки, не чета старым, уже не вырабатывались прямо сразу в процессе. Цивилизация стала слишком много кушать. И оное отдельным гражданам развязало руки для накопления знаний и навыков уже не в процессе производства материальных ценностей, а параллельно ему. И даже вне его.

Оказалось, что и такой подход тоже полезен. Отрыв граждан от производства материальных ценностей с целью получения оными гражданами ценных знаний и навыков был выгоден в перспективе — в результате, ведь, сии граждане обретали способность производить очень ценные полезности, которые собиратели корешков произвести не могли. Само собой, такое тоже закрепилось эволюцией. Правда, уже не эволюцией человека, как животного, а эволюцией общественных отношений.

Ценным стал не только гражданин, производящий нечто активно потребляемое другими, но и гражданин, получивший навыки и знания. Однако зададимся вопросом, а почему он, собственно, ценен? Что обществу с его знаний? Правильный ответ: обществу с его знаний в чистом виде — ничего. Обществу чего-то только с накопленного человеком потенциала. Знающий ценен именно в потенциале — реальную ценность он обретёт в тот момент, когда начнёт делать что-то полезное. Поэтому ценность знающего, хоть и сходна, с ценностью производящего, но имеет от неё принципиальные отличия.

Дабы не путать эти «ценности», назовём их «ценность-А» и «ценность-Б» — ценность по факту и ценность в потенциале.

Жизнь однако — штука сложная. Выработанные эволюцией концепции обязательно вызывает к жизни и мимикрию под них. Ведь ценный человек имеет много бонусов со стороны окружающих. Настолько много, что эволюция даже распорядилась дать человеку спец-чувство, делающее ценность для общества вознаграждаемой не только снаружи — в виде отдачи со стороны общества, — но и изнутри. Порождаемыми подсознанием позитивными откликами. Приятными чувством в ответ на правильные действия.

Оное приятное чувство называется «гордость». Это не та гордость, которая на самом деле «достоинство». Не «как вы со мной обращаетесь?!!», а «какой же я молодец!». Осознавая собственную ценность, человек в качестве поощрения самого себя со стороны подсознания получает всплеск гордости — особого рода удовольствия, не заменяемого другими. Так эволюция стимулирует в человеке его ценность.

Но ништяки со стороны общества и самопощрения подсознанием — притягательная штука (ещё бы, так ведь и «задумано»). Получать такое каждому хочется. Что порождает мимикрию со стороны не получивших. Ценность-А и ценность-Б подменяются ещё одной ценностью: ценностью-В, такой эдакой ценностью, которая и не ценность-то физически. Это, скажем так, «наведённая ценность». Человек не производит и даже не взращивает в себе потенциал к производству. Вместо этого он концентрируется на доказательстве окружающим, что ценность-А (или ценность-Б) ему уже присущи, только окружающие в силу своей тупизны оного не разглядели.

Цивилизация слишком много кушает. На заре человечества крайне тяжело было бы убедить соплеменников, что ты крут, ничего при этом не делая. Однако изобилие привело к тому, что мало кто понимает, откуда взялись данные конкретные ценности и как они связаны вот с этим вот индивидом, утверждающим, что это лично он держит на своих плечах всю планету. Таковое работает и приносит-таки свои плоды: люди с ценностью-В зачастую получают больше ништяков, чем с ценностями-А и -Б.  

Организм, в свою очередь, тоже напирает. Раньше ведь как, научился ходить — идёшь работать. И так до тех пор, пока смерть не разлучит тебя с работой. То есть, потребность в гордости (читай, в становлении собственной ценности) просыпается в человеке очень рано. Чтобы он с младых ногтей уже получил мощный стимул к труду. Однако, как мы помним, появилась ценность-Б, то есть, надо бы сначала обучиться. И как мы помним, слишком много кушает. Цивилизация. В детском труде уже нет потребности. Его отсутствие — социальное благо. Детям надо не работать, но учиться, да. А то даже и учиться не надо — пусть просто наслаждаются жизнью. Но как быть с потребностью в гордости? Понятно как — сублимировать.

При раннем социализме шла активная пропаганда знаний. Однако к призывам учиться неизменно присовокупляли расшифровку «ибо учёный много ценного даст народному хозяйству». Как-то незаметно это важное дополнение утратилось и пропагандироваться стала учёба сама по себе. Будто образованным следует быть не для ценности-А. Будто бы ценность-Б хороша не как потенциал, а как вещь в себе. И оное было воспринято: очень многие граждане стали гордиться собой просто по факту полученного образования. К концу восьмидесятых, по ощущениям, о конечной цели — производстве ценностей никто вообще уже не вспоминал. Вроде как достаточным поводом для гордости было строго само образование, а практическое применение знаний и навыков казалось чуть ли не позором («фу, он руками работает»). Хотя вешать всех собак на одних только проклятых большивиков не следует — тут не их вина, процесс стартовал задолго до их появления. И был связан… да-да, с тем, что цивилизация слишком много кушает.

(продолжение следует)

Признаться, сначала хотел пошутить. Однако по мере развития шутки понял: как водится, шутка оказалась совсем даже не шуткой. А совершенно правильным, потенциально рабочим и, более того, крайне удобным подходом. Лучшим, по крайней мере, известных мне альтернатив.

Итак, проблема в файловой системе. И в той части ОС, которая с этой файловой системой работает. Причём, даже не одна проблема, а сразу много, и при попытках решить одни из них — другие усугубляются.

В общем, так. Первая из множества проблема: хранение деталей приложения — запускных файлов, библиотек и настроек. На мой взгляд, самый удобный вариант — хранить их в все в папке приложения. Тогда приложение легко переносится с одного места на другое (в том числе, на другой компьютер), легко бэкапится (да-да, можно забэкапить только настройки, однако никто вам не гарантирует, что когда вы захотите переустановить приложение, то по месту его получения — на сайте или в репозитории — будет лежать та же версия; новая ведь может и не быть совместима с вашими настройками и, что ещё хуже, — с документами тоже). С другой стороны, граждане, сидящие под Линуксом, точнее, некоторые из них, уверены, что настройки следует хранить в отдельном месте, дабы перенести можно было все сразу. Все сразу их всё равно перенести на деле нельзя, но здравое зерно тут есть. Разработчики же Майкрософт, в свою очередь, рекомендуют запись в реестр — типа, чтобы другим программам было проще найти ваше приложение и чтобы настройки сохранились даже если вы удалите приложение. И в их словах тоже есть здравое зерно.

Однако эти три подхода противоречат друг другу, а временами и сами себе. При хранении всего в одной папке в современных реализациях ОС возникает проблема с разделением настроек разных пользователей. Оно понятно, что настройки при этом подходе раскладываются по разным папкам внутри одной главной. И попытавшийся переписать главную папку, перепишет и чужие настройки тоже. На мой взгляд, это — наименьшее зло: сейчас место на винте уже дешевле затрачиваемого времени, поэтому унесённые чужие настройки, буде они даже займут лишний мегабайт, не могут рассматриваться как суровый отжиратель пространства.

Равно как и библиотеки — ведь разнесение файлов приложения по разным местам вдохновлено в том числе надеждой сохранить единственный экземпляр каждой библиотеки. Это наверно когда-то здорово экономило место, но сейчас оно не менее здорово портит нервы: перенести программу просто копированием не получается — на новой машине (или на старой после сноса системы) нужных приложению библиотек может и не оказаться. Поэтому перенос не состоится. Ну и настройки из реестра ровно по той же причине крайне плохо поддаются переносу и бэкапу. Из отдельных Линуксовых папок — тоже плохо. Что из реестра экспорт делать, что в десятке папок всё связанное с приложением искать, один хрен, долго и вероятность что-то не углядеть весьма высока. Однако вдобавок приложение в отдельной папке затрудняет перенос всех настроек всех приложений…

Реестр в состоянии сохранить настройки в рамках одной системы, но существенно усложняет их сохранение даже при переустановке этой систем, не говоря уже об установке другой или их экспорте на другой компьютер. Наличие многих папок (типа, «Program Files» и «Documents and Settings», у которой внутри тоже туева хуча подпапок) чревато утерей полезной информации — часть ведь по сути пользовательских документов неожиданно обнаруживается не там, где сохранён основной, а в совсем других местах (характерный пример — кисти Иллюстратора). Разнесение же по разным папкам одного и того же приложения чревато не только утерей, но и проблемами с удалением старых версий приложения. И затруднением переносимости тоже.

Как ни поверни, иными словами, всё хреново: разные папки — хреново (в Винде они, к слову, тоже разные. Одни приложения калят в Документс энд Сеттингс, другие — в системную директорию Винды, третьи, так вообще свои настройки в «Моих документах» сохраняют), реестр — хреново, одна папка чуть менее хреново, но тоже хреново.

Тут вот я что подумал: засмотрим попристальнее на ссылки. Ссылки на файлы и папки сейчас ведь повсеместно используются. И в общем-то, ссылка в ряде случаев является заменителем файла. В ряде, но не в главном для поднятой темы: при копировании ссылки копируется ссылка, а не файл. Ну и новый такой же файл, скопированный на тот же диск, остаётся вторым таким же файлом, никак не влияя на ссылки. Надо бы как-то углу́бить и усугу́бить поведение ссылок, дабы они решили все вопросы сразу.

И надо это сделать вот как:

Файлов вообще быть не должно, должны быть только ссылки на файлы.

Ну, как мы понимаем, совсем устранить файлы вроде как не получится. Однако файловая система вполне может скрыть реальные, физические файлы ото всех, кроме ссылок. И, возможно, ОС. Но от пользователя с любыми правами файлы следует скрыть. Видны должны быть только ссылки. Типа, как в Java — нет переменной, представляющей собой объект. Все переменные хранят только ссылки на объекты. И, как в Java удаление всех ссылок означает удаление объекта, файлы должны удалять только тогда, когда на них не осталось ссылок.

На каждом девайсе (физическом, логическом, архиве — не важно; скажем так, девайс в данном случае — это то, что имеет свою собственную файловую систему) присутствует единственный экземпляр файла. При копировании ссылки с одного девайса на другой, автоматически копируется сам файл. Если на втором девайсе такой файл уже есть, то в указанное копировщиком место копируется толко ссылка. Довольно простые правила.

Поскольку «тот же файл» понятие не совсем определённое, в частности, собранная разными компиляторами из одних и тех же исходников библиотека физически может оказаться совсем другой, имеет ввести некие идентификаторы сходства. Например, GUID для библиотек. Но, в принципе, можно и без этого — сейчас ведь разные сборки одной и той же библиотеки вообще в лучшем случае по имени файла считаются сходными. В общем, для определения сходств и различий вполне можно и существующими методами воспользоваться — работать будет.

От внедрения описанной концепции мы получаем кучу ништяков. Ссылка на файл настроек теперь спокойно может храниться прямо в папке приложения. И при копировании папки файл настроек тоже скопируется — ссылкой, если на тот же девайс, или же физически файлом, если на другой. Одновременно можно все настройки сложить в отдельную папку и переносить все настройки всех приложений разом.

Библиотеки, как и мечталось, всегда присутствуют в единственном экземпляре, при этом они «хранятся» в виде ссылок вместе с приложением, которое их использует. При копировании приложения копируются и нужные ему библиотеки.

Разграничение доступа достигается просто сокрытием ссылок (или запретом на изменение физических файлов, на которые они ссылаются) от пользователя, не имеющего на них прав. Ровно тем же способом можно сокрыть ссылки на физические каталоги и воспрепятствовать копированию в них.

Документ может инкапсулировать в себя ссылки на другие документы с файлами и при копировании его, всё с ним связанное тоже скопируется — шрифты, кисти, текстуры, картинки, что угодно. Забэкапленный документ будет означать, что всё это тоже забэкаплено. Причём, совершенно без напряжения со стороны пользователя — просто по факту копирования документа на другой девайс.

Тут есть одна тонкость: неизменность ссылки не означает неизменности файла. А файлы сейчас зачастую копируют с целью не просто получить точную копию имеющегося, а с целью сохранить слепок состояния оригинала на тот случай, если он поменяется. Понятно, что копирование ссылки на файл этому не способствует — ведь файл остаётся одним и тем же, изменив его по одной ссылке, мы изменим его и для другой то же. Соответственно, нужна некая система версий, позволяющая не просто сделать копию ссылки, но и физическую копию состояния.

Оное тоже можно встроить прямо в файловую систему (что, к слову, кое-где уже сделано). А именно: файл по умолчанию хранит не только последнее состояние, но и предыдущие свои версии тоже. Изменённая версия файла при записи не перетирает предыдущую, а дописывается к ней. Имеющий ссылку на файл, автоматически получает и ссылку на его версии тоже. При копировании ссылки на другой носитель по умолчанию копируются все его версии, однако есть возможность и скопировать только некоторые из них, например, последнюю. Ну и в самой операционной системе должен иметься некий менеджер версий, позволяющий по крайней мере удалить ненужные версии и, заодно, дать посмотреть, кто ещё ссылается на файл — дабы можно было добиться его физического удаления.

Фактически это — система контроля версий, сразу встроенная в файловую.

Для защиты от физических повреждений диска особо ценные файлы можно физически хранить в нескольких местах устройства одновременно — то есть, иметь скрытые физические копии файла на разных сегментах. При этом не нужны ссылки на эти места — достаточно одной. Восстановлением файла в случае испорченных сегментов займётся сама система.

Ровно тем же способом организуется корзина — в неё просто копируется ссылка на файл. И удаление ссылки на файл из «Моих документов» в этом случае не приведёт к физическому удалению самого файла. При очищении корзины — если там лежит последняя на устройстве ссылка на файл — файл удалится физически.

На первый взгляд описанная схема выглядит странной. Я даже поначалу принял её за эдакую программистскую шутку. Однако она непротиворечива, работоспособна и удобна в использовании. И её странности — сродни мнимым странностям языков вида Java. В них ведь тоже поначалу кажется, что отсутствие возможности хранить в переменной сам объект, а не ссылку на него — чревато. А потом оказывается, что ни фига не чревато. Наоборот, удобно даже.

Для примера рассмотрим мнимое противоречие: есть исходники, из которых компилируется запускаемый файл. Поскольку процесс разработки в полном разгаре, оный процесс проделывается много раз подряд. Кажется, что предложенная система приводит к неудобству: скомпилированный файл ведь кладётся на то же место, где лежал его предшественник. Что происходит с предшественником? Создаётся ли версия, которая в данном процессе совершенно не нужна? Освобождается ли место? Получаются ли два файла или же один?

Ответ довольно прост и для его постижения достаточно посмотреть, что произойдёт при выполнении вот этих двух строк java-программы:

A a = new A();

a = new A();

Процесс компилирования из исходников концептуально тождественен этим двум строкам. Действительно, при первой компиляции компилятор запросил у системы новый файл (new A()) и сохранил на него ссылку в новой переменной а. При второй компиляции компилятор снова запросил новый файл, но ссылку на него сохранил уже в существующей переменной. Не смотря на сохранение названия переменной, ссылки на самом деле разные — они на разные объекты. Ссылка на первый объект утрачена, на него ссылок больше нет и он удаляется. Теперь мы имеем ссылку с тем же названием, но на другой объект. С файлами ровно так же: ссылка — неизменяема. Изменяема только переменная — имя файла, — которая её хранит. Итак, создастся новый файл и он будет связан с именем предыдущего. Предыдущий же лишится последней ссылки на себя и будет физически удалён. Никакого противоречия. Внешне система ведёт себя ровно так же, как ныне существующие.

C исходниками при этом происходит иное — они «не создаются через new», а просто сохраняются в изменённом состоянии. То есть, файлы с исходниками хранят не только последнюю свою версию, но и предыдущие тоже. Аналогом сего может быть код на Java:

A a = new A();

a.setX(10);

a.setX(20);

при том условии, что внутри «setX» предыдущие значения как-то запоминаются. И снова никакого противоречия.

Считаю, срочно надо внедрять.

Казалось бы, кровавый тоталитарный совок вместе с его железным занавесом рухнул, кругом полная свобода и демократия, однако граждане по непонятной причине ездить с целью туризма стали меньше, а не больше. В кровавом тоталитарном совке, в частности, порядка ста двадцати миллионов человек ежегодно выезжали на всевозможные курорты, турбазы и просто в чужие места своим ходом. Чуть более двух миллионов человек при этом ездили за границу с целью туризма. Сейчас в общем и целом хоть куда-то выезжают двадцать миллионов, а за границу — семь-восемь. Из них порядка 90% ездят строго на египетские или турецкие курорты. То есть, считай, не за границу, а на море позагорать.

Злые языки утверждают, что это всё — из-за сурового обнищания населения и потери оным населением всякого вкуса к жизни, но мы-то знаем, что это при большевиках вкуса к жизни не было, а при свободе с демократией он обязательно есть.

Однако обнищание далеко не всегда является причиной отказа от туризма. Многие граждане по неясной причине просто не решаются, даже бояться ехать куда-то туристом. Деньги есть, отпуск есть, но «вдруг чего». «Я же никогда не был». «Как чего делать не знаю».

С целью разрешить это горькое противоречие, решил сделать краткое пособие по загрантуризму. В основном с целью устранить наличествующий у граждан страх неизвестности.

Как собраться

Это — действительно первый пункт. Тяжелее всего именно собраться. Как ни странно, большинству людей не нужна демократия. В том смысле, что свобода выбора их тяготит и любая необходимость принять решение вызывает дискомфорт. Эта реакция вполне объяснима. Действительно, мозг большинство решений принимает вне сознания и дарует их сознанию как уже сформировавшееся побуждение «надо». Сознательных решений на фоне бессознательных — явное меньшинство, поэтому можно смело утверждать: мозг человека не любит сознательных решений.

К сожалению, есть всё-таки решения, которые невозможно принять бессознательно. Одно из них, увы, — решение всё-таки, блин, съездить в эту заграницу. Всё-таки, блин, реализовать мечты последних десяти лет, преследовавшие неотрывно, но отступавшие прямо перед необходимостью сделать пару-тройку телодвижений. Перестать-таки завидовать знакомым, которые там были и сям были, и стать объектом зависти самому.

Для этого следует отбросить сомнения и назначить дату поездки вместе со страной пребывания. Именно назначить дату — «в этом году, быть может, съезжу» означает, что не съездишь никогда. Чем больше концов обрублено, тем лучше. После прохождения таможни ведь поздно уже сомневаться, поездка после этого уже началась. Билеты с путёвкой, впрочем, тоже обычно означают начало поездки. 

Причём, не только дата имеет чудодейственный, вызывающий решительность эффект, не менее важно ещё и место. Ряд граждан с местом не могут определиться очень долго, в результате чего не ездят вообще никуда. Поскольку каждый пробудившийся позыв всё-таки съездить подавляется тяжёлыми многодневными думами на тему «а может лучше не туда, а сюда?».

Итак. Ты отбрасываешь всякие сомнения, называешь вслух дату поездки и страну пребывания, после чего начинаешь гордиться своей силой воли.

Что нужно, чтобы съездить

Во-первых, загранпаспорт. Сейчас их выдают паспортные столы и процедура их оформления обходится буквально в копейки. Поэтому имеет смысл сделать загранпаспорт сильно заранее, даже если поездка пока не планируется. По закону оформить паспорт должны за месяц, но могут и пропипать, из-за этого вся поездка, не исключено, накроется медным тазом — если ты ломанёшься за загранпаспортом за две недели до планируемого вылета. Загранпаспорт, он карман не тянет, делай его не раздумывая. Тем более, процедура их выдачи к нынешнему моменту упростилась чуть ли не до обещания себя хорошо вести. Реально — нужен всего-то гражданский паспорт, фотография и квитанция об оплате (оплата, как уже говорил — копейки). Военнообязанным до 27-и лет ещё нужна справка из военкомата — это наверно самое трудное.

Ещё для поездки нужно бабло. Без бабла наверно ничего не получится. Однако бабла нужно не так много, как многим кажется. В ряд стран, например, в Чехию, которая, к слову, уделывает все остальные страны про красоте архитектуры, путёвка обойдётся примерно в 400 евро. Для многих наших сограждан это действительно большая сумма, но не настолько большая, чтобы за год-два её не скопить. И это — за экскурсионный авиатур. С минимумом экскурсий, на меньшее число дней и на поезде будет ещё дешевле. Ещё какое-то количество денег отожрёт консульский сбор — за визу. Ну и на месте, не исключено, надо будет что-то кушать. Однако всё это в сумме, — если не шиковать, — добавочные двести евро.

Итого цена вопроса вполне нормальной, интересной, познавательной поездки за границу — 500-600 евро. Так сказать, стартовая, но вполне реальная. За исполнение давней мечты — не так-то и много.

Далее, путь наименьшего сопротивления — набрать в Гугле «туры в XXX», где на место XXX следует проставить страну своего пребывания.

Если не проставить, то вам предложат совсем другие туры.

Из перечня туров выбрать соответствующий деньгам и сразу позвонить. Главное — сразу. Поскольку, если не сразу, то могут неожиданно нахлынуть сомнения, которые похоронят под собой все поездки разом.

Кстати, о турагенствах. Турагенств много. А туроператоров (тех, кто на месте принимает туристов и потом катает их по стране) — мало. Поэтому бестолку пытаться найти тот же тур, но дешевле. Сильно дешевле не будет. Туроператоры — одни и те же. Наценка турагентсв не особо большая. Поэтому цена будет колебаться в районе пяти процентов от стоимости. То есть, для подстраховки можно посмотреть ещё пару ссылок, но закапываться в поиски на месяц смысла не имеет.

Турагенству от туриста обычно нужны несколько фотографий (их формат зависит от требуемой визы, поэтому его следует уточнить), загранпаспорт, возможно, скан гражданского паспорта, справка с места работы и анкета. Сканы можно сделать, а анкету заполнить прямо на месте — в турагенстве. Тем более, чего бы там ни думали сограждане про местных бюрократов, зарубежные временами их даже затыкают за пояс, что выливается в наличие в анкете вопросов, ответы на которые неочевидны, поскольку неочевиден смысл самих вопросов. И без помощи турагента с первого раза угадать ответы сего занимательного теста не всегда удаётся. Кстати, за сканы и анкеты никаких дополнительных денег не берут, поэтому можно не париться.

Как можно видеть, ничего особо вывернутого для загранпоездки не требуют. Не нужно ходить в ФСБ и приносить подтверждения благонадёжности, не обязательны друзья в высших эшелонах власти, никто не проверит, владеешь ли ты исландским языком и хорошо ли представляешь, где именно находится Исландия. Вопросов про историю и законы страны тоже не будет — ты не эмигрантом едешь, а туристом.

( Дальше )

Сейчас, как известно, временами приходят. Приходят и спрашивают: «а что это у вас Виндоус весь такой нелицензионный?». Ну и при отстутствии обоснованного ответа изымают денег, угрожая посадками и расстрелами. Под это дело на работе решили сменить ПО на свободнораспространняемое и прикоснутся к миру бесплатного софта.

Собственно, под Виндой его тоже изрядно. Если саму Винду не считать, что практически всё остальное, нужное для работы, раздают за так. Бери, типа, и наслаждайся. И я наслаждался.

Хотя иллюзии относительно Линукса у меня всё-таки присутствовали. Ну ладно, — думал я, — софта под него ощутимо меньше, однако он есть и, зато, написан этот софт мастерами своего дела — линуксоидами. Которые зафигенски разбираются в программировании и прочей разработке, не то что быдлокодеры под Виндоус. И поэтому там всё работает стабильно, легко управляется и все дела. Не так, в общем, страшен чёрт, как его малюют.

Я уверен, что сейчас грамотные люди мне разъяснят, что я поставил не тот Линукс, а надо было ставить вон ту чудесную версию, где всё гораздо зашибатее. Однако тем людям я не поверю: сборка всё равно основана на тех же компонентах, организация системы та же, софт всё равно тот же и ваша чудесная версия — такой же отстой, как и моя.

В общем, под рукой оказалась Fedora 11, которая и была поставлена. Ставится отлично — минимум вопросов при установке, минимум телодвижений. В общем, как Винда. Выглядит на первый взгляд козырно. Графические окошки, всякие там спецэффекты. Несколько панелей, куда можно прямо сразу разместить ярлыки. В общем, как в Винде. С тем исключением, что тут сразу выдаются несколько рабочих столов и эффекты рисуются лучше, чем в XP. C этого этапа можно было бы начинать радоваться, но это только тем, кому ни фига больше не нужно, кроме самой системы, браузера и офиса. Мне этого как бы мало, поэтому пошло более глубокое прикосновение.

После которого я понял, что фанаты Линукса сродни фанатам Самой Правильной Религии, которая ни чем ни лучше других, такая же корявая и глючная, но почему-то считается единственно верной, а остальные — и в подмётки ей не годящимися.

Кой-чего про структуру. В Винде меня раздражает манера программ вписывать разные свои в реестр, в Документс энд Сеттингс и ещё в папку Винды. На мой взгляд, эту муйню следует убрать и программы должны ставиться в одну единственную папку, где хранить по умолчанию и свои настройки и свои документы. Реестр — вообще зло. Ну, как сущность, в которую явным образом что-то вписывается. Я не против, если ОС сама будет прошаривать весь винт и что-то там регистрировать в реестре для ускорения поиска и связок между программами. Но вот софт, который нельзя целиком забэкапить просто копированием одной папки — отстой.

Ну да ладно, в Линуксе ведь нет реестра. Типа, ура. Программы можно просто брать и переносить… А вот хрен! Проинсталлированная программа (а таких большинство — просто копированием я ни одну не ставил, всем нужна инсталляция) размазывает себя ровным слоем по всей системе. Инсталляция программ Винде на этом фоне просто предел компактности — подумаешь, реестр и ещё одна посторонняя папка. Нет, Линукс писали грамотные люди, там чуть не все файлы программы направляются в разные места. И не только разные, но и слабопредсказуемые вдобавок. Кто-то вписывается себя в usr/bin, кто-то в usr/local/share, кто-то в home, кто-то ещё куда. Таких мест — штук двадцать. И отыскать, куда себя разослала программа можно чисто поиском по всему винту.

Благо некий автоматический менеджер приложений yum умеет самостоятельно программы вычищать — ну если что-то не так пошло. Однако он работает только с теми приложениями, которые под него были собраны. Но собранные приложения — для лохов. Так ведь любой дурак сумеет — нажать «install» в юме. Линукс же, он для умных, талантливых, знающих людей. Поэтому большинство софта лежит в виде исходников, которые надо собственноручно собирать. Благо, не с нуля. Там всё-таки обычно есть сценарии конфигурирования и сборки. Одна проблема — зависимости почему-то не разрешаются самостоятельно. То есть, разрешаются, но только до стадии «а у вас вот такой библиотеки что-то нет». Люди вроде бы давно уже придумали всякие там мавены, которые умеют выкачивать всё необходимое сами, но с мавенами, по ходу, тоже слишком тупо. Умный ведь сам найдёт все библиотеки и сам их установит. Правда, некоторые из них тоже в исходниках, которые тоже надо собрать и для них тоже чего-то не хватает, но комп ведь не для тупых юзеров, которые хотят всё делать одним кликом.

Это, товарищи, даже не проблема непосредственно линукса, это проблема всего сообщества. Написать не программу, а полуфабрикат, для которого «желающим предоставляется свобода» его исправить, скомпилировать и установить. Просто у людей голова так работает.

«Свобода» обычно примерно такое и означает: ты, типа, сам разбирайся, а мне всё пофиг.

( А ещё чего? )

Это как бы ответ на вопрос «что почитать?». Многие почему-то думают, что есть спец-книги, про которые прознали гуру и которые они скрывают от всех остальных, и что именно эти книги превратили гуру в гуру. Что в книгах о программировании сокрыты тайные знания, превращающие непонятно кого сразу в корифея, и что без этих книг ну никак. Что без этих книг человек будет вынужден заниматься «изобретением велосипедов», которые и в подмётки не годятся уже изобретённым.

Я вам скажу: программирование — это навыки, а не знания. То есть, навыки без знаний делают вас программистом, а знания без навыков — нет. Собственно, процесс написания программ в этом плане весьма схож с процессом написания стихов: можно посоветовать, чего делать не надо, что делать надо, снабдить примерами и какими-то теоретическими выкладками, но хорошие стихи всё равно будут получаться только у того, кто регулярно пишет стихи и вдумчиво написанное анализирует. С программами примерно так же. Прочитанная где-то концепция сама по себе, без опыта, не является панацеей. Временами она может даже навредить — если ей пользоваться, не понимая за ней стоящего. Польза от чужих выкладок, оформленных в книгу, имеется только тогда, когда читатель уже сам дошёл до формулировки вопроса, на который отвечает книга. В стихах и программировании так. Ответ на не заданный вопрос не отвечает на этот вопрос.

Поэтому, честно скажу, я рекомендую начинающим просто целыми днями писать программы. А книги читать только в те моменты, когда либо компьютер недоступен, либо уже вопросы накопились.

Помнится, в конце восьмидесятых, когда компьютеры ещё были до некоторой степени экзотикой, но уже известны в народе, на полки магазинов неожиданно хлынул бурный поток книг по теме. На его фоне достаточно редкие, «академические» советские издания о программировании выглядели жалким ручейком. И таки да, они были написаны очень основательно. В традиции. Специалистами. Однако читать их было бесполезно. Они были справочниками, а не учебниками. Авторы тяготели к формальному и сухому описанию всего и вся, поэтому читатель, даже если у него проснулся интерес к программированию до прочтения книги, на первой полусотне страниц интерес терял.

Новые издания содержали чёрт-те какой код, очень часто оказывались чистой воды мошенничеством и болтологией, писались непонятно кем и оформлены были зачастую кое-как, но среди них в обилии водились истинные жемчужины жанра. Которые не смотря на все фактические ошибки внутри, на неоптимальность и даже неработоспособность примеров, были написаны с таким задором и бодростью, что все их недочёты просто не замечались. Авторы явно писали о том, что для них — главный интерес их жизни. При этом писали так, будто это не книга о программировании, а приключенческий роман. Более того, ряд книг прямо-таки в виде романа для детей и юношества оформлялись.

От этих книг польза была буквально зашкаливающей. Пофиг, что ошибки, неточности и прочее — оно читается взахлёб. После прочтения и во время него руки горят, так хочется попробовать. Вдохновение накатывает такими волнами, каким штормящий океан завидует.

Шутка ли сказать. У меня был компьютер БК-0010. В большинстве книг имели в виду совсем другие компьютеры. И совсем другие версии Бейсика. Иногда имели в виду Паскаль. Иногда изобретали свой псевдо-язык. Но это всё я самостоятельно, без инструкций, без консультантов и без интернета адаптировал к тому что было. И оно работало. И опыт рос. И за компом сидел целыми днями, не отрываясь.

В общем так, друзья: читайте те книги, которые бодро, интересно написаны. По которым сразу видно, что автор прётся и с того, о чём пишет, и от самого процесса написания. Это легко отследить прямо в книжмагазине: открыть книгу в случайных местах и начать читать. Если хочется продолжить чтение, то книга — годная. Её и надо читать. Если хочется отложить на потом, если возникает вопрос «а не слишком ли сложно автор загнул?» — книга вам ничего не даст. Если книга полна формальных описаний языковых конструкций, если каждая страница кричит «я написана только потому, что и про это тоже принято писать», книга — трата времени и денег. Формальное описание бесполезно и для начинающих и для профессионалов. Оно полезно только тем, кто собирается компилятор данного языка писать.

С тех детских пор я весьма мало читаю о программировании. В смысле — книг. Я читаю много мануалов и документации, но только в тех случаях, когда сам осознал вопрос, на который ищу ответ.

А книги… Ну, есть бодро пишущие, увлечённые авторы. Обычно они же, по совместительству, и разработчики языка.

Бьерн Страуструп, «Язык С++» — отлично написанная книга. Без понтов, с чувством юмора. Приятно и полезно читать.

Брюс Эккель, «Философия Java» — обратно же, читается легко, весело, всё понятно.

Мартин Одерски, «Programming in Scala» — зашибатая книга. Автору бы романы писать, так завлекать читателя умеет. И умеет же рассказать, зачем и для чего описываемое им нужно. Жаль, на русский книга вроде бы переведена только фрагментами. И перевод к тому же не ахти.

Да, собственно, и всё. Остальное на меня как-то не произвело впечатление. Читать не интересно. Не затягивает. А раз так, то и польза строго как от справочников: найти ответ.  

Почему мне, например, не нравятся книжки про паттерны. Потому что написано в них не про то. Чуваки, по подозрениям, придумали концепцию — эти самые надпрограммные абстракции. Паттерны. Подходы. И ломанулись что-то про это дело писать. Однако при ближайшем рассмотрении оказалось, что в реальности таких масштабных паттернов штуки эдак три-четыре: фабричное создание, подписка на события и, быть может, синглтон с ленивой инициализацией. Но про синглотон чего писать? Две страницы о том, как их правильно организовать в разных языках, чтобы всё не рухнулу неожиданно? Мало. Ленивая инициализация страниц на десять потянет. Соответственно, остальную книгу надо про фабрики и подписку фигарить. И если бы так поступили — цены бы такой книге не было. Фабрика, подписка, контейнеры — тут не книгу, тут многотомник можно написать. Со страстями, как у Вильяма, нашего, Шекспира. Но несолидно показалось. Чтой-то за концепция, у которой всего пять пунктов в описании? Не пойдёт.

После этого, само собой, из пальца высосали каких-то там «медиаторов» с «визиторами», которые настолько же «паттерны», насколько паттерны — обход массива в цикле или же язык Бейсик целиком, и про это дело написали кучу книг. Где про фабрику три страницы и про какой-то там медиатор тоже три. Кроме того, про фабрику писать весело и приятно, а медиатор, он — для заполнения пространства. Поэтому написано про него уныло и безрадостно. И, самое главное, применить его на практике нереально. В смысле, реально, но никто при этом не осознаёт, что сейчас он говорит прозой использует паттерн «медиатор».

Так что проблема с книгами в том, что их либо неинтересно читать, либо там ничего нового не написано. Дошло уже до той стадии, когда блог программиста читать полезнее, чем книгу. Там хотя бы образно и увлечённо написано про что-то конкретное, а не просто идёт заполнение бумажного пространства.

Кстати, о велосипедах. Изобретение велосипедов — очень неоднозначная штука. Плохо, когда вы пишете то, что тысячу раз уже написано, но хорошо, когда вы сами додумываетесь, что такое вот так можно написать. В первом случае вы имеете трату времени на ровном месте, менее стабильный и хуже совместимый код, во втором — понимание, почему и зачем сделано именно так, а не иначе.

Даже на ранних этапах обучения программированию, как показала практика, наилучший для понимания вариант — когда будущий программист «изобретает велосипед». Когда он, промаявшись с сотней переменных «a1, a2, a3...» восклицает в сердцах «а вот бы написать как-то вроде а[i]» и тем самым «изобретает» массив. Когда «заранее» объясняешь про массивы, мало кто понимает. Задают вопросы: «а зачем это»? Забывают через полдня. Собственноручно же «изобретённый» массив запоминается навсегда. Без вопросов. Ровно так же с функциями: зачем они? Объявления какие-то, код по разным файлам разбросан. Куда ж проще просто по очереди все команды написать, без функций. И вот пишет так человек, пишет, а потом вдруг замечает, что часто пишет одно и то же. Он тогда догадывается: надо скопировать и вставить. Поменяв «x» на «y». Некоторое время делает так, а потом начинает мечтать, чтобы кто-то внутри компьютера сам это дело копировал и менял икс на игрек. А ещё лучше, чтобы это было в отдельном месте написано и оттуда копировалось. И понятно ему становится, зачем функции. Причём, способ сей на любом этапе развития полезен: сам додумался — в сто раз лучше понял.

Другое дело, не надо всё это каждый раз заново с начала проходить. При написании каждой программы. Не надо реализовывать свои строки, списки и так далее, после того, как вы их уже один раз «изобрели». Всё. С этого момента можно использовать стандартные реализации.

В общем, подытожу: чтение книг полезно, когда оно интересно и/или когда у вас уже есть вопросы, на которые вы собираетесь получить ответ. Чтение через силу и «для кучи» вредно. Оно интерес и к самому чтению снижает и к программированию заодно.

Но полезнее всего для овладения программированием — программировать.

С месяц назад дорогой товарищ dargot в личной беседе посетовал на странные методы объектного программирования, практикуемые некоторыми программистами. Совершенно неясно, — говорил он, — зачем эти люди плодят такое множество интерфейсов, а потом постоянно кастуют их к реализациям и обратно. Неясно, зачем к каждому объекту граждане создают свою собственную фабрику, которая к тому же не является доопределением других, а наоборот каждый раз новая, своя собственная — скопипасченная.

Я согласен с товарищем Дарготом: действительно огромное множество программистов совершенно не в курсе, зачем нужны объектные формы абстракций, поэтому применяют их как попало, руководствуясь где-то подслушанными общими фразами. Вообще, на мой взгляд, проблема в том, что традиционно обучение программированию начинается в лучшем случае с процедурного языка — если не с псевдо-языка, лишённого даже процедур и выливающегося в огромную простыню кода в методе main. В результате такого обучения программисту в последствии приходится буквально переучиваться с одного метода программирования на другой, что зачастую тяжелее даже обучению с нуля. Нет, я настоятельно рекомендую учить сразу объектной парадигме (или, буде оно разовьётся, функциональной). Так, будто без объектов писать и нельзя: первое впечатление ведь — самое сильное. Оно запоминается.

Так вот, когда в руки гражданину, долго обучавшемуся процедурным языкам, попадает, скажем, объектный язык С++, такой гражданин сходу начинает писать на нём как на процедурном С. Объект в его представлении — это такая непонятно зачем нужная обёртка над процедурами. Ну, типа структуры. Соответственно, хранить в ней следует строго данные, а обрабатывать их всё так же процедурами, пусть даже они оформлены как методы классов. И это по коду сразу видно. Как это ни печально, процентов эдак девяносто си-плюс-плюсников упорно не желают отходить от своих низкоуровневых корней. И это чревато. Ибо знание, как работать со строками на чар-поинтерах, совершенно не заменяет умения написать масштабный проект. Который, в свою очередь, без объектов, во-первых, крайне тяжёл в разработке, а во-вторых, неизбежно будет валиться под сонмищем багов. Про повторное использование кода я даже и не говорю — код пишется так, будто его и в этот раз не особенно-то собирались использовать, а написали в качестве временной затычки.

Через некоторое время такой программист начинает подозревать, что его низкоуровневые извраты, они как-то не того, не для настоящих пацанов. То есть, он — сто пудов гуру в манипуляциях с чар-поинтерами и любого тут заткнёт за пояс, но вот как чуть дальше программы из десяти функций, так туши свет — в этой мешанине где тут кто? Иногда для самооразвития, иногда для новых понтов, а иногда для совмещения первого со вторым он поверхностно ознакамливается с «пацанскими» объектными технологиями и яростно их внедряет в жизнь. Как правило, оное ознакомление сводится к выучиванию пары-тройки заклинаний, которые можно с умным видом произносить в обществе и поэтому чувствовать себя мега-крутым. И пока он просто произносит, всё ещё ничего, однако он их ведь вдобавок внедряет…

Мега-заклинания, которые так огорчили товарища Даргота, следующие: «интерфейсы — это круто, надо везде использовать интерфейсы» и «фабрики — это круто, надо всё создавать через фабрики». Буквальное понимание этих фраз без соответствующей практики и сопутствующего ей владения объектными технологиями даёт чудовищный результат. На фоне которого даже использование С++ как чистого С не так шокирует. Программист теперь не просто рассматривает объекты как структуры, но и плодит к каждой из них отдельные интерфейсы, которые фигурируют в каждой его процедуре. Создаются структуры теперь не просто через «new», а через спец-методы спец-фабрик, которые вдобавок называются везде по-разному.

Это, товарищи, полный пинцет — когда вместо одного объекта-структуры имеют место быть три. И которые, все три настолько сильно вплетены в код, что выкинуть две лишние сущности на фиг, не представляется возможным без полного переписывания кода.

Ну, скажем, программист пишет стратегическую игру. У него есть какие-то там юниты, которые ходят по карте и всё такое. Их, соответственно, надо создать, ими надо дать возможность управлять, их надо отрисовать, их надо где-то хранить. Я несколько утрирую, но под это дело программист создаёт структуры типа Dragoon, Hussar и Cannon, где описывает поведение этих юнитов.

Хотя вообще говоря структуры хватило бы и одной.

После этого он вспоминает, что «надо писать с интерфейсами» и делает интерфейсы IDragoon, IHussar, ICannon. Само собой, создаётся всё это при помощи DragoonFactory, HussarFactory и CannonFactory, разруливание между которыми производится при помощи огромного switch-а, равно как и все манипуляции с юнитами тоже. При этом временами IDragoon ему приходится в явном виде преобразовывать к Dragoon, а то не работает.

При паре сотен юнитов мы получаем шестьсот классов, которые копируют друг друга копипастой. Зато можно гордо говорить «я пишу всё с интерфейсами и фабриками». Потому что настоящие пацаны делают так.

Товарищи, объектный подход придуман не для того, чтобы писать больше. Наоборот, как и любой полезный подход он позволяет писать меньше. В описанной выше схеме код непомерно раздулся, а следовательно подход был использован неправильно. Если у вас для каждого объекта свой интерфейс и своя фабрика, то вы на самом деле не используете интерфейсы и фабрики, а просто засоряете свою программу кучей мусора.

Интерфейс — это декларация того, что одна часть программы работает с другими частями, которые настолько отличаются по реализации, что не имеют вообще ничего общего между собой. Фабрика, она не просто, чтобы создавать, она для упрощения создания. Для сокращения кода в конечном счёте. Радикального сокращения, а не замены одного единственного «new» на пару десятков каких-то других строк.

Это вообще верный знак концептуальной ошибки — когда использование концепции привело к усложнению программы и увеличению её размеров. Вы в этом случае что-то делаете не так.

Но раз уж пошла такая пьянка, надо наверно рассказать, зачем нужны интерфейсы и фабрики — многие ведь, по ходу, совершенно не в курсе.

Интерфейсы

Интерфейс — это такой класс, где методы заявлены, но ни один из них не имеет реализации. Кроме того, в данном классе нет полей.

( Дальше )

Вот читаю я про «ой, как мало хороших управленцев», про «уникальность лидеров» и прочие «врождённые способности властвовать», а душу в это время наполняет тоска. Граждане ведь сами копают себе могилу. Лидерские навыки ведь — такая штука, которая сама по себе позволяет активно поддерживать мифы о лидерских навыках. Ну вроде как жрец, поскольку он «приближённый бога», имеет право регулярно от имени бога заявлять о своей к нему приближённости. А отдалённый, вроде как, и возразить-то права не имеет — куда ему, отдалённому, спорить с приближённым.

Для справки: лидерские навыки — ценная штука. И во многом они — залог прогресса цивилизации и выживания наций, да. Однако идея, будто бы лидер — эдакий небожитель, до которого всем остальным как до неба пешком, она гарантия этих самых наций порабощения.

Граждане смотрят по сторонам и замечают, что далеко не все кругом — лидеры. Из чего почему-то делают странный вывод: лидером может стать далеко не каждый. В том смысле, что оные навыки у себя развить могут только редкие единицы. Да чего там, сами эти навыки, не иначе, даруются Высшими Силами прямо в момент рождения, поэтому даже рыпаться в эту сторону грешно. Раз тебе не дадено, сиди и молчи.

Странно, вот не все кругом работают дворниками. И далеко не все ими хоть когда-то работали. С чего бы тогда не считать, что и дворником может стать далеко не каждый? Что дворность — богоданна, по какой причине должна иметь беспрецедентное вознаграждение на фоне остальных профессий? Почему так?

Ну, во-первых, как уже говорилось, миф о богоданности проще поддерживать тому, кто эту самую богоданность имеет как неотъемлемое свойство собственной профессии. То бишь, лидер — он лидер, он диктует мнение, а дворник — нет. Таким образом, на протяжённом промежутке времени лидеры в среднем усилят свою «богоданную» позицию, а дворники, буде даже им чудом её заполучить — растеряют. Однако такое было бы невозможно, без некоторых качеств, присущим их антагонистам, но наличествующих о протагонистов. Иными словами, нет качеств, отличающих дворника от недворника, но есть отличающие лидера от не лидера. Причём, не абы каких качеств, а обладающих обратной связью — тянущих одних вниз, а других — вверх.

Главное из таких качеств — постоянно наличествующая мысль «я не смогу». От неё большинство бед. «Ой, я никогда не разберусь с этой программой». «Ой, я не способен к живописи». «Ой, я такое в жизни не запомню». Это качество не только препятствует развитию — тому самому, что рано или поздно позволит таки смочь, — но и рождает представление о тех, кто может, как об ангелоподобных созданиях, сынах Юпитера на Земле, которым позволено то, что не позволено быкам. Хотя, конечно, правильно бы их называть «баранами».

Научиться играть трёхаккордные песенки на гитаре — вопрос пары месяцев тренировок. Ну если уж совсем не попёрло — полугода. Людей, не способных этому научиться — ноль штук. По крайней мере, среди тех, у кого руки наличествуют IQ хоть немного выше обезьяньего и нет прогрессирующего паралича. Почему не все играют? Даже среди тех, кто хотел бы? Почему смотрят на трёхаккордных музыкантов как на полубогов? Из-за мысли «я не смогу».

«Я не смогу, поэтому даже не буду пробовать». Никогда ещё Штирлиц не был так близко к провалу.

Я вам сейчас открою глаза на мир: каждый человек способен научиться любому из занятий человечества. Не как лучший из лучших, но на уровне середнячка — каждый. С поправкой на обезьяний IQ и суровые физические дефекты, конечно, однако у большинства людей, по счастью, всего этого нет. Талант плюс упорные тренировки дадут потрясающий результат. Но отсутствие таланта при наличии хоть каких-то тренировок результат тоже неминуемо дадут. Вообще, сам талант — это лишь знак того, что талантливый потратит на тренировки месяц там, где неталантливый будет вынужден потратить три. Но без тренировки результата не будет ни у кого. И, обратно, с тренировкой результат будет у каждого.

Поэтому залог успеха — отказ от мысли «я не смогу». И тренировки, да.

Лидерство в этом плане не исключение. Там всё ровно так же: чтобы стать лидером, надо думать, что ты можешь стать лидером и потренироваться. Причём, на фоне многого другого — совсем немного потренироваться. Чтобы стать врачом, программистом, учёным — не символически, а с толком, с возможностью это дело практиковать на постоянной основе, — нужны пять, десять, пятнадцать лет. Хорошему рабочему на своё становление нужно не меньше трёх. Лидером, управленцем практически любой может стать за полгода-год.

Правда, как уже говорилось, без специальности, без иных умений, лидерство и руководство — пустая показуха. Способ ничего особого не делать, при этом имея много денег и уважения.

Повторю ещё раз: лидерские качества не обладают какой-то особой недоступностью на фоне всего остального. Они не богоданны. Они не требуют чего-то эдакого, врождённого и непознаваемого. В общем, я сейчас на одной странице изложу всё необходимое.

( Дальше )

Дорогой товарищ Гоблин про агитацию и пропаганду. Нынче по теме подбора правильных терминов. Очень грамотные наблюдения.

Пацаны, после звёздочек, это уже не мой текст.

***

С мест сообщают:

    В результате авиаудара сил НАТО в Афганистане, нанесенного по двум автоцистернам с топливом, угнанным талибами, погибли около 90 человек. Взрыв произошел, когда местные жители набирали топливо из цистерн, однако, по словам чиновников, большинство погибших все же являются членами движения "Талибан". Тем не менее он подтвердил, что среди погибших есть афганские дети, пришедшие за бесплатным горючим.

    Представитель Международных сил содействия безопасности заявил, что они проверяют сообщения о гибели мирного населения. При этом в разговоре с Reuters он подчеркнул, что авиаудар был нанесен после того, как военные убедились, что рядом с цистернами находятся только талибы. Он пояснил, что командиры сочли талибами всю толпу, собравшуюся у бензовозов. Свидетели сообщили информагентствам, что множество человек получили тяжелые ранения и ожоги. Представитель госпиталя в Кундузе сообщил, что ни одно из тел погибших не было взято в местный морг, так как трупы слишком сильно обожжены.

    Представитель "Талибана" пояснил журналистам, что одна из угнанных машин застряла в грязи посреди афганской деревни. Пока талибы пытались вытащить автоцистерну, вокруг собралась толпа местных жителей, которые заблокировали проезд.

НАТО уничтожает афганцев

Интересно наблюдать за пропагандистскими мутациями.

Когда-то давно, когда наша доблестная армия защищала интересы нашей страны и оказывала дружескую помощь афганскому народу, наши солдаты сражались с душманами. Душман (правильно — дущьмон) — это по-русски враг. Но пропагандистский отдел вашингтонского обкома немедленно подыскал им идеологически правильное название: повстанцы (rebels). Ну, все ведь смотрели "Звёздные войны", все знают, что повстанцы хорошие и сражаются против злой империи. Важно ведь не только снабжать афганцев оружием для убийства русских, важно ещё сделать так, чтобы это выглядело красиво.

Потом в обкоме немного подумали и решили, что к разжиганию национальной ненависти к русским следует разжигать и ненависть религиозную. После чего повстанцы превратились в моджахедов (правильно — муджахид), то есть в бойцов джихада, сражающихся с неверными тварями. Тут было убито три зайца сразу: во-первых, название очень красивое, во-вторых — непонятное, в-третьих — душманы были страшно довольны. Правда, потом душманов поубивали талибы, то есть студенты. Но тогда это было неважно — оружие и патроны им не успевали отгружать, деньги на убийство русских лились рекой.

Та же проблема, кстати, встала в полный рост при нападении на Ирак. Вот кого уничтожают американцы в Ираке? Иракскую армию? Её нет, иракские генералы предали свой народ и продались американцам, армия разбежалась. Партизаны? Так говорить нельзя, партизан — он от слова part, то есть часть — часть армии, действующая отдельно. Нет армии — не может быть и партизан. Повстанцы? Против чего восставать, если в Ирак пришла демократия? Иракский народ? Нет, иракский народ счастлив американскому вторжению, он не может стрелять в добрых американцев. Моджахеды? Нет, оккупационные войска решительно поддерживают суннитов против шиитов, помогая одним убивать других, а значит — они на стороне ислама, фактически поддерживают шариат. Талибы? В Ираке талибов вырастить не успели. После недолгих раздумий было выдумано новое слово: инсургенты! Это гражданские, противостоящие властям с оружием в руках. Придумав хорошее название, инсургентов начали валить значительно активнее.

Ну а потом как-то так получилось, что русские из Афганистана ушли — всем интеллигентным людям было доподлинно известно, что Афганистан нам ни к чему. А вместо русских в Афганистан зачем-то пришли американцы. Советская интеллигенция до сих пор не может понять — зачем, что же им там такое надо, где советскому интеллигенту ничего не надо? Но американцев терзали другие проблемы: выращенные американцами талибы, они же вчерашние моджахеды и позавчерашние повстанцы, почему-то не обрадовались американским оккупационным войскам. И без промедления начали убивать американцев. И занимаются этим до сих пор, причём успешно.

Оккупанты, конечно, не остаются в долгу — они ведь значительно лучше вооружены, у них отличная техника, в том числе — самолёты, ракеты и бомбы. Вот, к примеру, обнаглевшие от безнаказанности талибы угнали цистерну с топливом. Конечно, талибы тут же отогнали её в ближайший кишлак и устроили бесплатную раздачу керосина гражданам. Ну, чтобы граждане видели, что именно талибы о них заботятся, причём бесплатно. В демократическом Афганистане, как нетрудно догадаться, с приходом демократии керосин в очень большой цене — электричества там больше нет, керосин — основа жизни. Особенно для тех, кто не выращивает опиумный мак для продажи в Россию. Ну и граждане, конечно, огромной толпой ломанулись набирать топливо — на всех ведь не хватит, надо торопиться. Азия-с.

А сверху за ними, конечно же, наблюдали светозарные джыдаи. И джыдаям сверху было совершенно очевидно, что толпа целиком состоит из злобных талибов — в полтретьего ночи, вот какая у них техника. Всё должно быть по закону, цивилизация. Сперва удостоверились, что там типичное сборище противоправного элемента. Ну и немедленно было принято единственно верное решение: поразить украденную цистерну метким выстрелом! Что и было успешно проделано с помощью "умной ракеты", которая летит только туда, куда надо, и убивает только тех, кого надо (см. Талибы).

Соответственно, все, кого поубивало от взрыва ракеты и цистерны с керосином — талибы (это очевидно). Ну, там ещё дети какие-то затесались, говорят. Но здравомыслящим людям совершенно очевидно, что это талибские дети, а значит виноват во всём Талибан. Он виноват в том, что пустили ракету по детям, что теперь меньше вырастет здоровенных, злобных талибов. Или там повстанцев с моджахедами.

В телевизоре говорят, что американцы убили больше 400 человек. Фактически — с одной "умной" ракеты одним умным пилотом уничтожены жители целого кишлака.

Афганцы говорят, что цистерна просто застряла и не могла выехать. Ну а жители хотели поживиться керосином.

Тут товарищ eldhenn поинтересовался, а чем мне так не нравится прогрессивная современная схема разработки программных продуктов, заключающаяся в отказе от многофункциональных программистов и преобразовании команды разработчиков в две группы — агнцев и козлищ архитекторов и быдлокодеров.

Ну, наиболее простой ответ: она не нравится мне тем, что не работает. То есть, в стихах всё прекрасно: талантливые архитекторы пишут, даже нет, — рисуют архитектуру всей системы и спускают свой чудесный проект кодерам, которые слишком тупы, чтобы рисовать архитектуру, но зато мастерски умеют строить любой запрос на sql и сортировать список при помощи встроенной библиотеки — архитекторам, само собой, про такие детали ни думать, ни знать не надо. От такого подхода особо умные будут заниматься самым общим, а особо усидчивые — шлифовкой деталей. Разделение труда, все дела и так далее.

В реальности же обычно получается, что особо умные — это те самые многофункциональные программисты и есть. От которых как раз и предлагается отказаться, передав всю разработку бригаде креативщиков и таджиков. Как вы понимаете, от последних хотя бы есть польза — они подметать умеют и гвозди забивать. Креативщики же обладают строго одним навыком: убеждать окружающих в своей зашкаливающей для всех необходимости.

Как-то раз племя людоедов устроилось в какую-то фирму работать. Их взяли, но с условием сотрудников не есть. Если кого на этом запалят, то увольняют сразу всех. В общем, прошло три года и один людоед не удержался — сожрал уборщицу. Директор фирмы вызывает к себе вождя:

— Какого хрена? Мы же договорились! Твой человек, вот, сожрал уборщицу, теперь всё кругом в грязи и мусоре, сотрудники жалуются, полный бардак. В общем, вы все уволены.

Племя, понурив головы, выходит на улицу и вождь подзывает к себе того, особо отличившегося:

— Ты чего, совсем сдурел? Хорошая работа, комфорт, уют, бабла немеряно…

— Ну, понимаешь, не удержался. Ананасы с чёрной икрой, это круто, конечно, но без человечинки как-то не того.

— Дебил! Ну зачем было сжирать уборщицу? Мы три года регулярно жрали креативщиков и маркетологов — никто даже и не заметил.

Итак, проблема модной и современной схемы состоит в том, что в ней предлагается исключить из процесса всех тех, кто в состоянии хоть что-то умное сделать. И это, собственно, — частный случай общего подхода. Весьма и весьма распространённого в современности. Согласно ему любое производство будет отлично работать, если на нём оставить дешёвых и неквалифицированных быдлорабочих и касту привегелированных управленцев, которые понятия не имеют, что конкретно на этом производстве производится, но зато отлично владеют «абстрактным управлением».

Последнее — это такой термин, подразумевающий, будто управление — вещь в себе, никак не связанная с производственным процессом. Что есть некие магические действия, которые позволяют с одинаковой эффективностью управлять эскадрильей истребителей, научной лабораторией, парфюмерным магазином и сталеварным цехом, не особо задумываясь о несущественных деталях. Ну там — как сталь варят, как самолёты летают, чем физика от литературоведения отличается.

Абстрактный управленец, таким образом, получает набор рычажков, подведённых к чёрному ящику производства, и набор индикаторов, показывающих какие-то про это производство циферки. Якобы, не зная устройства чёрного ящика и физического смысла циферок при помощи прогрессивной чудо-теории мастер абстрактного управления сразу же зарулит всех в минуса.

И оно верно: обычно заруливает. Именно в минуса. Если предприятию везёт, то оно не успевает развалиться под его чутким руководством и вовремя перестраивается на режим работы с внутренним управлением и иллюзией внешнего абстрактного. В этом случае все производственные процессы протекают независимо от асбтрактного управленца, включая и само управление, он же занят преимущественно получением огромной зарплаты и подписью бумаг, содержимого которых он не понимает, поэтому ориентируется на выражение лица их приносителя. Ещё время от времени он выходит «в народ», прохаживается с достоинством по коридорам и делает умное лицо. Или же ходит по кабинетам и раздаёт ценные руководящие указания «а ну всем работать!!!» и «почему ничего не сделано?!!».

Тут теория совершенно права: и правда, для раздачи подобных указаний совершенно необязательно знать, чем тут вообще занимаются.

( Дальше )

Дорогой товарищ _lord_ написал уже вторую книгу. Первая была про мифы, связанные со сталинской эпохой. Вторая — про «Россию, которую мы потеряли». Супротив яростно внедряемой идеи, будто в царские времена было полное благолепие, каждый крестьянин питался красной рыбой с икрой и на полгода выезжал покутить в Монте-Карло.

Многие граждане под влиянием пропаганды верят в оное благолепие. Некоторые даже из патриотических побуждений: дескать, не надо говорить, что в России всегда было хуже, чем в Европе. Мы не хуже.

Да, мы не хуже. Но «хруст французской булки», увы, он преимущественно в Ривенделле. Да, в России не было сильно хуже, чем в Европе. Там просто обычным людям было тяжело жить. Как и обычным людям в Европе. Не купался народ как сыр в масле, не плавал в молочных реках, не загорал на кисельных берегах. Большевики не разрушали Рая на Земле, убедив зажравшихся рабочих с крестьянами в том, что им плохо. Те про это сами знали. Большевики лишь воплотили чаяния народа и обеспечили таки большинству граждан достойную жизнь, пусть даже и не мгновенно. Чего там, народ сам давно уже был Большевиком.

Товарищ Дима собрал массу документов той эпохи и снабдил их необходимыми пояснениями. Это и письма царю, и отчёты полиции, и статьи из газет, много всего. Прочитав это, можно наконец понять, почему «кучка подкупленных германским генштабом аферистов», — как нынче особо свободомыслящие величают большевиков, — вдруг получила всенародную поддержку. Почему советская власть триумфально прошла по всей стране, сильно опережая непосредственных революционеров. Как оно было в той России, «которую мы потеряли».

Я ещё не дочитал, сразу скажу. Но уже рекомендую — книжка хорошая.

Тем более, опубликовать её товарищ Дима не смог, поэтому выкладывает её у себя в журнале безвозмездно. Пропаганда книжки и отзывы по ней приветствуются.

Книжка тут.